Читать онлайн «Говорят сталинские наркомы». Страница 75

Отрицательно сказались на нехватке боеприпасов и другие причины, в частности, и тот факт, что к началу гитлеровской агрессии не удалось в восточных районах завершить ряд строительств, в том числе по производству нитроглицериновых порохов. Наложила свой отпечаток и развернувшаяся уже в первые недели войны эвакуация предприятий НКБ. Об этом тяжелейшем времени генерал Н. Д. Яковлев (будущий маршал артиллерии), бывший тогда начальником Главного артиллерийского управления, писал в своих мемуарах: «Прямо скажу, столь остро ставшие вопросы обеспечения войск вооружением и боеприпасами для многих из нас явились прямо–таки неожиданными. Да, ресурсы оказались незначительными. Но почему? Разобраться в этом деликатном, к тому же сулившем большие неприятности деле, мало кому хотелось».

Но П. Н. Горемыкину приходилось фактически ежедневно давать полную информацию И. В. Сталину о положении с выпуском боеприпасов, ходе выполнения графиков и плановых заседаний, о причинах снижения производства продукции на том или ином заводе НКБ, принимаемых или принятых мерах и т. п.

Демонстрируя неутомимость в работе, Петр Николаевич трудился не покладая рук, проявляя при этом смелую инициативу и находя зачастую выход из сложнейших ситуаций. Как свидетельствуют многочисленные документы, на рассмотрение ГКО он часто вносил деловые, неординарные предложения.

В начале июля 1941 г. своим постановлением ГКО утвердил месячный и полугодовой планы производства и поставок боеприпасов. Одновременно были даны конкретные задания НКБ СССР, а заместителям Председателя СНК СССР В. А. Малышеву, М. Г. Первухину и А. Н. Косыгину поручалось обеспечить выполнение 21 наркоматом мобилизационных заданий по боеприпасам и вооружению. Всемерное обеспечение выпуска боеприпасов нашло отражение в ряде других постановлений Государственного Комитета Обороны.

Однако производство их многими наркоматами, по мнению П. Н. Горемыкина, осложняло дело. В связи с этим он обратился с письмом к Сталину с предложением организовать при СНК СССР Управление комплектации боеприпасов, подчинив этот орган одному из заместителей Председателя СНК СССР. Нарком писал, что «в условиях военного времени, когда производством боеприпасов занимается большинство заводов всей страны, необходимо создать орган, который имел бы возможность диктовать наркоматам требования в изготовлении элементов выстрела в достаточном количестве для успешного ведения войны».

Предлагаемое управление создано не было. Но определенные меры в этом направлении Председатель ГКО все же принял путем наделения еще большими правами и усиления контроля со стороны одного из членов ГКО, отвечавшего за боеприпасы.

Как наркому П. Н. Горемыкину принадлежит несомненная заслуга по форсированному перемещению в тыл страны большого числа предприятий НКБ, размещению их на новых местах и скорейшему вводу в действие. Это был крайне напряженный период производства отечественной оборонной продукции, в том числе боеприпасов. В силу сложившихся условий дела, связанные с увеличением их выпуска, несмотря на принимавшиеся меры и строгие постановления ГКО, продвигались медленно. Видимо, такое положение явилось одной из главных причин решения Сталина перевести с 16 февраля 1942 г. П. Н. Горемыкина в заместители наркома, а наркомом боеприпасов назначить первого заместителя наркома вооружения Б. Л. Ванникова.

Однако и в этой должности на последующих этапах войны Петр Николаевич трудился с той же энергией и инициативой, что было отмечено руководством страны. Он вводится в состав новой коллегии Наркомбоеприпасов СССР, а постановлением СНК СССР от 18 ноября 1944 г. ему присваивается звание генерал–майора инженерноартиллерийской службы.

После окончания Великой Отечественной войны 26 июня 1946 г. Горемыкин назначается министром сельскохозяйственного машиностроения СССР. Но после почти пятилетней плодотворной работы его подстерегла беда. В марте 1951 г. он был оклеветан и снят со своей должности «за грубое нарушение государственной дисциплины, выразившееся в сокрытии остатков металла на заводах». Полгода спустя его приговорили к 3 годам лишения свободы и исключили из партии.

В 1953 г. П. Н. Горемыкин был реабилитирован и восстановлен в рядах КПСС. В этом же году стал директором НИИ Министерства машиностроения, в 1953–1955 гг. работает заместителем министра оборонной промышленности СССР, а в апреле 1955 г. назначается министром общего машиностроения СССР.

Казалось, что всем его невзгодам пришел конец. Однако в 1957 г. не без ведома Н. С. Хрущева Петр Николаевич был обвинен в связи с «антипартийной группой» и снят с поста министра. Почти год ему пришлось пробыть без работы, пока, наконец, его «дело» не было пересмотрено…

Последняя должность П. Н. Горемыкина (в 1963–1976 гг.) — председатель Научно–технического совета (НТС) Государственного комитета по автоматизации и машиностроению.

Именно здесь, в кабинете председателя Научно–технического совета, куда я приехал по приглашению Петра Николаевича в январе 1971 г., мы с ним и познакомились. Шла подготовка к Всесоюзной научной сессии «Советский тыл в Великой Отечественной войне», которую запланировал провести 7 мая этого года Институт истории СССР АН СССР. Я входил в состав Оргкомитета и мне было поручено пригласить на это научное мероприятие несколько наркомов военных лет, в том числе и П. Н. Горемыкина.

Он очень тепло меня встретил и сказал, что с большим удовольствием примет участие в работе сессии. Его выступление на конференции было одним из самых интересных.

В последующие несколько лет мы с ним постоянно общались. Петр Николаевич выступал перед коллективом сектора истории СССР периода Великой Отечественной войны, а в мае 1974 г. вместе с генералами армии И. В. Тюленевым, И. И. Федюнинским и маршалом артиллерии П. Н. Кулешовым — на расширенном заседании Ученого совета Института истории СССР АН СССР.

15 января 1976 г. по моей просьбе он снова приехал в институт, где состоялась наша беседа, записанная на магнитофонную ленту. С небольшими сокращениями она публикуется ниже.

Беседа профессора Г. А. Куманева с наркомом боеприпасов военных лет, генерал–майором инженерно–артиллерийскои службы П. Н. Горемыкиным

(Из магнитофонной записи) 15 января 1976 г.

г. Москва

Г. А. Куманев: Разрешите, дорогой Петр Николаевич, горячо приветствовать Вас — одного из славных и видных командиров оборонной промышленности СССР военных лет — и искренне поблагодарить за согласие приехать в Институт истории СССР Академии наук СССР и ответить на ряд интересующих меня вопросов. Они касаются деятельности Наркомата боеприпасов СССР и его предприятий накануне и особенно во время Великой Отечественной войны. Прежде всего меня интересует, как был создан Наркомат боеприпасов и какой круг задач он стал решать, кто возглавил новый наркомат, какова оказалась судьба первого наркома этой оборонной отрасли и как можно оценить уровень производства боеприпасов в стране перед фашистским нападением?

П. Н. Горемыкин: Благодарю Вас, уважаемый Георгий Александрович, за приглашение приехать в головной, как Вы мне говорили, академический институт отечественной истории и побеседовать с Вами. Благодарю за теплые слова в мой адрес, и я охотно поделюсь своими воспоминаниями о тех необычайно тяжелых и героических военных годах.

Наркомат боеприпасов (НКБ) СССР был образован 11 января

1939 г. на базе существовавшего в Наркомате оборонной промышленности Главного управления по производству боеприпасов и в результате разукрупнения этого наркомата, вместо которого в тот же день наряду с Наркоматом боеприпасов учреждались наркоматы авиационной промышленности, вооружения и судостроительной промышленности.

В структуре Наркомата боеприпасов были созданы главные управления по производству гильз, корпусов снарядов, порохов и взрывателей. На производство боеприпасов был переведен ряд гражданских промышленных объектов. Предприятия отрасли стали выпускать десятки типов и видов продукции. В их числе — многотонные бомбы и торпеды, снаряды и мины, различные взрыватели, патроны, пороха и взрывчатые вещества. Коллективы заводов НКБ самым тесным образом взаимодействовали с оборонными предприятиями, где производились боевая техника, артиллерийское и стрелковое вооружение.

Накануне войны уже почти половина всего металла, особенно цветного металла, шла на производство боеприпасов.

Первым наркомом боеприпасов (в тот же день, когда появился новый наркомат) был назначен комдив Иван Павлович Сергеев, уже довольно известный в то время военный деятель. Я знал его как честного, эрудированного, грамотного, принципиального человека, хорошего организатора производства. По происхождению он был из рабочих. Окончил Военную академию РККА им. Фрунзе. Участвовал в Гражданской войне. В последние годы перед выдвижением на пост народного комиссара работал начальником отдела Управления учебных заведений Наркомата обороны СССР, начальником артиллерийских курсов усовершенствования комсостава РККА и, наконец, заместителем председателя Военно–промышленной комиссии при СНК СССР.