Читать онлайн «Ленинградский фронт». Страница 48

Немецкие десантные баржи первыми открыли огонь. Сразу попали в командный пункт, где находилась радиостанция. Она вышла из строя. Мы заметили, что немецкие корабли при подходе к Сухо разделились на две колонны. И начался бой. Пошла стрельба, все закрутилось, завертелось. Это было примерно до 9 часов утра. Потом налетели немецкие самолеты и начали бомбить. И тут нам удалось один бомбардировщик «Хейнкель-111» сбить. Он летел низко, видимо, фотографировал. Взрывы — тут и там. Мы на тральщике поставили дымовую защиту. Все в дыму, снаряды летят, у нас мачту снесло, пробоины мелкие по корпусам были: и с правого борта, и с левого, но больших повреждений не было. Потом наша авиация пришла, но немцы уже высадили десант на остров. Мы этого не видели, нам потом рассказали. В первом их броске участвовало 60 или 70 человек. Начали они наших прижимать. К одному орудию подошли, ко второму… Мы до сих пор не знаем, сколько же там человек погибло.

Один из немецких паромов сел на мель около западного берега Сухо. Ему попытался помочь другой паром, но тоже наскочил на камни и застрял. Пришедшие им на помощь два парома сами сели на камни. Все разладилось в действиях немцев.

Радиосвязь с лодками, на которых находились стрелковые группы, оборвалась. Командир немецкого десанта решил воспользоваться сигнальной ракетой и с ее помощью прервать действия стрелковых групп. После сигнала все группы вернулись на паромы, прихватив с собой пятерых пленных. Большую роль в отражении атаки немецкого десанта сыграли тральщик ТЩ-100 и «морской охотник» 171. Они отвлекали на себя огонь противника до подхода основных сил.

На помощь бойцам с острова Сухо пришли самолеты Ленинградского и Волховского фронтов, ведомые летчиками Краснознаменного Балтийского флота. Уже в 9 часов утра авиация нанесла первый удар по кораблям противника.

Подобная оперативность советских частей объяснялась хорошей осведомленностью о действиях врага. Разведка Ладожской военной флотилии и Балтийского флота внимательно контролировала ситуацию в Лахденпохье, Сортавале и других портах Ладожского озера. Исключительную ценность представляли и сведения, полученные из финских источников.

В июне 1942 года командование Балтийского флота получило сообщение от члена Государственного комитета обороны А. Микояна. Микоян сообщил, что, по достоверным данным, итальянские торпедные катера перебрасываются из итальянского порта Специя в Финляндию для действий на Ладожском озере. Разведка и штаб приняли меры для того, чтобы выяснить, где появятся итальянцы. На северных берегах Ладожского озера высадились диверсионные и разведывательные группы. И вскоре сообщение Микояна подтвердилось. Командующий Ладожской флотилией капитан 1-го ранга В. С. Чероков приказал усилить дозоры, разведку и поставить несколько береговых батарей на островах Кареджи и Сухо.

После первых ударов советской авиации, в 9:30 эскадра противника с остатками десанта начала спешно отходить от острова. Операция, которая начиналась так благополучно, закончилась для немецкой эскадры бесславно.

23 октября в 4:15 все оставшиеся паромы вернулись в свои порты. Потери составили 18 человек убитыми и 57 ранеными, четверо пропали без вести. Операция «Бразиль» продолжалась 35 часов. Ее итогом стало уничтожение советской береговой батареи из 100-миллиметровых орудий и выведение из строя маяка на острове Сухо. Во время боя советский гарнизон потерял 6 человек убитыми, 5 пленными и еще 23 получили ранения.

Главное значение боя у острова Сухо в том, что до конца войны никаких серьезных ударов по Ладожской коммуникации противник больше не нанес. 20 ноября 1942 года, спустя месяц после проведения операции, смешанный немецко-итальянско-финский отряд был расформирован. Итальянские катера и немецкие паромы ушли в порт Котка. И уже никогда не возвращались на Ладогу.

ВОСПОМИНАНИЯ:

Погоняев Павел

Наша авиация нанесла основной урон немцам. Самолеты стали топить немецкие корабли. Бомбардировщик заходит в пике, за ним другой… Взрывы… Когда фонтаны воды осели, видим, что нет корабля.

После боя тральщик подошел к острову, взял убитых и раненых и ушел в Новую Ладогу. А нас оставили на всю ночь. Снарядов у нас мало. Мы боялись: вдруг немцы вернутся, а нам отстреливаться нечем. Но, слава богу, они после разгрома ушли насовсем. Утром пришла телеграмма, чтобы мы шли к базе в Новой Ладоге. На Сухо приехал командующий флотилией Чероков, он беседовал с защитниками. Потом мы неделю стояли на ремонте, заклепывали пробоины. За этот бой наш командир получил орден Красного Знамени, командиры орудий — медали «За отвагу», а всем остальным дали медали «За боевые заслуги». Чуть позже, в 1943 году, на Ладогу были доставлены две подводные лодки «малютки». Они ходили в разведку. Но после боя за Сухо немцы больше никаких атак на Ладоге не предпринимали.

Где-то с 1985 года стали проходить сборы ветеранов Ладожской флотилии. Приезжало по 200 с лишним человек. Были и защитники с Тральщика-100. А бойцов с самого острова не было ни разу. Не могу ответить, почему. До сих пор у историков и участников сражения — расхождения во всем, что касается этого боя. Сколько кораблей участвовало в десанте? Адмирал Степанов насчитал 24, а командир Тральщика-100 — 30 кораблей. Начальник гарнизона острова Сухо тоже считал, что 30. Не знаю, кто прав.

Прикот Сергей

Наша авиация до 1943 года была очень маленькой. В основном, защищала от налетов зенитная артиллерия. А вот с 1943-го обстановка изменилась. Наша авиация стала усиливаться и вела бои на равных с противником, а с 1944 года она уже, пожалуй, господствовала.

Противодействие на Ладожском озере оказывала и немецко-финская флотилия. Она состояла из 8 десантных барж. Это мощные корабли. Там 88-миллиметровые пушки стояли, автоматы 20-миллиметровые. И были мощные двухкорпусные катамараны, очень живучие. Еще — много мелких катеров, 4 итальянских торпедных катера новейшей постройки. Один из них мы утопили, а 3 осталось до конца. Так что многое вспоминается, тяжело порой было, но за нами город стоял. Жители и мы, как могли, воевали, учились на ошибках, и смогли победить врага.

Гитлер много раз задумывался, как ему обустроить Россию: «Никакой вакцинации для русских и никакого мыла, но надо давать им алкоголя и табака сколько душе угодно. Обучим их лишь до уровня, чтобы они понимали наши дорожные знаки и не попадали под наши автомашины. Наша цель: германизировать Россию посредством иммиграции немцев и смотреть на коренных жителей, как конкистадоры на краснокожих».

В оккупированном Пскове немцы ввели новые праздники. 22 июня — день начала освобождения. 20 апреля — день рождения Гитлера. И самый большой праздник — 9 июля — день освобождения Пскова. Начинался он с крестного хода вокруг Троицкого собора. Дальше устраивались гулянья, танцы, детям раздавали мороженое.

Немцы в Пскове обустроились основательно. Они открыли два публичных дома, игорные заведения, проводили футбольные матчи. А в 1943 году даже выпустили путеводитель по древнему русскому городу.

В планах немецкого командования Пскову отводилась особая роль. В городе разместился штаб, административные и хозяйственные службы группы армий «Север». Псков стал столицей оккупированной Ленинградской области, надежным тыловым городом с образцовым немецким порядком.

В Пскове открылись 10 церквей, выпускались газеты для оккупированных территорий «За Родину!» и «Северное слово», работало несколько начальных школ. Средних и высших учебных заведений для русских не предусматривалось. В учебнике для начальных классов, который немцы выпускали на оккупированной территории, можно было найти такие главы: Земледелие в Германии, На заводе в Германии, На государственной трудовой повинности в Германии. И одновременно — отрывки из произведений Льва Толстого и Лермонтова.

В деревнях бывшим колхозникам раздали землю и обложили продразверсткой в пользу немецкой армии. Армия сурово спрашивала за недостачу, зато иногда проявляла отеческую заботу. Мужики в Ленинградской области очень обрадовались, когда в ноябре 1942 года узнали о приказе командования 18-й немецкой армии. Приказ говорил о том, что лошади, отнятые у Красной армии, будут раздаваться по деревням. Крестьяне, естественно, себе их с радостью взяли. Кормили всю зиму, а по весне, когда пришла пора сеять и пахать, когда лошади были особенно нужны, немцы их забрали обратно.

Какова была бы судьба Ленинграда, окажись он под немцами? Мы можем не гадать об этом, потому что Ленинград был в оккупации: Стрельна, Красное Село, Петергоф, Павловск, Пушкин.

Если в блокадном Ленинграде выдавали 125 граммов хлеба, то жители оккупированных городов не могли рассчитывать даже на такой скудный паек. От голода в Пушкине умерли писатель-фантаст Александр Беляев, историк Сергей Чернов и тысячи других людей. У немцев не было ни возможности, ни желания кормить мирное население. Работы, которая бы оплачивалась немецкими деньгами или возможностью получить какой-либо паек, было очень мало. Немцы могли занять, по их данным, не более 10 % трудоспособного населения. Это значит, что 90 % было обречено на вымирание.