Читать онлайн «Откройте Америку!». Страница 106

принял не без оснований решение разумно поторопиться с отъездом.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

К описываемому моменту власть Горбачёва висела уже буквально на волоске,

поскольку процесс дезинтеграции планируемой экономики, разрушив « соцлагерь »

с его бартерными отношениями между странами блока, вступил в закономерную

следующую фазу, ослабив связи республик Союза настолько, что со дня на день

можно было ожидать лавинообразного падения всей Империи.

Плод перезрел и был мягок, и я не предвидел угрожающих сотрясений почвы

вследствие естественного события, однако беженские бумаги в результате того,

весьма вероятно, утратили бы по формальном роспуске Союза легитимную силу.

Инфляция довела стоимость люберецкого домика до весьма круглой цифры

в долларах, и логика подсказывала не желать большего и не медлить.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Как я упоминал, старшее поколение моей одесской родни, как-то всех сразу,

постигли грозные удары, сведшие в могилу бабушку и мужей её двух сестёр,

их же самих оставив беспомощными инвалидами на руках у моих родителей,

самоотверженно заботившихся о столько сделавших для них старых тётушках,

нуждавшихся не только в уходе, но и в наблюдении специалистов и лекарствах,

что обеспечивать становилось всё сложней и сложней, ибо медицина страны,

лишившись государственных дотаций, фактически прекратила функционировать.

Ситуация, угрожавшая жизни моих бывших нянюшек, заставила мать и отца

согласиться с увещеваниями их младшего сына эмигрировать как одна семья.

Теперь все они уговаривали и меня попробовать получить разрешение выехать

якобы в гости к потерянному и новообретённому заморскому дяде, упирая на то,

что вероятный провал попытки не повлечёт за собой неприятных последствий.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Действительно, уровень секретности моей позиции в Переславском институте

был не чета тому, который ждал меня в одесской военно-морской лаборатории.

Любая отрасль промышленности достопамятного Союза в той или иной степени

обслуживала оборонку, и мирное моё предприятие также выпускало кое-какие

фотоматериалы « специального назначения ».

Однако мой начальник намеренно держал меня подальше от подобных работ,

желая применить моё владение английским и эрудицию для налаживания

предполагаемых им в некоем будущем зарубежных связей, отчего я обходился

3-ей, либеральнейшей степенью допуска, и по её ограничениям обнаружение

прежде не известного мне иностранного родственника, с которым я не состоял

и давал подписку не состоять в несанкционированных сношениях, не каралось,

при отсутствии обстоятельств, отягчающих дело, отстранением от должности.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Впрочем, всё равно мои шансы выехать равнялись нулю, ибо меня оковывали

прежние мои допуски, и на мою просьбу познакомиться нам лично с дядей

в лучшем случае можно было ожидать разрешения навестить его только детям

в сопровождении матери.

Я сопротивлялся, с моей точки зрения, бессмысленной затее, когда внезапно

к хору голосов, убеждавших меня эмигрировать, присоединилась, и очень громко,

Галина, русская столбовая дворянка по рождению, и надо признаться, автор сам

подал ей для того довольно значительный повод.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

После краха кулинарного проекта я стал проводить существенно больше

времени в Переславле, а у меня там было немало друзей.

В городе находился дом творчества МОСХа и мастерские скульпторов,

занимавшие один из бывших монастырей, в дополнение к чему, сёла окрест,

включая и чудную деревеньку Берендеево, где мы с женою приобрели избу,

служили дачными местами столичной интеллигенции.

Кроме того, наши края полюбились « новым русским », сорившим деньгами

и снимавшим на денёк-другой дачи у старожилов, подряжая их как своих гидов

и организаторов развлечений на широкую ногу, куда гости вовлекали и сельчан.

Приезжая эта публика, отстёгиваясь от рутин, устраивала, дав егерям взятки,

охотничьи вылазки в заповедники, рыбалки, пикники на природе с девочками,

походы « по грибы, по ягодицы », сопровождая всё обильными возлияниями,

и герой, прозябавший в сей атмосфере, к тому же не имея занятия, требовавшего

мало-мальских умственных усилий, запил, и если не по-чёрной, то очень крепко.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Вообще-то, я не подвержен срывам в запои и к алкоголю устойчив, будучи

сложения корпулентного, а не астенического.

Во времена моего детства и отрочества считалось позволительным и полезным

лет с пяти порой угощать ребёнка кружечкой свежего светлого пива, что в США

является уголовно наказуемым преступлением, если « дитяти » не исполнилось

двадцати одного года.

Подобно абсолютному большинству здоровых мужчин Империи, пить регулярно

я начал где-то между пятнадцатью и шестнадцатью, в старших классах школы.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Однако в отличие от своих северных сверстников, сразу стартовавших с водки,

одесские подростки постепенно приучались к винам, сначала к лёгким сухим,

наличествовавшим на всяком углу в киосках, торговавших газированной водой,

которой летом часто вино разбавлялось напополам, образуя шипучий « шприц »,

а потом к более плотным бочковым - алиготе, шабли, рислингу, переходя затем

к золотистым крымским портвейнам и мускатам, ароматной молдавской « фраге »

и другим, подававшимся в уютных подвальчиках чуть ли не под каждым домом

вместе с бесплатной нехитрой закуской - помидорками с брынзой, сладким перцем,

виноградом, яблочками, абрикосками - возмужав же, юноши могли позволить себе

пропустить рюмочку-вторую коньячка или ликёра с чашечкой кофе и пирожным

на веранде кафе или прямо на улице под маркизами.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Такая закалка предохраняла от потери контроля, и спустя два года на Физтехе,

где среди студентов мне не раз приходилось браво глушить стаканами водку,

в любом состоянии мне удавалось не нарушать определённых приличием границ.

Платой за то, разумеется, была зависимость от сухого вина и пива, вошедших

неотъемлемой частью в ежедневную диету автора.

По американским стандартам я бы считался хроническим алкоголиком, но у нас

признаком болезни служили лишь отклонения поведения от нормы при опьянении,

и оттого при заполнении иммиграционных бумаг я безо всякого зазрения совести

отметил крестиком в соответствующей графе - алкоголизмом не страдаю.

И впрямь, врачи такого диагноза мне никогда не ставили, сверх того, мои почки,

печень и прочие внутренние органы ( исключая сосуды, мозг и нервную систему )

доныне пребывают в почти идеальной, конечно, с возрастной поправкой, кондиции.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

К моменту, когда я в Москве защищал кандидатскую диссертацию и участвовал

в кулинарной программе, вследствие распада соцлагеря с прилавков гастрономов

пропали всегда украшавшие их венгерские токай и рейнвейны, болгарское каберне

и даже алжирские столовые типа бургунди и кьянти.

За ними последовательно исчезли грузинские, молдавские, крымские и узбекские,

и остались одни только дорогие коньяки.

Ими-то мы и обходились некоторое время на банкетах и симпозиумах, но и они

канули в небытие по скором истощении российских запасов коньячного спирта,

купажируемого в союзных республиках, однако выдерживаемого и разливаемого

винзаводами метрополии.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

С пивом также начались перебои, ибо главными производителями хмеля в Союзе