Читать онлайн «Пропаганда войны в кинематографе Третьего Рейха». Страница 27

7. Жизнь продолжается… 1945 год

В 1945 году, когда Германия уже явно проигрывала войну, в стране поднималась паника. Необходимы были любые средства для поддержания боевого духа, для сильного психологического влияния, для мобилизации последних сил населения ради противостояния, пускай это и было бы бесполезно. В этом году выходят два последних нацистских фильма на военную тему – «Жизнь продолжается» и «Кольберг».

«Кольберг» – самый известный фильм знаменитого режиссера Вайта Харлана. «Кольберг» – это история маленького немецкого города (совр. Колобжег – Польша), который подвергается безжалостному нападению ужасного врага. Это история о маленьких людях, которые помнят свой долг и честь, и в итоге одерживают своими маленькими силами победу над противником. В фильме показано время наполеоновских войн, но смысл фильма адресован к немцам Второй мировой войны в то время, когда они подвергались контрнападению советской, британской и американской армий. Геббельс настоял на том, чтобы фильм был снят так, как будто последнее сражение мировой войны уже было закончено[283]. Все это предназначалось для каждого немца, каждой семьи, показывая, что даже маленький городок может противостоять большому врагу. Еще теплились в нацистах последние капли надежды, что еще не все потеряно, хотя войну они уже проиграли[284]. Яркие цвета и веселые песни фильма должны были поднять моральный дух, в то время как реальная жизнь немцев день ото дня становилась все мрачнее и мрачнее.

И последний фильм Третьего Рейха. Режиссер Вольфганг Либенайнер был вынужден начать съемки в 1944 году по настоянию министерства пропаганды, и в 1945 году должен был выйти фильм «Жизнь продолжается»[285]. В основе сценария лежала рукопись человека, который никогда и не существовал, а был зафиксирован лишь на бумагах[286]. Среди историков существует такое мнение, что этим человеком-инкогнито был сам Йозеф Геббельс, поскольку некоторые пассажи, использованные в фильме схожи с теми, которые Геббельс применял в своих речах 1943—33 годов[287]. Либенайнер не имел возможности отказаться, так как проект спонсировался государством, находился под наблюдением самого министра пропаганды, а также ему было обещано огромное вознаграждение за работу в размере 180 тысяч Рейхсмарок[288]. Съемки фильма начались сразу же после заказа – в середине 1944 года, но были приостановлены Геббельсом до конца ноября того же года. А затем фильм потребовали снять за 3 месяца, и предложили за это 350 тысяч Рейхсмарок[289], – это должен был стать самым дорогим фильмом Третьего Рейха. Сроки были невозможно маленькими для съемок полнометражного фильма, но данная кинокартина была крайне важна для нацистской пропаганды, – они использовали и рассчитывали на последние возможности, чтобы повернуть каким-то образом войну в пользу Германии. Итак, съемки начались в середине декабря 1944 года, когда война была уже почти проиграна, но официально еще не окончена. В процессе съемок возникали большие трудности – так как война находилась уже на своей последней стадии, Берлин был сильно разрушен и постоянно подвергался бомбардировкам, студия УФА была практически полностью уничтожена. В марте 1945 вся съемочная группа переехала на Люнебургскую Пустошь (Нижняя Саксония), где атак практически не было. Всей съемочной площадке было очевидно, что война проиграна, но Либенайнер все равно продолжал работу над фильмом[290]. В то время, когда к месту съемок подошли войска союзников, пленка была помещена в специальные банки и спрятана. Многие негативы не были найдены вообще, а некоторые попали под огонь противника и были полностью уничтожены. Сегодня существуют лишь несколько обрывков фильма, который так и не был завершен[291].

Любая война, развязанная власть имущими, всегда начинается с пропагандистской истерии, цель которой – дезориентировать собственный народ и мировое общественное мнение, заставить людей сказать «да» грядущей войне. Поэтому каждая война сопровождается долей лжи в средствах массовой информации, поскольку правительствам необходимо добиться общественной поддержки действий своих армий. Наряду с военными битвами идут непрерывные сражения за умы людей, за создание «правильного» общественного мнения, за контролирование информационных потоков.

Немецкая пропаганда апеллировала главным образом к чувствам, задевающим сердце и душу народа, то есть к немецкому национализму, к готовности народа к самопожертвованию, к его вере в своих руководителей и преданности своим властям, равно как и к его солдатским добродетелям. Именно эти чувства проявлялись почти во всех областях общественной и частной жизни немецких людей. О том, что эти идеалы и чувства стали средствами обмана, большая часть немцев узнала слишком поздно. И возникшее вследствие этого глубокое разочарование породило еще большее недоверие к пропаганде.

Однако пропаганда сделала свое дело – Германия входила во Вторую мировую войну с верой народа в сильное милитаризованное государство с передовым вооружением, а также с прекрасным имиджем безжалостной и неостановимой военной машины. Имиджем, который существенно отличался от реальности – в реальности немецкие войска имели очень серьезные слабости, которые проявились вскоре после втягивания Третьего Рейха в затяжную войну.

Кинематограф на протяжении всей истории Третьего Рейха вселял в умы людей стереотипы непобедимого образа немецкого солдата, мощи Германии, доблести, бесстрашия, энтузиазма, патриотизма и самоотдачи. Немецкая армия представлялась самой сильной, здоровой и веселой. В фильмах между сценами военных действий зачастую показывались картинки мирной жизни солдат, – как они моются, бреются, пишут письма, читают газеты, слушают радио, влюбляются… На заднем плане было показано немецкое Отечество: тихие, спокойные, маленькие деревушки, старые, романтические небольшие города, любимые немцами большие города, – там жили их родственники, родители, дети, друзья, любимые. Именно за все это должны были сражаться и сражались их сыновья, внуки, мужья. Война была одним из этапов на пути достижения счастья, благополучия и процветания, и это не обсуждалось. Это было обязанностью, долгом. И все это сходило с экранов немецких кинотеатров.

Эмоциональное нагнетание необходимо как для того, чтобы поддерживать у человека постоянный интерес к тому, о чем рассказывает пропаганда, так и для того, чтобы информация легче воспринималась. Когда говорят эмоции и чувства, разум молчит. Возбужденный человек гораздо легче совершает необдуманные поступки: а именно к таковым его подталкивали руководители Третьего Рейха. К тому же эмоциональная возбужденность очень сильно изменяет поведение человека, даже повседневное. Как правило, происходит мобилизация организма, всплеск сил. И эти силы умелый политик, особенно в тоталитарном государстве, может легко направить в нужное ему русло. Таким образом, нацистский кинематограф до последних месяцев войны успешно работал в интересах пропаганды.

Структура Имперской Палаты Кинематографии[293]:

I. Отдел кадрового функционирования (Berufständischer Aufau)

II. Административные задачи Палаты (Verwaltungsaufgaben der Kammer):

А. Общий обзор

1) Статистика

2) Цель

3) Организация

Б. Общее устройство

1) Регулирование цен за входные билеты на кинопросмотр всех кинотеатров Рейха.

2) Запрет недостойных кинокартин

3) Изучение потребностей зрителя

4) Штрафные санкции

В) Регулирование договорных отношений в области киноиндустрии

1) Между кинодеятелями и производителями

2) Между владельцами кинотеатров и кинопрокатчиками

Г) Фильмкредитбанк

Д) Кино во внешней торговле

1) Экспорт

2) Решение денежных вопросов

Е) Международное сотрудничество

Документы, дневники и произведения современников:

Геббельс Й. Дневники. Прелюдия «Барбароссы». Москва, 2004; Последние записи. – Смоленск: Русич, 1998

Пикер Г. Застольные разговоры Гитлера. Пер. с нем. И. М. Фрадкина, Смоленск: Русич, 1933

Шмидт П. Переводчик Гитлера. Смоленск «Русич», 2001