Читать онлайн ««Витязь» в Индийском океане». Страница 97

Вольдемар Мордухай Хавкин был интересный человек. Он родился в Одессе и в Одесском университете изучал зоологию у Мечникова. Не имея возможности применить свои способности в условиях царской России, он уехал в Париж и упросил своего бывшего учителя, еще раньше эмигрировавшего во Францию, дать ему какую-нибудь работу в Пастеровском институте. Его устроили на должность библиотекаря, дававшую ему мало заработка, но много досуга, который он употребил на изучение возбудителя холеры. Хавкин изготовил противохолерную вакцину и в 1896 году поехал в Индию, где свирепствовала холера, чтобы испытать лечебное действие своего препарата. В Бомбее в это время вспыхнула эпидемия чумы, уносившая много жертв, и Хавкин ринулся на борьбу с болезнью. Почти без помощников, день и ночь работая в одной-единственной комнате, он разработал метод выращивания культуры чумных бацилл. Через два месяца он уже имел вакцину, предохранявшую от заболевания при введении вирулентных чумных палочек. Не задумываясь, он ввел себе большую дозу вакцины и, невзирая на тяжелую реакцию и неизвестность исхода, продолжал упорно работать. Он остался жив. Хавкин обладал огромной силой убеждения и рьяно пропагандировал свою вакцину. Тысячи людей получили предохранительные прививки. Применение противочумной вакцины резко сократило заболеваемость и смертность в Бомбее и других городах. Были пожертвованы крупные средства и создана противочумная лаборатория; популярность Хавкина в Индии росла. Вдруг, как гром среди ясного неба, в Пенджабе, на севере Индии, 19 человек из числа привитых вакциной заболело чумой и умерло. Хавкин получил отставку и разочарованный и убитый горем уехал в Европу.

Через некоторое время специальная комиссия расследовала это происшествие, и Хавжин был полностью реабилитирован. Его снова пригласили на работу в Индию.

Бывшая противочумная лаборатория Хавкина ныне развернута в крупнейший институт, носящий его имя. Институт Хавкина играет огрсхмную роль в народном здравоохранении Индии. Это центральное учреждение, изготовляющее всевозможные вакцины и сыворотки, консервированную кровь и плазму, различные противоядии и хймиотерапевтические средства, ведет большую исследовательскую работу.

В Индии, как известно, много ядовитых змей. Около 20 000 человек ежегодно погибало в Индии от укусов змей. В Институте Хавкина (как и у нас в Средней Азии) изготовляется лечебный препарат — антивенин — против укусов змей. На змеиной ферме Института содержатся змеи четырех видов, наиболее распространенных в Индии — кобры (Naja), тик-полонга, или випера Ресселя (Vipera Russeli), эфа (Echis carinatus) и очень опасная змея, относящаяся к роду Bungarus, которую индийцы называют Krait.

Мы познакомились с доктором Вадом, главным специалистом по змеям, который рассказал и показал нам много интересного. Яд одних змей, рассказывает доктор Вад, таких, как кобра или гадюка Ресселя, — нейротоксичный, он парализует нервную систему, яд других змей действует на кровь, разрушает красные тельца, вызывает гемолиз. Институт готовит поливалентную сыворотку, которая хоть и не столь активна, как моновалентная, приготовленная специально против ужаления данным видом змеи, но зато универсальна. Сыворотка высушивается и рассылается в виде сухого порошка. При укусе змеи сыворотку растворяют в дистиллированной воде и вводят под кожу. Если прошло не более 20 минут после укуса, выздоровление гарантировано.

— В прежние времена, — продолжает доктор Вад, — многие люди у нас умирали, даже не будучи ужаленными, от шока, от страха неминуемой гибели. Теперь вера в спасительное действие лекарства уничтожила этот страх.

Доктор Вад показывает нам, как он берет яд у кобры, который затем вводится лошадям для получения лечебной сыворотки. Палочкой он приподнимает хвост у одной из кобр, находящихся в ящике, хватает конец хвоста рукой и вытаскивает кобру. Той же палочкой он прижимает к полу голову и шею змеи, и ногой, обутой в резиновый сапог, наступает иа хвост. Затем берет голой рукой змею за шею и в рот ей всовывает край рюмки, затянутой тонкой мембраной. Разъяренная змея прокусывает мембрану, и капли яда падают в рюмку.

— Королевская кобра, — рассказывает за завтраком доктор Вад, приехавший к нам на «Витязь» посмотреть лаборатории, — дает до 25 капель яда. Но с ней надо обращаться очень осторожно, так как она сразу принимает оборонительную позу и может атаковать. Мелкие кобры дают 6–7 капель яда. Я беру змею за шею всегда голой рукой, чтобы чувствоватъ движения кожи, иначе она может выскользнуть и ужалить. Если змея ужалит — применяем моновалентную сыворотку. Меня змеи кусали трижды, несмотря на опыт и сноровку. — Я спрашиваю доктора Вада про яд морских змей. Вот только тут я узнал, что яд их в 8—10 раз сильнее, чем яд кобры, и оказывает, как и яд кобры, парализующее действие на нервную систему. Количество яда у морских змей невелико.

Доктор Вад подтверждает, что основная пища сухопутных змей — это змеи. Но они нередко погибают, заглотав змею почти такой же величины, как сами. Даже новорожденные кобры, только что вылупившиеся из яйца, нередко съедают одна другую и умирают.

Иммунитет змей против укуса змей, даже того же вида, относительный, т. е. для отравления змеи требуется больше яда, чем для другого животного. Если удалить или разрушить ядовитые железы, змея жить не может, яд необходим ей для переваривания пищи. Без ядовитых зубов змея может жить, но удаленные ядовитые зубы отрастают вновь. Укротители змей нередко делаются жертвами своих «артистов», предполагая, что у тех все еще нет ядовитых зубов.

Доктор Вад утзерждает, что змеи не приручаются и что музыка на них не влияет. Так по крайней мере показывают опыты, проводимые у них на змеиной ферме. Змея толысо повторяет движения головы человека и привыкает ко всей этой процедуре. Очень важна медленность и плавность движений в обращении со змеями.

Доктор Вад прощается с нами, обещая прислать свои статьи, посвященные физиологическим наблюдениям над змеями.

Последний ужин на борту «Витязя». Прощаюсь с друзьями, с Вениамином Григорьевичем Богоровым, с которым дружно прожили столько месяцев в одной каюте, с капитаном, товарищами по работе, с милыми нашими дамами. Вся экспедиция — мои друзья.

В 6 часов вечера я уже на аэродроме. Двухмоторный «Викоунт» подымается в воздух. Три часа полета — и уже в темноте садимся на аэродром Дели. Вдали сверкают огни столицы Индии.

Часа через полтора приходит машина из посольства и привозит меня в новую, только что отстроенную великолепную резиденцию Советского посольства в Дели.