Читать онлайн «Исторические предпосылки создания спецназа, 1701-1941 гг. [том 1]». Страница 64

Первый практический опыт самостоятельной работы в полевых условиях выпускник Академии Генерального штаба Пржевальский получил во время экспедиции по Дальнему Востоку в 1867—1869 годах. Заручившись поддержкой вице-президента ИРГО П.П. Семенова-Тян-Шан-ского, молодой лейтенант в сопровождении всего двух помощников нанес на карту область вдоль рек Амур и Уссури — новых владений Российской империи, равных по площади Англии.

В 1870—1873 годах состоялась первая Центральноазиатская экспедиция Пржевальского. В дальнейшем им было организовано и проведено еще четыре, а его учениками, среди которых наибольших результатов добились В.И. Роборовский и П.К. Козлов, — еще около десяти.

Цели, задачи и планирование поиска

Политическими целями экспедиций была попытка, как было сказано выше, если не присоединить, то хотя бы добиться усиления влияния России в Центральной Азии. Поэтому одной из главных задач являлось достижение столицы Тибета Лхасы и установление отношений с далай-ламой — религиозным главой исповедующих буддизм народов. Научные цели — всестороннее изучение природы Центральной Азии.

Военный цели были самые обширные. Это, прежде всего, подробное картографирование местности, сбор информации о состоянии китайской армии, о проникновении в этот регион эмиссаров других европейских держав, поиск проходов в горах и пустынях, водообеспечение территорий, характер местного населения, его отношение к Китаю и к России, климат и т.д.

Исходя из главной — разведывательной — цели, каждая экспедиция планировалась и организовывалась как глубокий рейд разведотряда в тыл противника. В этом, собственно, и заключался вклад Пржевальского в развитие военной мысли в целом и разведки в частности. Сначала осуществлялось четкое планирование, формулировались цели и задачи, намечался маршрут, затем определялись силы и средства, порядок связи «с центром». По итогам экспедиций составлялись подробные отчеты. Некоторые из этих отчетов, как сообщают отдельные источники, не обнародованы до сих пор — Пржевальский был сторонником военного решения присоединения территорий.

Командиры разведгрупп спецназа ГРУ современной Российской армии с удивлением обнаружат, что выработанные тогда нормы и правила проведения рейда-развед-выхода сохранились до наших дней. Я не оговорился. Если мы оценим с позиции сегодняшнего дня планирование, цели и задачи экспедиций, глубину их действий, порядок проведения, состав участников, вооружение, экипировку и даже боевой порядок, то мы с известными оговорками и поправками на время увидим, что эти экспедиции были в чистом виде «рейдом отряда оперативной разведки на глубину театра военных действий». В современных условиях эти задачи выполняет специальная разведка ГРУ ГШ — спецназ ГРУ.

Последними экспедициями Пржевальского руководил будущий военный министр А.Н. Куропаткин (1848—1925), занимавший в 1883—1890 годах пост начальника Азиатского отдела Генштаба.

Экспедиционные отряды Пржевальского комплектовались исключительно добровольцами. Люди уходили на 2—2,5 года в никуда. Маршруты измерялись десятками тысяч километров. Связь с Россией была не устойчивая, неоднократно приходила информация о гибели экспедиций.

Отряд имел в своем составе обычно 3— 4 офицеров, 3—4 солдат, переводчика, 5— 6 казаков сопровождения из состава пограничной стражи. На отдельных участках к отряду присоединялись проводники. Всего численность отряда в разные экспедиции составляла 10—20 человек. Передвигались на лошадях. Грузы перевозили на лошадях и верблюдах, в высокогорье — на яках. На каждого разведчика было по винтовке и по два револьвера в кобурах у седла. Перед выходом оружие пристреливалось. Регулярные учебные стрельбы проводились и во время похода. Продовольствие пополняли у местного населения и добывали на охоте. С караваном также гнали небольшое стадо баранов. На маршруте движения создавались промежуточные склады. Для ночлега использовались штатные палатки.

В условиях сурового климата, сложного ландшафта и противодействия противника

Все без исключения экспедиции проходили в очень суровых климатических условиях. Участники афганской войны 1979— 1989 годов могут в какой-то мере их себе представить. При переходе по пустыням температура днем поднималась до +60°С, поэтому передвигались ночью. На многих участках воды не было вообще. Значительные участки маршрута проходили в условиях высокогорья, на высотах до 4000— 4500 м и даже до 5000 м, в том числе зимой при крайне низких температурах. Дрова приходилось везти с собой, так как во многих местах их не было вообще.

Временами от основных сил отряда высылались дозоры на расстояние до 100 км, а иногда экспедиция разделялась на два отряда, и каждый выполнял свою задачу.

Но не только климат и горно-пустынный ландшафт были препятствиями для отряда. Поход реально проходил в боевой обстановке. Сведения о населяющих Центральную Азию народах были крайне скупы, и они по-разному относились к непрошеным гостям. Иногда приходили делегации с просьбой передать Белому Царю прошение о принятии в подданство, но регулярно случались и вооруженные стычки. Не случайно поэтому участники экспедиций наряду с научными наградами получали и медали за участие в боевых действиях.

Об одной из таких стычек экспедиции 1883—1885 годов рассказал в своих воспоминаниях Пржевальский. На отряд произошло второе нападение всадников-тангу-тов численностью около 300 человек: «Словно туча неслась на нас эта орда, дикая, кровожадная... а впереди своего бивуака, молча, с прицеленными винтовками, стояла наша маленькая кучка — 14 человек, для которых теперь не было иного исхода, как смерть или победа». За 500 шагов разведчики открыли залповый огонь, но тангуты скакали на отряд до тех пор, пока не был сбит с лошади их командир. Тогда они развернулись и скрылись за увалом. Пржевальский, взяв с собой 7 человек, начал преследование. Охранять лагерь остались Роборовский и 5 казаков. Всего бой продолжался 2 часа. Было израсходовано 800 патронов, убито и ранено около 30 тангутов. 13 февраля 1894 года отряд Робо-ровского из 8 человек также вступил в бой с двумястами тангутами. Бой продолжался более 2 часов. К чести командиров-офице-ров, боевых потерь среди сил отряда не было. С оружием разведчики не расставались даже во время сна. На случай внезапного нападения выставлялись часовые.

Смерть на боевом посту

Шестая по счету экспедиция-рейд Пржевальского приближалась к границе, чтобы пересечь ее. Но руководитель внезапно заболел тифом и 20 октября 1888 года скоропостижно скончался. На боевом посту...

На его смерть А.П. Чехов написал слова, которые можно отнести ко всем разведчикам, честно выполнившим и выполняющим свой долг сегодня: «В наше больное время, когда европейскими обществами обуяла лень, скука жизни... когда даже лучшие люди сидят сложа руки, оправдывая свою лень и свой разврат отсутствием определенной цели в жизни, подвижники нужны, как солнце... Есть, есть еще люди подвига, веры и ясно осознанной цели».

В первой половине XIX "века партизанские отряды и отряды конных охотников в Русской армии (для решения специальных задач и в конце XIX века. — С.К.) создавались по мере надобности. По прошествии оной они расформировывались. Опыт их действий никак не анализировался и не накапливался. В каждый конкретный момент всё зависело от наличия или отсутствия деятельного командира, готового сформировать команду или партию.

Глядя на пластунов, командиры армейских пехотных полков в Севастополе начали заводить у себя по их образцу особые команды. Отбирали самих храбрых и сметливых солдат, выдавали им редкие в то время в регулярных войсках штуцера и высылали в ночные дозоры. Солдаты перенимали у бывалых пластунов их ухватки, привычки и даже стали подражать в одежде.

Об истории создания и особенностях подготовки войсковых развед-чиков-охотников пишет поручик Веселовский в своей статье в «Военном сборнике» за 1897 год: «Затем в период Кавказских войн и, наконец, в последнюю Турецкую кампанию охотничьи команды работали, еще не существуя официально. Сначала это были непостоянные команды и даже не временно учрежденные, а чисто случайные. На каждое предприятие, требующее особенной смелости и соединенное с большим риском, вызывались охотники, т.е. люди, желающие его выполнить. Потребное количество отчаянных смельчаков являлось; их отдавали под начальство офицера, и команда готова. По миновании надобности эта команда распускалась, по большей части не оставляя никаких следов, кроме воспоминания о молодецки исполненном поручении. В некоторых местах из них были сформированы, непосредственным распоряжением частей, команды, которые уже не распускались после каждого отдельного поручения.