Читать онлайн «Откройте Америку!». Страница 98

Никто никогда не исследовал мои хромосомы, но навряд ли они настолько же

безупречно еврейские, как у « лембо », ибо мои предки не отгородились от мира

множество веков назад, предпочтя ему пасторальную жизнь вдалеке от родины

и всякой цивилизации вообще под солнцем Африки, лучи которого снабдили б их,

путём естественного отбора, достаточной для защиты от радиации концентрацией

меланина в эпидерме, а жаркие ветры с песком - плоскими носами и развитыми

лобными пазухами черепа, и оттого Ицгары остались горбоносыми, высоколобыми,

с типичным скорбным взором, вполне соответствуя генотипу европейских жидов.

При маврах они, вероятно, занимались врачеванием, науками, расцветшей тогда

еврейской литературой, философией, приспосабливая аристотелевские концепции

к современности и закладывая фундамент Ренессанса, а потом, не имея места

в построенном на землевладении феодальном обществе и лишены возможности

вступать в средневековые гильдии торговцев или ремесленников, зарабатывали

на кусок хлеба запрещённым добрым католикам презренным ростовщичеством

и скитались по Европе, ненадолго порой попадая под покровительство монархов,

заинтересованных в оживлении экономики страны, как это произошло в Польше

в правление Казимира Великого ( 1333 - 1370 гг.), но затем, обычно, изгоняемы

или сурово ущемляемы декретами власти.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Впрочем, не исключено, что прародичи мои кормились при общине, где они,

судя по всему, занимали некое особое положение по наследству, ибо сохраняли

родовую фамилию Ицгар, тогда как остальные, даже очень важные персоны,

традиционно обходились именем и отчеством, к чему порой прибавлялось только

название места рождения, для идентификации наиболее широко известных лиц,

например, Иегошуа бен Мариам ха-Ноцри ( согласно мусульманским источникам,

Шестой Пророк звался не по отцу, а по матери, поскольку Иосиф не сумел скрыть,

хотя и старался, беременности Марии до замужества ).

Фамилиями евреев решила облагодетельствовать Австро-Венгрия, и её писцы,

сочиняя их по-немецки, старались придать им благозвучие, однако не делать

похожими на общеупотребительные, и производили методом склейки корней

неологизмы-химеры типа « Розенблюм » ( Цветок розы ) или « Зильберштейн »

( Серебряный камень ).

Древнееврейское слово, да ещё с таким подрывным значением ( см. выше ),

наверняка вызывало немало подозрений в каждой инстанции многоступенчатой

бюрократической системы Империи, и моим прадедам, полагаю, приходилось

не раз выдерживать неприятные объяснения с австрияками по этому поводу

и, разумеется, платить взятки.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Наполеоновские войны принесли в Европу дыхание Французской революции,

все граждане получили равные буржуазные права, и система крупных общин,

позволявшая евреям выживать в условиях дискриминации, начала разлагаться.

Оттого мои предки, как и многие евреи, овладели ремёслами и, покинув гетто,

двинулись в поисках работы на восток Молдавии, недавно освоенной молодым

российским капитализмом, и поселились в бессарабском Григориополе, откуда

через небольшое время перебрались в Одессу, космополитичный порто-франко,

третий город Империи, уступавший по населению и аристократическому блеску

только Санкт-Петербургу и Варшаве.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Оторванные от исторических центров своей религии и потому практически

утратившие её, но сохранившие принципы социалистической взаимопомощи,

выработанные ими за века рассеяния, евреи стали главной движущей силой

зревшей в России революции, и всю подготовку её провёл пламенный трибун

Лейба Бернштейн ( Лев Троцкий ), у которого лишь в самый последний момент

хитрым приёмом вырвал из рук знамя восстания ушлый симбирский адвокат.

Впрочем, в рядах соратников помянутого также было немало видных вождей,

вышедших из черты оседлости - Свердлов, Урицкий, Бухарин, Якир, Каменев,

Лариса Рейснер и другие.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Мои предки Ицгары, переселившись в Российскую Империю довольно поздно,

держались в стороне от революционного движения, исполняли обряды иудаизма

и продолжали ремесленничать.

Дед мой по отцовской линии, носивший непопулярное имя Аарон, скорнячил

и шил головные уборы, умудряясь оставаться частником, невзирая на давление,

налоговое и моральное, оказываемое советской властью на « чуждый элемент »;

жил он в беднейшем районе города Молдованке на Госпитальной улице и снабжал

меховыми воротниками и муфтами жён биндюжников и налётчиков, а их самих -

клетчатыми кепочками форсистого « английского » кроя.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Однако восемь детей « тёмного » шляпника поднялись до вполне достойного

положения в наигуманнейшем обществе мира.

Отец мой в сорок пятом году окончил Военно-Воздушную Академию Связи,

ставши специалистом по аэродромному оборудованию, и хотя он сам не летал,

щеголял в умопомрачительной форме лётчика из тонкого синего сукна с погонами,

галунами, шевронами, кантами, латунными знаками и украшениями, надевая к ней

в праздники золотой пояс и внушительного размера кортик.

Что и говорить, сразу после войны, когда мужчины, да ещё не искалеченные,

были наперечёт, симпатичный лётчик пользовался вниманием нежного пола,

и ухаживаниями молодого офицера не пренебрегали лучшие девушки города.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Он женился на одной из них, красавице Майе, несмотря на сопротивление

её семьи, принадлежавшей к высшей коммунистической элите и занимавшей

не тесную каморку с низеньким потолком в двухэтажной коробке Молдованки,

а просторную квартиру с лепными бордюрами и паркетом в барочном особняке

бывшего дворянского квартала, где балконы над подъездами поддерживали

оштукатуренные коры и атланты из ракушечника.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Дед мой со стороны матери служил комдивом железной когорты Дзержинского,

обеспечивая охрану Страны Советов от происков боярской Румынии, и хотя он

однажды был вызван в Москву, откуда, как случалось порой тогда с военкомами,

не возвратился, имя его осталось незапятнанным.

Бабушка моя, состоявшая при штабе деда, получила депешу о гибели мужа

при героической попытке спасти ребёнка из-под колёс поезда и одновременно

приказ о своём назначении на весьма высокую должность в одесском Губчека.

Там она, вместе с двумя незамужними сёстрами, а потом и подросшей Маечкой,

которую воспитывали все трое, работала до почётной отставки по выслуге лет,

организовав немало успешных акций и удостоившись множества боевых наград.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Штамп в паспорте их дочечки принудил чекисток примириться с произошедшим,

и молодым отвели одну из комнат квартиры, а появление вскоре на свет Божий

вашего покорного слуги связало всех женщин ещё больше.

Выбор имени для меня проводили демократически, пригласивши на обсуждение

бабушку и дедушку с Молдованки, и когда они предложили назвать ребёнка

Гришей в честь их сына, комсомольского лидера, рано умершего от чахотки

( вообще-то Герша ), три фурии революции, вспомнив чтимого ими Г. Котовского,

без особых возражений согласились.

Вдова комдива и её бездетные сёстры, конечно, души не чаявшие во внуке,

проводили со мною дни и ночи, в то время как неблагонадёжным родичам отца

дозволялось видеться с их « принцем » только под бдительным надзором первых.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~