Читать онлайн «Православно-догматическое богословие. Том II». Страница 121

Св. Григория нисского: «Вода есть хотя не что иное, как вода, но обновляет человека духовным возрождением, когда благословляет ее свыше благодать. Если же кто, колеблясь и сомневаясь, представит мне затруднение, непрестанно спрашивая и повторяя, каким образом вода возрождает (πώς ύδωρ αναγεννά)…, — я справедливо скажу ему: объясни мне образ рождения по плоти, и я объясню тебе силу возрождения по душе»  [1581].

Св. Афанасия великого: «Как человек, крещаемый от человека, т. е. священника, просвещается благодатию Духа Святаго; так и исповедующий в покаянии грехи свои приемлет оставление их чрез священника благодатию И. Христа»  [1582].

Св. Иоанна Златоуста: «В крещении чрез чувственную вещь — воду сообщается дар, а духовное действие состоит в рождении и возрождении, или обновлении»  [1583].

Св. Василия великого: «Хорошо и преполезно каждый день приобщаться и принимать святое тело и кровь Христову; потому что сам Христос ясно говорит: ядый мою плоть, и пияй мою кровь, имать живот вечный (Иоан. 6, 54). Ибо кто сомневается, что непрестанно быть причастником жизни не иное что значит, как жить многообразно?»  [1584].

Св. Амвросия: «Кто дает благодать епископства, Бог или человек? Без сомнения ответишь: Бог. Но Бог дает ее чрез человека. Человек возлагает руки, а Бог изливает благодать; священник возлагает смиренную десницу, а Бог благословляет всемощною десницею; епископ посвящает в сан, а Бог сообщает достоинство»  [1585].

3) Припомним также, что от начала своего православная Церковь имела обычай, сохраняющийся доныне, преподавать крещение, миропомазание и причащение самым младенцам. Если же таинства суть только простые знаки, предназначенные для возбуждения веры в людях, которая одна спасает, а не суть орудия, необходимо действующие на людей спасительною благодатию Божиею; то спрашивается: какую пользу могли и могут приносить младенцам три означенные таинства, и с какою целию преподавала и преподает их св. Церковь?

А почему таинства имеют такую силу, — на это ответ один: так угодно было Господу. Он сам установил известные священнодействия, как видимые орудия для сообщения людям невидимых даров своей благодати; Сам научил, как совершать эти священнодействия, чтобы, при правильном совершении их, люди действительно получали благодатные дарования, — и воля Его исполняется: таинства, совершаемые согласно с установлением Спасителя, необходимо действуют на людей спасительною благодатию.

§ 244.

О седмеричном числе таинств.

Таинств церкви не менее и не более, как седмь: крещение, миропомазание, причащение, покаяние, священство, брак, елеосвящение (Посл. восточн. патр. о прав. вере чл. 15). Ибо —

1. Каждое из этих таинств, каж мы видели, ясно утверждается на св. Писании; каждому усвояются в Писании все свойства истинного таинства, т. е. Божественное установление, видимый или чувственный знак и невидимое благодатное действие на человека. Если же в Писании не сказано прямо, что таинств именно седмь  [1586]: то точно так же не сказано, что таинств два, или три, или одно. О седмеричном числе таинств мы знаем из другого Божественного источника, из свящ. Предания, сохраняющегося в Церкви.

2. Не только Церковь православная, но и Церковь римская, отделившаяся от нее в IX–XI веке, и все общества несториан и монофизитов, существующие на востоке с пятого столетия, единогласно признают в своих чинопоследованиях церковных и совершают седмь таинств  [1587]. Чем же объяснить такое удивительное согласие Христиан, разномыслящих между собою, если не тем одним, что оно утверждается на апостольском предании?  [1588]. Позаимствовать друг у друга эти священнодействия, или некоторые из них, означенные Христиане не могли по взаимной неприязни, и действительно не заимствовали, — как показывают многие разности в самых их чинопоследованиях каждого из таинств  [1589].

3. Раскрывая, в частности, эту мысль о постоянном, всеобщем веровании Христиан касательно седми таинств Церкви, скажем, что оно несомненно существовало:

а) в XVI веке, когда явилась реформация, и протестанты первые дерзнули отвергнуть пять таинств, оставив у себя только крещение и евхаристию. Верование это ясно выразили тогда константинопольский патриарх Иеремия в своих письмах виртембергским богословам  [1590], филадельфийский митрополит Гавриил, написавший особое сочинение о седми таинствах  [1591], и на западе, кроме многих частных писателей, целый собор тридентинский  [1592].

б) в XV веке. О седми таинствах писал в самом начале этого века св. Симеон солунский  [1593], и с флорентийского собора (1438–1440) писал папа Евгений IV к армянам  [1594].

в) в XIV веке: как показывают император константинопольский Иоанн Палеолог (1355) в своем исповедании веры  [1595], Мануил Калека, родом грек (1360)  [1596], и собор армянский, бывший в 1342 году  [1597].

г) в ХІII веке. О седмеричном числе таинств говорили в то время константинопольский иеромонах Иов (1270)  [1598], западные схоластики: Фома Аквинат, Бонавентура, Александр Галенс  [1599] и Собор лондонский, бывший в 1237 году  [1600].

д) В XII веке: как видно из поучений Оттона, проповедывавшего христианскую веру в Померании в 1124 году  [1601], и из сочинений схоластиков: Гюгона Викторина  [1602] и Петра Ломбарда  [1603], которые все ясно учили о седми таинствах.

е) Прежде XI и даже прежде IX века. Ибо сохранились некоторые чинопоследования седми таинств греческие и латинские, которые восходят гораздо далее XI века  [1604], и патриархи константинопольские Михаил Келулларий и Фотий, хотя обличали латинян за некоторые отступления в образе совершения таинств, ни разу однакож не укоряли их (латинян) за умножение или сокращение числа таинств.

ж) Прежде V века: потому что, как мы уже замечали, общества несториан и монофизитов, отделившиеся от Церкви православной в V веке, содержат у себя доселе, согласно с нею, седмь таинств.

4. Если св. Отцы и учители древней Церкви нигде не говорят прямо, подобно св. Писанию, что таинств седмь, нигде нарочито не излагают учения о всех седми таинствах; то надобно припомнить, для объяснения этого, о существовавшем тогда в Церкви обычае охранять таинства молчанием (disciplina arcani), как свидетельствует св. Василий великий. Сказав в каноническом послании к Амфилохию, что, кроме писанных догматов и проповеданий, есть в Церкви и такие, которые приняты от апостольского предания по преемству в тайне, св. отец указывает в подтвержденіе своих слов именно на некоторые частности в чинопоследованиях таинств евхаристии и крещения, и затем спрашивает: «из какого (все это) взято писания? Не из сего ли необнародываемого и неизрекаемого учения, которое отцы наши сохранили в недоступном любопытству и выведыванию молчании, быв здраво научены молчанием охраняти святыню таинства? Ибо какое было бы приличие, писанием оглашати учение о том, на что непосвященным в таинство и воззрение непозволительно»  [1605]? Впрочем, не рассуждая в своих писаниях нарочито, вследствие этого благочестивого обычая  [1606], о всех таинствах в совокупности, св. Отцы и учители древней Церкви нередко упоминают при случае, согласно с предположенною целию, то об одном, то о другом, то о третьем таинстве, и, по снесении свидетельств их вместе, оказывается, что они несомненно признавали все седмь таинств, доселе сохраняющихся в Церкви Так — а) о таинстве крещения говорят, как мы видели, апостол Варнава, Иустин мученик, Тертуллиан, Кирилл иерусалимский, Василий великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст и многие другие (§§ 202–206); б) о таинстве миропомазания — Дионисий Ареопагит, Феофил антиохийский, Тертуллиан, Климент александрийский, Киприан, папа Корнилий, Ефрем Сирин. Собор лаодикийский, Кирилл иерусалимский и другие (§§ 208–211); в) о таинстве Евхаристии — Игнатий Богоносец, Иустин мученик, Ириней, Ипполит, Дионисий александрийский и весьма многие другие учители Церкви, равно как и целые соборы, вселенские и поместные (§§ 214–220); г) о таинстве покаяния — правила и так называемые постановления апостольские, Тертуллиан, Киприан, Афанасий великий, Иоанн Златоустый, Амвросий, Григорий нисский, Иероним, Кирилл александрийский и целые соборы (§§ 222–225); д) о таинстве елеосвящения — Ориген, Иоанн Златоустый, Виктор антиохийский, Цезарий, папа Иннокентий 1–й, Кирилл александрийский и другие (§§ 230–232); е) о таинстве брака — Игнатий Богоносец, Тертуллиан, Иоанн Златоустый, Василий великий, Григорий Богослов, Амвросий, Августин и другие (§§ 234–236); ж) о таинстве священства — правила св. Апостолов, Василий великий, Иоанн Златоустый, Григорий нисский, Амвросий, отцы халкидонского собора, папа Лев великий и другие (§§ 239–241).