Читать онлайн «История ислама. Исламская цивилизация от рождения до наших дней». Страница 461

А. Коллапс европейского мирового порядка

В 1904 году, когда соперничавшие правительства Великобритании и Франции смогли прийти к соглашению, ведущие европейские державы завершили раздел мусульманских стран южнее Сахары между несколькими империалистическими хозяевами (хотя на полное покорение некоторых мусульманских владений этого региона ушло несколько десятилетий). Но в том же году началась русско-японская война, в которой одна из ведущих европейских держав потерпела поражение от «азиатов», и в 1905 году все народы, находившиеся по другую сторону пропасти в развитии, осознали, что Запад не является непобедимым.

В течение прошлого тысячелетия внутренние социальные институты Японии развивались параллельно соответствующим институтам Северо-Западной Европы. Возможно, еще более важную роль сыграло сочетание событий XVII и XVIII веков, в результате которых Япония, желая защитить собственные торговые классы от конкуренции с Западом, проводила политику самоизоляции, закрыв доступ иностранцам на свою территорию. Таким образом, они не могли оказывать влияние на внутреннее развитие страны, которая избежала разрушительного воздействия Великих западных преобразований, не затронувших ее экономические и социальные институты. Япония практически не подверглась разрушительному влиянию современной промышленной цивилизации. Когда она вновь открылась для контактов с миром, то с полным пониманием происходящего использовала все свои сохраненные в целости ресурсы, чтобы заимствовать ключевые аспекты техникализма, не попав в систему экономической зависимости от Запада; после ряда лет напряженного независимого развития при тщательном выборе направлений деятельности Япония довольно скоро была в состоянии соответствовать всем западным нормам. Однако японский опыт невозможно было использовать менее удачливым народам, которые уже попали в зависимость от Запада. Учитывая западную тенденцию приписывать Востоку отсталость и расовую неполноценность, успех японцев имел как психологическое, так и символическое значение. Во всем мире молодое поколение интеллигенции, получившее современное образование, осознавая, что у них национальное самосознание развито глубже, чем у предыдущего поколения, а также обладая прекрасным знанием Запада и его методов, видело свою националистическую миссию в повторении японской победы.

Мы уже видели, как революционные движения, которые возникли в этот период в Османской империи, Египте, Иране и Индии, к началу Первой мировой войны потерпели поражение. Пример Японии оставался совершенно уникальным. Казалось, что прямое европейское правление постепенно распространится по всему земному шару. К 1896 году Великобритания распространила свою власть на некоторые внутренние районы Малайского полуострова, а в 1910 и 1914 гг. полностью подчинила себе ту его часть, которая не принадлежала Сиаму. В 1907 г. голландцам наконец удалось полностью подчинить себе султанат Ачех. Французы присоединили к своей империи не только последний суданский султанат (Вадаи, 1911 г.), но и большую часть Марокко.

Типичная судьба Марокко наглядно демонстрировала, что ожидает немногочисленные, остававшиеся независимыми государства. К концу столетия марокканская династия, последняя сохранившая независимость в Магрибе после захвата Алжира и Туниса французами, не смогла удержать власть под давлением европейцев: султан оказался бессилен перед борьбой интересов европейских держав и местными племенными восстаниями. Отсутствие наследника не позволило ему получить поддержку Европы, необходимую для сохранения династии. Тогда французы предложили султану помощь в реогранизации правительства, что помогло бы ему сохранить трон. Германия, которая была заинтересована в захвате этих территорий, также попробовала вмешаться в развитие событий, однако на международной конференции полномочия Франции были официально признаны ведущими европейскими державами, и султан принял французских советников. В 1912 г. Франция оккупировала Марокко (за исключением северных территорий, доставшихся Испании). В последующие десятилетия французы проводили политику просвещенного колониализма от имени султана, создавали крупные сельскохозяйственные фермы, которыми владели европейцы, строили современные города (и принимали все необходимые меры, чтобы сохранить в неприкосновенности архитектурный облик древнего города Феса, который был превращен в музей под открытым небом), а также положили конец племенным восстаниям.

Но Первая мировая война изменила положение Европы и дала модернизированным мусульманам более серьезные основания для надежды повторить победу Японии. Длительный кризис европейских держав вылился в войну между собой, в которую (как мы отмечали ранее) оказались в разной степени вовлечены их заморские зависимые территории. В результате военного поражения Германия покинула Европейский концерт, в России произошла революция, и после окончания войны Великобритания и Франция перестроили европейскую гегемонию в своих интересах настолько глубоко, насколько смогли, однако их ресурсы были весьма ограничены, а население, проникнутое идеализмом 20-х годов, крайне негативно относилось к колониальным войнам. Таким образом, они были не в состоянии обеспечить довоенное европейское доминирование в мире.

В центральных землях ислама мусульмане располагали довольно длительным опытом вовлечения в техникализированный мир, и многие из них уже имели достаточно современный вид, однако большинство избежало прямого европейского правления. От Турции и Египта до Афганистана мусульмане жили под властью правительств, независимость которых частично или полностью признавалась европейцами. Однако некоторым мусульманским странам в этом отношении повезло гораздо меньше. В частности, в регионе Амударьи — Сырдарьи во имя коммунистической революции, а в Магрибе во имя буржуазного права и порядка сохранялось прямое европейское правление: все попытки обрести независимость в этих странах окончились неудачей, так как консервативные слои мусульманского общества их не поддержали. В Индонезии новые модернизационные силы только делали первые робкие шаги в борьбе с голландцами, которые уничтожили старое движение сопротивления. В Африке южнее Сахары процесс колонизации на довоенной основе только набирал обороты. Однако новый статус стран центрального региона ислама произвел впечатление на всех мусульман: если «колонии» в Лиге Наций представляли европейские державы, то «независимые» мусульманские государства имели здесь своих собственных представителей, которые обладали всеми необходимыми полномочиями и как равные обсуждали проблемы международного права вместе со своими западными коллегами.

Турецкие войска на позициях в Палестине. Фото 1915 г.

К 1922 году в большинстве стран центральных областей ислама модернизационные националистические силы достигли определенных успехов. Во многих странах появились как минимум признанные органы самоуправления, обычно с некоторыми элементами ответственных представительских институтов. В последующие десятилетия в Турции и Западноиранском государстве старые социальные формы почти полностью исчезли, даже в Афганистане (но не в Саудовской Аравии) были предприняты сходные попытки реформ, хотя они и не выдержали испытание временем. В других, относительно модернизированных странах последующие два десятилетия были ознаменованы бесполезными усилиями, направленными на то, чтобы сбросить ярмо Запада и местных коллаборационистов, а в политическом плане было топтание на одном месте. И все-таки жизнь в городах центральных областей ислама, даже не таких независимых и реформированных, как Турция, все больше и больше реорганизовывалась по западному образцу: появлялись автобусы и пишущие машинки, зубная паста и аэропланы; женщины с открытыми лицами, спешащие на работу, и бизнесмены в серых европейских костюмах постепенно стали обычным явлением городской жизни, что, однако, никак не повлияло на уровень жизни простых людей, продолжавших прозябать в нищете. В большинстве этих стран появились даже заводы и профсоюзы. Ключевые элементы Западных преобразований просто утвердились в центральных областях ислама.

В определенной степени процесс модернизации мусульман начался и в других странах. Однако здесь даже в большей мере, чем в центральных областях ислама, этот процесс принял форму прямой ассимиляции в европейскую культуру. Идеи модернизации и мирового правления независимых центральных мусульманских государств пока еще не стали основной альтернативой Западу. Независимость или частичная независимость нескольких государств центральных областей ислама только немного ослабляла процесс ассимиляции растущего числа модернизированной мусульманской элиты культурной системой империалистической власти, которая контролировала их страны.