Читать онлайн «Величайшие загадки и тайны магии». Страница 71

ТАБУ

Это слово происходит от полинезийского tabu с ударением на первом слоге. В языках Полинезии оно означает «запрещать», «запретное».

Табу и табуирование имеет непосредственное отношение к магии. Дж. Дж. Фрэзер (Золотая ветвь, с. 27) пишет: «Совокупность позитивных предписаний составляет колдовство, совокупность негативных предписаний — табу. Фактически все представления о табу, во всяком случае большая часть, представляются лишь частными случаями применения симпатической магии с ее великими законами сходства и контакта. Хотя, конечно, эти законы не сформулированы дикарем в словесной форме и не постигаются им абстрактно, он тем не менее верит в то, что они регулируют течение природных явлений совершенно независимо от человеческой воли. Дикарь уверен, что стоит ему поступить так–то и так-то, и в соответствии с одним из этих законов неизбежно произойдут такие–то и такие–то последствия. А если последствия какого–то поступка, как ему кажется, нежелательны или опасны, он, естественно, старается поступить так, чтобы не навлечь их на себя. Другими словами, он воздерживается от совершения того, что, как он полагал в соответствии с ошибочными представлениями о причинно–следственных связях, может ему повредить. Такие вещи он табуирует. Табуирование, таким образом, является негативным приложением практической магии… Правило позитивной магии или колдовства гласит: поступай так–то, чтобы произошло то–то. Правило негативной магии (или табу) гласит: не делай того–то, чтобы не случилось то–то и то–то. Цель позитивной магии или колдовства — сделай так, чтобы желаемое событие произошло; цель негативной магии или табу — сделать так, чтобы нежелательное событие не произошло».

Табу существовали у разных народов и были весьма разнообразны.

Наиболее многочисленными являлись пищевые табу. Как правило, эти запреты вытекают из закона подобия и являются яркими примерами негативной магии. Так, многие народы не употребляют в пищу тех или иных животных или растений из боязни приобрести нежелательные свойства, которыми, как полагают, эти животные и растения обладают и могут их наделить.

Существуют запреты и на разного рода действия. Так, когда на островах Кен, к юго–западу от Новой Гвинеи, туземцы спускают на воду судно, чтобы плыть в дальний порт, место, на котором оно лежало, покрывается пальмовыми ветками и становится священным. На это место до возвращения корабля не может ступить ничья нога;

в противном случае судну, согласно поверьям, грозит гибель. Когда даяки уходят на войну, поведение их женщин строго подчиняется определенному кодексу правил: им запрещается смазывать волосы маслом, чтобы мужчины не поскользнулись; они не должны закрывать свои лица, чтобы мужчины не заблудились в джунглях; они не имеют права шить иглой, чтобы мужчины не наступили на шипы, разбросанные врагами на их пути, и так далее.

Некоторые табу имели под собой реальную почву; табуированными могли быть и обычно опасные предметы, ядовитые растения, даже некоторые люди с дурной репутацией.

Нарушение табу каралось смертью. На Таити, например, было запрещено рядовому члену общества наступить на тень, отбрасываемую верховным вождем. Если кто–нибудь нечаянно прикасался к королевской тени, его казнили на месте.

Табу связано с понятием «мана». Так, неприкасаемым человек мог быть потому, что оказывался наделенным большим количеством мана. Кроме того, обладавший мана имел право накладывать табу, то есть объявить запретной любую вещь путем простого прикосновения к предмету. На Таити, например, если король ступал по какой–нибудь земле, никто уже не имел права ходить по этому участку до тех пор, пока не будет снят запрет. Вследствие такого положения таитянские король и королева могли ходить пешком только по земле своих личных владений. В остальных случаях их носили на плечах.

Папуа — Новую Гвинею часто преподносят как место, где можно побывать в «каменном веке». И в этом есть доля истины.

Исключительный вклад в изучение народов этого острова внес русский исследователь Н. Н. Миклухо–Маклай, проживший в Новой Гвинее около 2,5 года (1871 —1872, 1877—1878, 1883 гг.).

Традиционные верования папуасов весьма любопытны.

Одни обряды были широко распространены среди многих племен. Например, обряд «узнавания имени». Болезнь ребенка нефедко приписывали тому, что младенцу дали не то имя и дух предка, пребывающий в его теле, недоволен. В этом случае после исполнения соответствующего ритуала ребенку меняли имя. Иногда болезнь ребенка связывали с тем, что дух предка хотел войти в тело зародыша, но его опередили, и теперь он сердит. Тогда отец и мать шли к могиле этого предка и просили его не вредить ребенку.

Другие обряды практиковались на очень ограниченной территории. Так, у жителей деревни Ороколо в большом ходу магические талисманы — марупаи. Это миниатюрный кокосовый орех, на котором нанесены узоры, характерные для той или иной родовой группы деревни. Узоры вырезают акульими зубами. Марупаи — предмет личной магии, владелец обычно носит его при себе, под мышкой. Верхушка ореха, как правило, бывает шероховатой, ее разрезают вдоль, чтобы общая форма талисмана напоминала голову животного с ноздрями и слегка прикрытой пастью.

Марупаи используют вместе с двумя другими магическими предметами: паиха — корой ароматического дерева, которую жуют, и хепа-хепа — плоским красным семенем. Кору паиха жуют, когда обращаются к марупаи. Маленький кусочек коры обычно втыкают и в пасть марупаи, а чтобы увеличить колдовскую силу талисмана, присовокупляют к ней крошечный осколок человеческой кости. Обычно эту кость берут из тела умершего колдуна, который таким образом передает марупаи часть своей собственной магической силы.

Семя копахепа применяется в случае крайней опасности. Тогда человек должен разгрызть семя и съесть мягкую пыльцу из сердцевины. Как правило, это возбуждает, поднимает дух, приводит в воинственное состояние. Человек ощущает близость предка, которого призывает к себе на помощь.

Право владеть марупаи принадлежит взрослым мужчинам, и лишь в редких случаях им обзаводится женщина — с разрешения брата, причем женское марупаи должно быть только благожелательным.

Магические функции марупаи широки: изгонять злых духов с огорода, помогать охоте на диких свиней, подгонять к берегу определенные виды рыб, предохранять от болезни и преднамеренного колдовства, обеспечивать нужную погоду, убивать врагов (так использовать марупаи может только человек, обладающий большой магической силой), передавать вести от одного колдуна к другому.

Когда человек умирает, марупаи переходит по наследству к его племяннику — но только к сыновьям его сестры.

Несмотря на христианизацию, заселение Новой Гвинеи белыми и научные исследования, этот остров время от времени преподносит цивилизованному миру сюрпризы.

Так, в 1961 году в нескольких километрах от южного берега Новой Гвинеи перевернулся катамаран. Его владелец Майкл Рокфеллер добрался до суши и… был съеден аборигенами. С этого момента цивилизованный мир впервые заговорил о первобытных племенах «охотников за головами» — асматах.

Каннибализм в асматских племенах существует и по сей день, однако в скрытой форме. Дикари поедают не только врагов, но и родственников. Первых — чтобы вражеская сила в соответствии с законами имитативной магии перешла к едокам, вторых — от большой любви, чтобы умерший навсегда остался в их памяти. Обычно предназначенным на съедение проламывают височную кость, а потом высасывают мозг. Нередко в пищу идут сердце и печень.

У асматов практикуются и другие древние обычаи. Один из них — охота за головами. Согласно поверьям, пока мужчина не убьет нескольких человек, прибавления в семье не будет. Кроме того, традиция запрещает мужчине жениться до тех пор, пока он не принесет невесте в подарок две головы.

Особенно интересен обряд похорон. Хоронят по–разному. Самый распространенный способ — похороны в болоте, на поверхность которого опускают гроб. Примерно через год гроб, сделанный из отличающейся особой прочностью породы дерева, сгнивает, и тело исчезает в пучине. Часто с умершими вообще не расстаются. Покойника оставляют в доме, где живут женщины и дети (мужчины живут отдельно). Там он должен находиться до тех пор, пока окончательно не сгниет. Причем к трупу относятся, как к живому человеку, даже кормят: варят специальную жидкую кашку и обмазывают ею губы. Высшим проявлением любви к умершему является использование его головы в качестве подушки; этот метод годится, только когда умирает отец и воин не в силах расстаться с родителем. И, наконец, иногда в память о почивших соплеменниках асматы откусывают себе части тела, чаще всего пальцы.