Читать онлайн «Тело йоги. Истоки современой постуральной практики». Страница 62

Было бы нетрудно просто отклонить эту критику Кришнамачарьи как вспыльчивость молодости, но, как мы видели, письменные и устные свидетельства того периода показывают, что в роли учителя йогашалы Кришнамачарья сосредоточился почти исключительно на внешнем, физическом компоненте упражнений йоги.

Т.Р.С.Шарма утверждает, что на ночных занятиях в йогашале Кришнамачарью заботила исключительно ангалагхава («чувство легкости в конечностях», см. Хатха-Йога, гл.1), и что «духовные аспекты йоги, такие как дхъяна, дхарана и самадхи, обсуждались крайне редко» (интервью, август 29 2005). Б.К.С . Айенгар сухо замечает о своем асана-режиме у Кришнамачарьи, «Если мой брат в законе (свояк) тогда и наблюдал также и за моим более глубоким или личностным развитием, он ничего не говорил мне об этом» (2005xix) 16.

Б.К.С.Айенгар также отмечает, что в начале своей королевской службы Кришнамачарья сначала был нанят преподавать мимансу в Патхашале, но был переназначен в йогашалу, когда ученики пожаловались Махарадже, что его уроки слишком трудны (Iyengar, 2000 , 53). Этот анекдот еще раз свидетельствует о последней инстанции Махараджи во всем, что и где бы ни преподавал Кришнамачарья и о той роли, которую играл Махараджа в управлении учебной программой йогашалы. Несмотря на свою репутацию отчаянно независимого человека, который поступал как ему вздумается и отвергал королевские щедроты, Кришнамачарья оставался, пусть административно, если не по духу, служащим Махараджи, с семьей, которую нужно было кормить. Действительно, после своей женитьбы Кришнамачарья был вынужден работать на кофейной плантации, в районе Хасан, Карнатака, (Iyenga, 2000, 52),  – факт, который обычно опускается в его «официальных» биографиях.

На протяжении этого времени (от 1927 до 1931?) 17 он носил «шорты, рубашку с коротким рукавом, носки и туфли, шляпу на голове и трость в руке» чаще, чем одежду ортодоксального брамина. Как отмечает Айенгар, «судьба сыграла с ним злую шутку» (52). И только после лекции об Упанишадах в муниципалитете Майсура, в 1931 году, Кришнамачарья начал привлекать внимание как преподаватель, что в конечном итоге привело его к службе во дворце. Чтобы сохранить свое место в Йогашале, ему пришлось действовать в соответствии с предписаниями Махараджи.  А это предписание, очевидно, заключалось в том, чтобы обучение асанам соответствовало как жестко установленной гимнастической традиции в самом дворце, так и изменению облика коренных программ физического воспитания во всем регионе.

Гимнастики индийские и зарубежные, происхождение майсурского стиля

«Предшествующие трактаты ограничивались той частью (йоги), которая занимается подготовкой Тела. Но не стоит путать это с тем, что известно как физическая культура, или мужские игры, с которыми ее по ошибке часто сравнивают. Йогическое описание тела в основном нацелено на сохранение здоровья, а не на развитие мышц или навыков и мужества на спортивной площадке. Она может быть справедливо названа «системой гигиенических практик». Современные условия требуют разумного сочетания этих разных предметов». Из Предисловия Субраманья В. Айера к «Йога Макаранда» (Krishnamacharya  1935, iii).

Джон Росселли пишет, что начиная с 1980-х гимнастики, преподаваемые в индийских школах, «часто содержали устойчивый элемент индивидуального бодибилдинга или акробатики» (John Rosselli1980,137). Поэтому целесообразно сопоставить метод, которым Кришнамачарья обучал детей во дворце, с рядом этих образовательных дисциплин, особенно с несколькими, занимавшими видное положение в образовательных учреждениях Индии в течение трех десятилетий начала двадцатого века. Хотя эти режимы и не подпадают под рубрику йоги, я утверждаю, что они создают контекст для понимания в противном случае аномальной атлетической системы Кришнамачарьи в майсурский период.

В докладе о физическом воспитании Майсурского Департамента Народного Просвещения 1930 года, например, рекомендуется обучать школьников «Гимнастикам, индийским и зарубежным» (1930,10), и преподавание Кришнамачарьи явно пронизано такими тенденциями физического воспитания индийских школ. Его система может быть плодотворно рассмотрена как синтетическое возрождение укорененных упражнений (включающее йогасаны наряду с другими типами гимнастик), в контексте вестернизированной программы физического воспитания в поздней колониальной Индии.

В исследовании Майсурской традиции йоги Норман Сьемэн (Sjoman  1996 , 52) обратил внимание, что во дворце существовала давняя традиция королевской гимнастики, и что сам Махараджа с детства придерживался режима гимнастических упражнений. По его распоряжению Кришнамачарья может свободно привлекать любые гимнастические тексты, которые он здесь обнаружит, к разработке своей собственной системы обучения, и, более того, унаследует «старый гимнастический зал, содержащий гимнастические снаряды и канаты, подвешенные к потолку», для своей йогашалы (Sjoman  1996 , 53) 18.

Действительно, Шриниваса Рангачар, один из его старших учеников, который на протяжении тех лет был его студентом и преподавателем в йогашале, вспоминает, что Кришнамачарья в своем обучении использовал «все виды гимнастического оборудования» (включая альпинистское снаряжение), и что в те времена обучение Кришнамачарьи «считалось исключительно гимнастическим» (интервью с Шанкара Нараян Джойс, 26 сентября 2005).

Т.Р.С. Шарма, который поступил в йогашалу уже после ухода Рангачара, не смог вспомнить какого-либо гимнастического оборудования, что позволяет предположить, что работа на нем не была характерной чертой обучения Кришнамачарьи, за исключением первых лет его пребывания в должности (интервью, 29 сентября 2005). Нужно также отметить, что с уходом Ананта Рао, главного преподавателя К.В. Айера в Майсурской Вьяямшале, в 1941, большая часть гимнастических снарядов была просто брошена «валяться» вокруг крыла Джаганмохан-дворца, где также преподавал Кришнамачарья (интервью с Анантом Рао 29 сентября 2005).

Анант Рао в «Идеальном теле» Айера, 1936.

Анант Рао в 2005, в возрасте 100 лет. Фото автора.

Этот переход от гимнастики тренажеров к безаппаратному режиму упражнений отражает более общую тенденцию в индийской физической культуре, отошедшей от дорогого спортивного оборудования – как в когда-то популярных гимнастических залах Макларена – к более экономичным процедурам из европейских свободных (freehand) гимнастик и укорененных упражнений (см. гл. 4).

До и во время преподавания Кришнамачарьи в Майсуре этот дух времени в физическом воспитании будет проявляться в учебных планах государственных школ (как в докладе Майсурского департамента народного просвещения), и в конце десятилетия он будет конкретизирован в стандартном формате по всей стране.

Я хочу кратко рассмотреть два примера режимов физического воспитания, пользующиеся широкой популярностью в 1930-х годах в Индии, первый взят из импортной, европейской системы, а другой из одобренной правительством компиляции «доморощенных» упражнений.

Эти конкретные технические детали, я надеюсь, покажут, что «Майсурский стиль» Кришнамачарьи шел в ногу с преобладающими формами физического воспитания и фактически был вариантом стандартных рутинных упражнений того времени.

Зарубежные гимнастики

Как мы уже видели, движение физической культуры в современной Индии выросло в процессе реагирования, (а иногда противодействия), на зарубежные, колониальные формы телесных дисциплин, таких как гимнастики Макларена и Линга. Однако эти системы упражнений не отвергаются оптом, но инкорпорируются в широкую синкретическую схему, которая в конце концов набирает достаточную силу для возрождения укорененных практик. Система, названная Элементарной (Primitive), или «Первичной» Гимнастикой, разработанная датчанином Нильсом Бухом (1880–1950), была одной из таких европейских систем, пришедших, чтобы занять центральное место на сцене физического воспитания  Индии.

Гимнастический зал Буха в Оллерупе, Дания (открытка).

В первые десятилетия двадцатого века господствующая до тех пор система Линга начинает считаться не достаточной для создания мужчин, готовых к труду и обороне (мы помним, что К.В.Айер критикует ее именно на этих основаниях), и поэтому завоевывает популярность более энергичная Датская гимнастика. В 1906 году Датская гимнастика становится официальной программой подготовки британской армии (Leonard  1947 , 212).

Популярность системы Буха, «сосредоточенной на преемственности движений, ритмических упражнениях и интенсивной растяжке для достижения эластичности, гибкости и свободы» (Dixon and McIntosh, 1957, 101), растет в геометрической прогрессии с 1920-х до 1930-х годов, когда национальный директор по Физической культуре YMCA, Генри Грей оценит ее как вторую после Линга, в терминах «полного национального одобрения и всеобщего признания» среди других систем упражнений Индии (Gray, 1930, 7).