Читать онлайн ««Витязь» в Индийском океане». Страница 84

Сперва идет «Каменный город», старый арабский город, с двух-, трех-, четырехэтажными домами, построенными в строгом арабском стиле без всяких орнаментов, очень тесно, с узкими кривыми улочками. Рядом базар, где сотни всевозможных лавочек, арабских и индийских, торгующих железными, деревянными изделиями, изделиями из кокоса, продовольственными товарами, зерном, кукурузой, ячменем, просом, рисом и т. п. Базар многолюден. Медленно проходят бородатые арабы в длинных белых балахонах — канзу, с головой, обычно обернутой чалмой, тюрбаном, белым или зеленым. Арабы часто носят оружие — короткий кинжал, джамбия. Арабские женщины одеты в длинное, глухое черное платье — буи-буи, покрывающее их с головы до пят, а часто закрывающее и лицо. Африканцев, конечно, нетрудно отличить от арабов. Они гораздо чернее, и у них выражены негроидные черты. Одеты они по-разному, в зависимости от племени. Часто тоже носят белое канзу, как арабы, нередко красную феску или какую-нибудь шапочку. Женщины тоже нередко одеты в буи-буи, но лицо и плечи не покрыты и позволяют видеть яркую, цветную одежду, которая скрыта под черным буи-буи.

За базаром начинается африканский город Нгамбо. Это невообразимое переплетение узких переулочков, тесных проходов, лабиринт избушек, хижин, домиков, реже деревянных, чаще глиняных.

В основе своей хижина — это каркас из мангровых жердей, оплетенных листьями и обмазанных глиной. Возле домов много женщин, играют дети, бродят безрогие, лопоухие, рыжие африканские козы. Скученность населения огромная, страшная бедность. Встречные приветствуют нас вежливым «джамбо», на которое отвечаем тоже «джамбо». Черноглазые и чернокожие ребятишки сопровождают нас веселой гурьбой, полные любопытства к иностранцам, обычно не заглядывающим в «черный город». Но нигде никакого попрошайничества. Трудно понять, как мистер Белл находит путь в лабиринте кривых улочек и проходов Нгамбо, где живет 30 000 человек — больше половины всего населения Занзибара.

На стенах домов часто видим начертанное слово «Uhuru 1960», что значит — «Свободу в 1960 году!» — свободу от англичан, независимость Занзибару в 1960 году.

На улицах Занзибара нельзя не обратить внимание на великолепные массивные резные старинные арабские двери, украшающие вход в богатые дома. Они делаются из джекового дерева. В старые времена художественно выполненная дверь являлась непременным атрибутом настоящего арабского дома.

Мотивы резьбы считаются очень древними, еще доисламскими, заимствованными из Египта и Сирии. Обычно это цветок и листья лотоса, символическое изображение рыб и моря, цепь и дерево ладана. Лотос — эмблема плодородия, воспроизводительной силы, как и рыба — символ богини плодородия и размножения. Цепь символизирует надежность, безопасность, ладан — богатство и изобилие. Добавляя еще цитату из Корана, арабский домовладелец рассчитывал обеспечить для себя и семьи благоволение судьбы.

Большинство дверей украшено массивными медными шипами, якобы индийского происхождения, символической защитой от боевых слонов.

Богатые англичане покупали и во множестве увозили из Занзибара художественные старинные двери для своих родовых поместий. Теперь правительство султана запретило вывоз из Занзибара этих дверей.

Мне очень хочется пройти в арабскую гавань, посмотреть на корабли, на парусные доу, на арабских и африканских мореходов. Но сейчас уже поздно, надо возвращаться на корабль.

Завтра с утра мы уезжаем на коралловый риф. Бухта Занзибара защищена цепью маленьких островков — Чапвани, или Могильный остров, Капандина, или остров Летучих Собак, Тюремный остров, остров Чумбе. Капитан порта советует нам ехать на остров Чапвани.

Вечером к нам на корабль приехали гости — работники рыбохозяйственной станции: доктор Холл с высокой, красивой женой; мистер Брюс, зоолог, со своей супругой, живой, Ееселой француженкой; Моргане, специалист по придонным рыбам, тоже с женой; наш знакомец Белл, мистер Вильяме, ихтиолог, и секретарша научной станции, спортсменка и ярая подводная охотница. Гости осмотрели все, что им было интересно, и долго сидели, рассказывая нам о своей занзибарской жизни и слушая наши рассказы о плавании и посещенных экспедицией местах. Они получили приглашение от работников океанографической станции Носи-Бе приехать с визитом, но прежний директор посчитал это излишним.

Англичане пригласили нас сделать с ними завтра большую поездку по острову.

Мы отправились с самого утра в нашей лодке на остров Чапвани. Идет отлив. От островка тянется длинная, обсыхающая в низкую воду коса. Я имел неосторожность поставить лодку (на этот раз лодка в распоряжении нашего отряда) за косой. И когда наступило время возвращаться на судно, пришлось гнать ее на веслах очень далеко, против приливного течения, против поднявшегося ветра, в обход длинного обсохшего кораллового рифа.

Коралловый риф у острова Чапвани очень богатый. Отряды набрали много кораллов разных видов и всякой живности. Здесь, на Занзибаре, особенно много всяких интересных моллюсков, масса пятнистых раковин Cyprea tigris, рогатых розовых Pterocera rugosa, красивых, декоративных Мигех.

На острове Чапвани, или Могильном, было прежде христианское кладбище, на котором хоронили моряков с торговых и военных судов.

В густых зарослях заброшенного островка водится маленькая африканская газель (Nesotragus moschatus), а также много летучих собак (Pleropus edwardsi). Наши матросы наловили добрый десяток этих любопытных крупных летучих мышей, которые хорошо прижились на корабле, отлично ели разные плоды, особенно манго, и оказались очень воинственными, злобно кусались, а между собой устраивали отчаянные кровавые драки.

После обеда мы на трех машинах отправились в обещанную экскурсию по острову Занзибар.

Богоров, капитан, В. В. Мокиевская и я едем в машине с молодым высоким ихтиологом Моргансом. Первая остановка тут же в порту, на маленьком заводике по изготовлению гвоздичного масла Заводик этот — кооперативно-государственное предприятие. Часть средств дает государство, часть ассоциация производителей гвоздики.

Гвоздичное дерево (Eugenia aromatica) родом с Молуккских островов. Это вечнозеленое растение было сперва завезено на острова Маврикия и Реюньон, а оттуда в начале XIX века на острова Занзибар и Пембу. Сейчас на обоих островах под гвоздичными плантациями занято около 50 тысяч акров, на которых растет четыре миллиона гвоздичных деревьев. В послевоенные годы огромные потери гвоздичным плантациям нанесла болезнь «внезапная смерть», причиняемая, по-видимому, каким-то вирусом. Ведутся исследования по выяснению возбудителя этого заболевания.