Читать онлайн «Нюрнбергский набат. Репортаж из прошлого, обращение к будущему». Страница 154

Чрезвычайная Государственная Комиссия определила ущерб, причиненный народному хозяйству СССР и отдельным сельским и городским жителям, в сумме 679 млрд рублей в государственных ценах 1941 г., из них: государственным предприятиям и учреждениям — 287 млрд рублей, колхозам — 181 млрд, сельским и городским жителям — 192 млрд и, наконец, кооперативным, профсоюзным и другим общественным организациям — 19 млрд рублей.

Я опускаю последующие разделы этого Сообщения. В них говорится о том, как этот ущерб распределяется по отдельным союзным республикам. Перехожу к параграфу, в котором говорится о разрушениях колхозов, совхозов и машинно-тракторных станций. Для сокращения я приведу из этого раздела лишь отдельные выдержки:

«Сжигая села и деревни, немецкие фашисты производили всеобщее ограбление граждан этих деревень. Крестьян, сопротивлявшихся ограблению, они зверски убивали».

Дальше приводятся конкретные данные об ограблениях населения в Каменец-Подольской области, в Курской области, в колхозе «За мир и труд» Краснодарского края, в колхозе «За темпы» Сталинской области, а также в Могилевской, Житомирской и других областях.

Немецко-фашистские захватчики причинили огромный ущерб совхозам СССР. Они вывезли из них запасы сельскохозяйственной продукции, разрушали хозяйственные и другие совхозные постройки.

Другая выдержка:

«Конный завод № 62 Полтавской области в результате немецкой оккупации лишился племенного маточного поголовья русско-американских рысаков. До войны в этом конном заводе было 670 племенных лошадей. Так немцы поступили и с другими племенными совхозами».

Я опускаю остальные выдержки из этого раздела и перехожу к параграфу Сообщения, который посвящен массовому ограблению немцами советских граждан. Читаю:

«Во всех республиках, краях и областях Советского Союза, подвергавшихся оккупации, немецко-фашистские захватчики грабили сельское и городское население, отбирали имущество, ценные вещи, одежду, предметы домашнего обихода, облагали мирных жителей штрафами, налогами, контрибуциями».

Далее в этом разделе приводится целый ряд конкретных фактов ограбления советских граждан в Смоленской, Орловской и Ленинградской областях, в Днепропетровской области, в Сумской области и т. д.

С разрешения Трибунала, я опускаю две страницы цитируемого текста и читаю последний абзац:

«Ограбление советского населения немецкие захватчики производили на всей территории Советского Союза, подвергавшейся оккупации.

Чрезвычайная Государственная Комиссия произвела учет ущерба, причиненного оккупационными властями советским гражданам, и установила, что немецко-фашистские захватчики сожгли и разрушили около 4 миллионов жилых домов, составлявших личную собственность колхозников, рабочих и служащих, конфисковали у них 1,5 миллиона лошадей, 9 миллионов голов крупного рогатого скота, 12 миллионов свиней, 13 миллионов овец и коз, а также отобрали громадное количество всякого домашнего имущества».

В приведенных нотах, а также в Сообщениях Чрезвычайной Государственной Комиссии дана картина преступлений, совершенных гитлеровцами в оккупированных ими областях. Эти преступления были организованы подсудимыми.

То обстоятельство, что Геринг как рейхсмаршал и уполномоченный гитлеровского правительства по четырехлетнему плану непосредственно возглавлял всю деятельность немецких военных и гражданских оккупационных властей по подготовке и осуществлению ограбления оккупированных территорий, явствует из уже представленных мною документов.

Тем не менее я прошу мне разрешить огласить еще один последний документ по этому вопросу, а именно указ Гитлера от 29 июня 1941 г. Ранее он не представлялся, и поэтому я представляю его Трибуналу под № СССР-287. В этом указе значится дословно следующее:

«1. Во вновь оккупированных восточных областях рейхсмаршал Герман Геринг как уполномоченный по четырехлетнему плану распоряжается в рамках присущих ему в качестве такового полномочий любыми мерами, необходимыми для максимального использования обнаруженных запасов и экономических мощностей и для развития хозяйственных сил на пользу германской военной экономики. 2. Для этого он также может отдавать непосредственно распоряжения органам вооруженных сил во вновь оккупированных восточных областях». И, наконец, третий параграф о том, что «указ вступает в силу с сегодняшнего дня. Он должен быть опубликован по особому распоряжению». Однако, господа судьи, исключительные полномочия, которые были предоставлены Герингу, отнюдь не означают, что другие подсудимые пассивно участвовали в организации грабежа оккупированных территорий. Все они вместе и каждый из них в отдельности развивали лихорадочную деятельность в этом направлении. Франк обирал польский народ, Розенберг орудовал на Украине и в других оккупированных районах СССР, Заукель и Зейсс-Инкварт — и тут и там, Шпеер и Функ продумывали и проводили грабительские мероприятия по линии министерств хозяйства и вооружения и т. д. Кейтель действовал по линии вооруженных сил.

В связи с этим я хочу предъявить еще два документа, относящиеся к «хозяйственной деятельности» Кейтеля, которые представляю под № СССР-175.

29 августа 1942 г. Кейтель как начальник штаба верховного командования вооруженных сил издал следующий секретный приказ за № 002865/42 «Об обеспечении вооруженных сил продовольствием». Я оглашаю лишь две короткие выдержки из этого приказа. Господа судьи найдут этот документ на странице 181 тома документов. Читаю:

«…Продовольственное положение германского народа требует, чтобы вооруженные силы, насколько это только возможно, делали все для облегчения его. Предпосылки для этого имеются также теперь в полном объеме в операционных и оккупированных областях Востока и Запада.

Прежде всего в оккупированных восточных областях должно обеспечиваться в будущем гораздо большее количество продовольствия и фуража, чем до сих пор…»

Читаю вторую выдержку:

«Достижение во что бы то ни стало этой цели, чтобы и в этой области вооруженными силами были созданы решающие предпосылки для завоевания победы, должно быть гордостью и почетной обязанностью всех ведомств».

В справке референтов Кларе и доктора Бергмана, датированной 19 ноября 1942 г., с заголовком «Совершенно секретно. Содержание: Снабжение вооруженных сил продовольствием» (эту справку в подлиннике я представляю Трибуналу под тем же № СССР-175), мы находим следующую оценку результата, который дал упомянутый выше приказ Кейтеля. Оглашу только первый абзац этой справки:

«По распоряжению фюрера начальник главного штаба вооруженных сил разъяснил в прилагаемом приказе от 29 августа 1942 г., что вооруженные силы должны, насколько это возможно, внести вклад для обеспечения продовольственного положения германского народа, и поэтому также со своей стороны должны заботиться в оккупированных областях, чтобы не только обеспечивать войска продовольствием из этих областей, но также и заготовить массу его для империи. Согласно этому приказу, взаимодействие между армейскими и хозяйственными организациями, к счастью, стало теснее…»

Теперь, с вашего разрешения, я позволю себе огласить еще один документ, а именно — телеграмму Кейтеля от 8 сентября 1944 г. Этот документ я представляю Трибуналу под № СССР-286. Читаю:

«…1) Генштабу армии (генерал-квартирмейстеру). Бюро шефа.

2) Генштабу армии (генерал-квартирмейстеру). Адм. отдел.

3) Главнокомандующему Северным фронтом.

4) Главнокомандующему Центральным фронтом.

5) Экономическому штабу „Ост“.

6) 1-му военному округу…

1. Фюрер уполномочил гаулейтера Коха заняться использованием местных ресурсов в занятых войсками Центрального фронта частях имперского комиссариата Остланд. Фюрер далее дал указание, чтобы все германские и местные административные власти подчинялись распоряжениям гаулейтера Коха. При конфискации экономических ценностей гаулейтер Кох должен поддерживать контакт с соответствующими высшими имперскими органами. 2. Все органы вооруженных сил должны самым широким образом поддерживать гаулейтера Коха в выполнении этого задания». Таким образом, господа судьи, даже в конце 1944 г., когда под ударами Красной Армии и ее союзников гитлеровская Германия стремительно катилась к своему окончательному поражению и оставалось всего несколько месяцев до ее полного военного и политического краха, Гитлер, Кейтель, Кох и многие другие все еще тянулись уже костенеющими пальцами к чужой собственности, к чужому добру…

Таковы данные о грабеже и мародерстве, которые совершали гитлеровские полчища на оккупированных территориях Советского Союза.

Но они грабили не только живых, они грабили и мертвецов.

Мой коллега полковник Смирнов уже привел исчерпывающие данные по этому вопросу. Я не стану их повторять и напомню об этом только с целью показать, насколько замкнут и всеобъемлющ был круг этих преступлений.