Читать онлайн «История ислама. Исламская цивилизация от рождения до наших дней». Страница 521

286

На русском эти слова означают соответственно: апельсин, лимон, люцерна, шафран, сахар, сироп, мускус, муслин, альков, гитара, мастика, амальгама, перегонный куб, алхимия, щелочь, сода, алгебра, альманах, зенит, надир, тариф, адмирал, шах и мат. — Прим. перев.

Наиболее доступное исследование исламского влияния на Запад — The Legacy of Islam, ed. Thomas Arnold and Arthur Guillaume (Oxford University Press, 1931). Рассматриваемое в нем наследие имеет отношение не к современным мусульманам, а к Западу, весьма преждевременно названному наследником вырождающегося ислама. Многие главы имеют отношение к данной теме, но не все. Лучшая — Н. A. R. Gibb, ‘Literature’, 180–209, — где блестяще демонстрируется влияние на западную литературу. Глава об изобразительном искусстве — Thomas Arnold, ‘Islamic Art and Its Influence on Painting in Europe’, 151–154 — тоже полезна, но менее проницательна в отношении того, что именно значит «влияние». X. Фармер также написал отличную главу (H. G. Farmer, ‘Music’, 356–375). Все исследования естественных наук — например: Max Meyerhof, ‘Science and Medicine’, 311–355 — страдают неверным представлением о том, что влияние на латинскую традицию оказывала, по сути, вся исламская наука; это значит, что они не затрагивают некоторые серьезные вопросы о западной избирательности, но все раскрытые ими вопросы освещены прекрасно.

На «стариковское» восприятие перемен часто ссылаются как на свидетельства культурного упадка; например, в интересном исследовании Роберта Бруншвига (Robert Brunschvig, ‘Probleme de la decadence’ in Classicisme et declin culturel dans Vhisloire de I’lslam, ed. R. Brunschvig and G. E. von Grunebaum, Paris, 1957). Мне кажется, такие цитаты имеют особенный смысл, только если передаваемые ими идеи доказали большую эффективность, чем обычно. Бруншвиг в своем историческом обзоре западных представлений об исламском упадке демонстрирует тот факт, что представители Запада не говорили о подобном упадке до конца XVII в. Как будет показано ниже, я убежден, что эта дата имеет большее значение для проблемы в целом, чем осознавали ученые. Кстати, весь том под редакцией Бруншвига и фон Грюнебаума представляет огромную ценность для исследования вопроса о консерватизме, пусть даже страдает на всем своем протяжении от ряда предубежденностей, которые, как мне кажется, искажают большинство более серьезных выводов. О некоторых связанных с этим проблемах говорится здесь: Unity and Variety in Muslim Civilization, ed. G. E. von Grunebaum (University of Chicago Press, 1955). (Перевод работ Грюнебаума на русский язык: Грюнебаум, фон Г. Э. Основные черты арабомусульманской культуры. М., 1981. — Прим. ред.)

Популярный образ довольных жизнью кочевников, которые внезапно были вынуждены сняться с привычных пастбищ из-за засухи, а затем поработили ничего не подозревавшие оседлые народы, возник вследствие восприятия истории как череды не связанных друг с другом событий на в целом стабильном фоне. Некоторые номады действительно могли руководствоваться именно этими соображениями, и один неудачный год мог подвигнуть спокойно развивавшееся до той поры племя на попытку проверить, насколько можно подвинуть соседей. Но нам следует помнить, что даже в отдаленных степях история всегда была комплексным процессом: в каждой конкретной ситуации присутствуют элементы дисбаланса, и каждый новый дисбаланс вырастает из предыдущего. Племена всегда находили причины испытывать друг друга на прочность, поскольку незыблемых испокон веков позиций не существовало.

«Положение обязывает» (фр.); выражение используется как существительное. — Прим. перев.

Говоря о «государстве военного патронажа», я воспользовался идеями Мартина Диксона (с его устного согласия); в отличие от меня он прекрасно знает материал. Но я свободно адаптировал эти идеи под требования общей истории цивилизации в том виде, в каком я их понимаю. Надеюсь, я сделал не слишком много ошибок.

Или «Синяя Орда». Среди историков нет единого мнения, какое именно образование следует считать Голубой Ордой, и какое — Белой. Автор излагает лишь одну из нескольких точек зрения. — Прим. перев.

Некоторые авторы, использующие географический термин «Русь» для обозначения всех территорий, в конце концов занятых русскими, заблуждаются: возникает ощущение, что все, что они называют «Русью», действительно было русским по происхождению, а мусульмане являлись чужаками, вторгшимися на русскую территорию, даже на самой Волге. Такое предположение может привести к неверному пониманию последствий обращения монгольской Орды в ислам.

Историки (черпая знания из хвалебных мусульманских источников) раньше писали, что юг Индии был мусульманским уже при Аляддине Хильджи, и считали позднейшие походы просто акциями по подавлению мятежей. Но (как бы ни казалось иногда, что аграрное военное правление похоже на действия рэкетиров в современном городе, взимающих со своих «подопечных» деньги за «защиту») нам следует различать набеги, при которых заключались вынужденные договоры о выплате дани — их нарушение просто было риском получить следующий набег — и настоящие завоевания, когда организуется постоянная администрация, возникает стабильная модель легитимации; а термин «мятеж» применим в отношении акта открытого неповиновения существующей структуре власти и призыва к реорганизации.

То же, что эмир. Настоящее имя поэта — Абу-ль-Хасан Яминаддин Хосров. — Прим. перев. Переводы на русский язык: Амир Хосров. Восемь райских садов. М., 1975; Избранные газели. М., 1975. — Прим. ред.

Профессор Мухаммад Хабиб прекрасно перевел и прокомментировал произведение Хосрова Khaza’in al-futuh о походах Хильджи (Мадрас, 1931).

Jean Aubin, ‘Comment Tamerlan prenait les villes’, Studia Islamica, 19 (1963), 83–122; в работе говорится об источниках общественной поддержки Тимура; кроме того, я воспользовался его исследованием при рассказе о других аспектах деятельности Тимура.

Термин улум ал-аджам, «неарабские науки», неверно переводят как «чужеземные науки», будто бы чуждые исламу или даже исламскому миру. Нет нужды говорить, что большинство мусульман сами были, строго говоря, аджам, не-арабами; здесь дело не столько в иноземном или чужеродном происхождении (как думают некоторые арабисты), а лишь в арабском языке как в средстве выражения мыслей.

Тор Андре проследил эволюцию представлений о Мухаммаде, особенно под влиянием суфиев {Die Person Muhammeds in Lehre und Glauben seiner Gemeinde (Upsala, 1917)); см. особенно длинную 6-ю главу.

«Не подлежащий изменениям» (лат.). — Прим. перев.

Известная легенда о хиджре; Мухаммад решил оставить Али в Мекке, чтобы тот раздал владельцам все оставленное Пророку на хранение добро, а сам собирался в Медину с Абу-Бакром вслед за остальными мусульманами. Али и Мухаммад знали о заговорщиках, поджидавших Пророка возле его дома, и Мухаммад приказал Али лечь в его постель, чтобы те подумали, что Пророк спит. Сам же он вышел и спокойно прошел мимо курайшитов; Бог наслал пелену им на глаза, и они не узнали его.

Связанной с обереганием от зла — сглаза, неудач, смерти и т. п. — Прим. перев.

Аяты 60–61. Цитируется на русском в переводе Э. Кулиева. — Прим. перев.

От лат. tutior — «безопасный». Доктрина тьютиоризма сформировалась в католической теологии и состоит в том, что в случае моральных сомнений лучше придерживаться той точки зрения, которая более безопасна или больше соответствует закону.

То есть не онтологическое единение с Богом, а психологическое ощущение близости к нему. — Прим. науч. ред.

Я попытался обозначить некоторые аспекты и привлекательные стороны антиномизма, а также показать, что он был почти неизбежен — по крайней мере, в том или ином смысле — в статье об ибахе, Encyclopaedia of Islam, 2nd ed.

В труде Gustave von Grunebaum, Roger Cailtois, ed., The Dream and Human Societies (University of California Press, 1966) можно увидеть, как некоторые юнгианцы и неюнгианцы приходят к более серьезному восприятию роли сновидений в органическом балансе человека. Том также содержит самые азы исследования исламского толкования снов; но нас интересует исследование того, как анализ снов использовали пиры в оценке прогресса своих учеников.