Читать онлайн «Блистательный Париж. История. Легенды. Предания». Страница 66

Торжественное открытие моста было приурочено к Всемирной парижской выставке 1900 года, от которой остались лишь два выставочных зала, Гран Пале, Пети Пале да мост Александра III.

Музей скульптора Огюста Родена расположен в особняке, носящем имя французского маршала Бирона. Известный скульптор и французский маршал большую часть своей жизни провели в этом доме, построенном разбогатевшим на военных поставках бывшим цирюльником Абраамом Пейренаком в первой половине XVIII века по проекту Жака Анжа Габриэля.

В 1753 году он стал собственностью Луи Антуана де Гонто, герцога де Бирона — маршала и пэра Франции, героя битвы при Фонтенуа.

При особняке маршал де Бирон, будучи большим любителем цветов, особенно тюльпанов, приказал разбить английский парк, где устраивал блестящие приемы и празднества.

9 июня 1782 года в нем был устроен прием в честь графа и графини Северных. Под этим именем путешествовал по Европе будущий русский император Павел I с супругой.

В 1811 году особняк стал резиденцией русского посла во Франции князя Куракина.

В 20-е годы прошлого столетия он был превращен в пансион для благородных девиц. Некоторое время в нем провела Евгения де Монтихо, будущая императрица, жена Наполеона III.

В начале XX века здесь поселился и провел значительную часть жизни Огюст Роден. Имя немецкого поэта Райнера Марии Рильке, бывшего некоторое время секретарем Родена, также связано с этим домом.

В 1910 году особняк Бирона приобрело государство и устроило музей Родена, где в постоянной экспозиции находится основная часть его произведений. Среди них — небольшая гипсовая статуэтка Вацлава Нижинского, который позировал скульптору в его мастерской в Медоне, где тоже есть музей Родена.

Один из прекраснейших музеев Франции, музей Д’Орсэ, находится на левом берегу Сены, как раз напротив сада Тюильри и другого именитого художественного хранилища — Лувра. Подобно Лувру, он дал свое имя набережной, на которой находится.

Не каждая столица и даже не каждое государство может похвастаться музеем, столь полно отражающим самую душу искусства страны.

В 1898 году Компания железных дорог Париж-Орлеан поручила архитектору Виктору Лалу строительство вокзала Д’Орсэ. Работы двигались очень быстро, и новый вокзал был готов как раз ко времени открытия Всемирной выставки 1900 года.

Лалу соорудил огромный центральный неф 135x40 м, металлическая конструкция которого была искусно покрыта снаружи имитацией мрамора светлых тонов. Вокзал вместил в себя не только 16 платформ, но также рестораны и гостиницу на 400 номеров.

В 1900 году французский художник Эдуард Детай писал: «Вокзал великолепен и выглядит как дворец изящных искусств». Он оказался пророком: здание вокзала Д’Орсэ, постепенно устаревшего технически и наконец заброшенного, в 1986 году получило вторую жизнь в качестве музея французскою искусства середины XIX — начала XX века, где произведения самого Детая занимают не последнее место.

Музей д’Орсэ — один из прекраснейших музеев Франции

В 1973 году президент Помпиду объявил вокзал национальным памятником и решил создать музей, какого еще не было в Париже — музей, вмещающий полвека искусства: со времен Второй Империи до начала кубизма. Идеальное звено между Лувром — храмом классического искусства и Центром Помпиду — храмом современного искусства. Работы по переоборудованию вокзала, которые начались в 1978 году, были поручены группе ACT, а внутренняя отделка — архитектору-женщине из Италии Гае Ауленти. В настоящее время в музее на площади более 45 тысяч квадратных метров выставлено более 4 тысяч произведений искусства, включающих живопись, скульптуру, графику, мебель.

Не часто можно встретить такую гармонию между архитектурой музея и его экспозицией. Сохраненный в максимальной неприкосновенности вокзал эпохи модерна с его галереями, стеклянной крышей и гигантскими часами на противоположном от входа торце стилистически составляет единое целое с прикладным искусством «art nouveau», живописью французских символистов и гордостью экспозиции — картинами импрессионистов: О. Ренуара, Э. Дега, К. Моне, Э. Мане, П. Сезанна и других.

Нигде в мире нет столь полного собрания импрессионистов. Секрет особого обаяния парижской экспозиции, очевидно, в том, что в сегодняшнем Париже по-прежнему жив дух этих художников. И если Париж Средневековый или «мушкетерский» сохранился лишь в немногих кварталах (таких, например, как Латинский), то Париж Третьей Империи и Париж эпохи модерна в полном смысле слова определяют сегодняшнее восприятие французской столицы.

Из пяти с половиной тысяч парижских улиц и площадей более полусотни названий так или иначе связаны с Россией.

Хрестоматийны рассказы о том, как мрачно взирал Наполеон на пожар Москвы в 1812 году и как бесславно покинул он Кремль. Нередко мы забываем, что всего через полтора года — в апреле 1814-го — пришел черед российского императора Александра I разместиться в Елисейском дворце, предварительно убедившись, что дворец не заминирован.

Пока русские казаки своими криками «быстро-быстро!» закладывали этимологические основы парижских бистро и кормили лошадей на газонах Елисейских Полей, Александр скромно занял малые покои Наполеона на нижнем этаже с окнами в сад. Графиня де Буань писала в своем дневнике «Ему было тогда 37 лет, но он выглядел моложе. Прекрасное лицо, высокий рост, мягкий и одновременно импозантный вид, а также... доверие, которое он проявлял к парижанам, появляясь повсюду без эскорта и почти один, помогли ему покорить сердца». Как мало общего между воспоминаниями графини и пушкинским: «Властитель слабый и лукавый, плешивый щеголь, враг труда, нечаянно пригретый славой...»

Год спустя после сражения под Ватерлоо Александр I вновь поселился в Елисейском дворце — на три томительных для его лирической натуры месяца. Уже спустя полчаса после своего приезда он на правах хозяина принимал французского короля Людовика XVIII, наградившего российского императора-спасителя голубой лентой ордена Святого Духа.

Впрочем, несмотря на почести, французская полиция бдительно следила за коронованным российским гостем. «Чтобы развлечься, император уделяет много времени удовольствиям, в частности женщинам, — отмечалось в одном из донесений. — Часто к нему приходят новые, которых он принимает в интимной обстановке. Еще вчера граф Потоцкий привел одну — очень хорошенькую, которая оставалась около полутора часов и вышла в некотором беспорядке...» Именно в Елисейском дворце и в явно хорошем настроении император отредактирует текст договора о тройственном Священном союзе держав-победительниц...