Читать онлайн «Против всех». Страница 57

После Гражданской войны в армии до уровня дивизий и корпусов постепенно было введено единоначалие. Командир получил право отдавать приказы без подписи надзирателя-комиссара, но это не означало отсутствия контроля. Комиссары превратились в помполитов — помощников по политической части. Помполит всегда находился рядом с командиром и обо всех его действиях докладывал наверх по своей линии подчинения.

В 1937 году Сталин вскрыл заговор в Красной Армии, и ее командный состав пришлось очищать от врагов народа — разнообразных Тухачевских и якиров, дыбенок и блюхеров. А чтобы командиры не восстали, 10 мая 1937 года все помполиты в один момент снова превратились в комиссаров со всеми драконовскими полномочиями. В 1940 году Сталин, очистив Красную Армию, двоевластие отменил. Теперь комиссары превратились не в помполитов, а в замполитов.

Грянула война. Для Красной Армии она имела, мягко говоря, неблагоприятное начало, и потому в 1941 году замполиты снова стали комиссарами. Командиры не имели права отдавать никаких приказов без их утверждения этими персональными надзирателями. Как только Красная Армия перешла в наступление, комиссаров вновь перековали в замполитов.

Но на уровне армий, флотилий, флотов, фронтов, военных округов, групп войск и в мирное, и в военное время руководство по-прежнему оставалось в руках Военных советов, в каждый из которых входил командующий и опекающие его ЧВСы.

Заняв пост министра обороны, Жуков всю эту систему решил сокрушить. С какой стати Советская Армия находится под чьим-то контролем, если есть министр обороны Маршал Советского Союза Жуков! В Центральный Комитет КПСС посыпались предложения Жукова преобразовать Военные советы, превратить их из контролирующих органов в совещательные, а их состав утверждать не решениями ЦК КПСС, а приказами министра обороны (Георгий Жуков. Стенограмма октябрьского (1957 г.) пленума ЦК КПСС и другие документы. С. 445).

Предложений было много, а суть одна: снять партийный ошейник с горла Советской Армии. Оно бы и хорошо, но тогда безраздельный контроль над Советской Армией перешел бы в руки Жукова.

Жуков не ждал положительного ответа на свои запросы. Он начал сокращать должности партийных надсмотрщиков своими приказами.

Министр обороны единолично упразднил номенклатурные должности Центрального Комитета зам. командующего по политчасти подводными силами и эскадры флота (там же. С. 328).

То есть Жуков упразднил должности заместителя командующего подводными силами по политчасти и заместителя командующего эскадры флота по политчасти, а обе эти должности были включены в номенклатуру ЦК, то есть находились в ведении Центрального Комитета партии.

Чтобы нам проникнуть в глубины случившегося, нужно вспомнить, что власть в огромной Российской империи в октябре 1917 года захватила Коммунистическая партия. И ни с кем той властью не делилась. Всех, кто на ту власть посягал и покушался, коммунисты истребляли беспощадно в массовом порядке, миллионами. Они истребили дворянство, купечество, офицерство, кулачество, крепко досталось интеллигенции, духовенству, казачеству, а потом и крестьянству.

Осуществлялась же власть путем назначения и смещения начальников всех и всяческих рангов. Кадры решают все — так в свое время выразил суть этой системы товарищ Сталин.

Вот для примера самый что ни есть захудалый районный центр. В великом и могучем, правдивом и свободном русском языке — широчайший диапазон топонимов, наименований географических объектов. И если есть Серебряный бор, то обязательно найдутся и село Хохотуй в Забайкальском крае, и город Пропойск в Могилевской области, и село Холуй (Ивановская область), и село Мусорка (Куйбышевская/Самарская область).

Так вот, сидит в той самой Мусорке — предположим, что ей посчастливилось стать районным центром — районный комитет партии, райком. Во главе райкома — первый секретарь. И у того секретаря — список должностей, которые могут быть заняты только по решению комитета: директор бани, председатель колхоза, начальник цеха мелкого заводика. Все эти должности — номенклатура районного комитета. Сначала комитет, вернее — его первый секретарь, тайно решает вопрос о том, кто будет председателем колхоза «Красный свинопас», а кто — артели «Напрасный труд», и уж потом в этом колхозе и в этой артели устаивают выборы. Но так устраивают, чтобы народный выбор в точности совпал с предварительным тайным выбором Коммунистической партии. Колхозники своим свободным волеизъявлением могут выбирать себе председателя — но только того, кто угоден комитету, кто уже тайно выбран комитетом, им намечен и утвержден.

Номенклатура — это кроме того еще и список проверенных лиц, своим поведением, трудом и всей жизнью доказавших верность великим идеям Коммунистической партии. Ни районный комитет, ни его первый секретарь не имеют права расставлять на должности тех, кто им нравится. Есть утвержденный в верхах список верных людей, есть личные дела попавших в него, вот только из того круга и выбирайте руководителей — директоров, начальников и председателей.

Но только руководителей самого низшего ранга. Нет у районного комитета власти назначать редактора районной газеты, начальника райотдела милиции или председателя районного совета профсоюзов. Эти ребята — номенклатура более высокого областного комитета партии. Только там могут решать, кого на эти должности можно поднять, а кого из числа руководителей, занимавших эти должности, нужно срочно опустить.

А районный прокурор, судья, сам первый секретарь районного комитета — это номенклатура не областного комитета партии, а более высокого — республиканского или еще более высокого — Центрального. Только там, на самом верху, решают деликатный вопрос подбора и расстановки кадров. Там определяют, кому быть первым секретарем областного комитета на Сахалине, кому представлять интересы Советского Союза в Гондурасе, кому оболванивать народ религиозным опиумом, кому командовать авиационной дивизий в районе Будапешта, а кому — стрелковым корпусом в Хасанском районе Приморского края.

Центральный Комитет решает, кто будет управлять идеологией и политикой, кто будет командовать армией, флотом, наукой, промышленностью, сельским хозяйством, культурой и религией, кто будет судить, кто — сажать, кто — истреблять неугодных.

Вот, например, творческий союз художников или композиторов, журналистов, архитекторов или писателей, чисто добровольное объединение свободных творческих личностей. И сами они выбирают главу своего союза на бурном съезде. Но выбирают, не подозревая об этом, только того, кого уже тайно выбрал и утвердил Центральный Комитет Коммунистической партии.

Все работающие за рубежом разведчики, все директора крупных заводов, все иерархи Православной церкви, все генералы — номенклатура ЦК партии. Только Центральный Комитет Коммунистической партии имеет право решать судьбу каждого из них. Без решения ЦК ни одного из них нельзя ни понизить, ни повысить, ни перевести с одной должности на другую, пусть даже и равнозначную.

Ликвидировав своим решением должности партийных надсмотрщиков, пусть пока и не самого высокого ранга, которые, однако, входили в номенклатуру ЦК, Жуков посягнул на безраздельную власть Коммунистической партии и вышел из-под ее контроля.

Недавно я слышал спор двух экспертов о том, готовил Жуков захват власти или не готовил. Спорить об этом совершенно бессмысленно: Жуков не просто готовил захват власти — он уже фактически осуществлял в стране ползучий переворот. Руководящей силой Советского Союза была Коммунистическая партия, а Жуков выводил Советскую Армию из-под контроля правящей партии, открыто игнорируя ее решения, ломая созданные ею структуры контроля, нарушая установленные ею порядки.

В октябре 1952 года XIX съезд КПСС принял новый устав, в соответствии с которым каждый коммунист имел право обращаться в любые партийные инстанции, вплоть до Центрального Комитета. Многие офицеры были коммунистами (иначе хода наверх не давали). Генералы были коммунистами практически все. Но Жуков ввел в Советской Армии свои порядки. Вопреки уставу КПСС, он запретил армейским и флотским коммунистам обращаться в ЦК КПСС. На армейских и флотских коммунистов права, гарантированные уставом КПСС, с этого момента не распространялись (Георгий Жуков. Стенограмма октябрьского (1957 г.) пленума ЦК КПСС и другие документы. С. 446).

Мало того, Жуков запретил начальнику Главного политического управления Советской Армии генерал-полковнику А.С.Желтову информировать Центральный Комитет обо всем, что происходит в Вооруженных Силах (там же. С. 244).

Главное политическое управление Советской Армии — это верховный политический надзиратель, контролирующий вооруженные силы страны. Главное политическое управление является одновременно одним из отделов Центрального Комитета партии. Получается, что Жуков запретил одному из отделов Центрального Комитета выполнять свои контролирующие функции. Тем самым Жуков вывел один из отделов ЦК из подчинения Первого секретаря ЦК КПСС товарища Хрущёва.