Читать онлайн «Алхимия». Страница 74

I. Тетрасомия (σομα — тело). Исходный сплав изготовляется из олова, свинца, меди и железа. Поверхность его черна.

II. Аргиропея (αργιρος — серебро; ποιος — делаю). Заключается эта стадия в отбеливании тетрасоматы сплавлением четвертичного става с мышьяком и ртутью.

III. Хризопея (χρισος — золото). На этой стадии берут «серебро», полученное в результате аргиропеи, и добавляют к нему очищенную серу и «серную воду». Основная добавка — золото (для «закваски»).

IV Иозис (ιοσις — томление, брожение). Это — заключительная стадия. Она состоит в окрашивании хризопейного сплава в золотистые тона путем травления

Получение искусственного «золота» — главное достижение имитирующего технохимического ремесла Александрийской эпохи.

Техническая химия этой поры представлена в Лейденском папирусе X (III в.), переведенном и прокомментированном Бертло7. Лейденский папирус содержит сто рецептов, предписывающих приемы золотоподобных имитаций.

Универсальным — не только химическим — источником является Стокгольмский папирус[158], содержащий 152 рецепта, из которых только 9 посвящены золотоподобным имитациям; 73 — подделкам драгоценных металлов и жемчуга; 70 рецептов описывают крашение тканей, преимущественно в пурпурный цвет.

Этими папирусными сводами, собственно, и исчерпывается Александрийская техническая химия, лишь в смысле цели совпадающая с алхимией. Даже беглый взгляд на тексты этих рецептурных Корпусов и на текст «Изумрудной скрижали» убеждает в том, что мы имеем дело с двумя разными сферами деятельности, общими лишь номинативно: и там, и там видимая цель — золото. Но если для алхимиков это лишь предлог для космических построений, то золото для технохимика — реальная цель, связанная, однако, не с метафизической трансмутацией, а с трансмутацией физической. Заклинаний именно по этой причине в папирусных сводах почти нет. Между тем герметические александрийские тексты — сплошь заклинание. Но Лейденский и Стокгольмский папирусы и «Изумрудная скрижаль» Гермеса — чистые модели. Иные тексты свидетельствуют о начинавшемся и тогда взаимодействии. Если, конечно, прибавить к этому взаимодействию третий компонент, а именно неоплатоническую теоретико-философскую мысль (Плотин, Прокл, Ямвлих) об эманации единого, иерархии духовно-вещественных ценностей, слагающих универсум.

Эти срединные синкретические тексты достойно представляют своих авторов: Зосима Панонолитанского (IV в.), Синезия (V в.), Олимпиодора и Стефана Александрийского (VI в.). Но традиция, ассимилированная названными авторами, восходит к еще более ранним временам, а именно ко II или даже к VI веку до н. э. — основополагающему сочинению Псевдо-Демокрита (Болос из Мендеса?) «Физика и мистика». Этот текст считают одним из первоисточников Лейденского и Стокгольмского папирусов. Рядом с Псевдо-Демокритом апокрифические адепты Озирис, Тот (или Гермес Трижды Величайший), Изида, Гор (иногда Гор-Аполлон), Клеопатра со своей «Хризопеей», Мария-еврейка (Коптская) — изобретательница водяной бани, Адам, Ева, Ной, Моисей…

Приписываемые Зосиму, Олимпиодору, Синезию и Стефану сочинения, собранные Бертло, представляют собой странную смесь возвышенных речений Гермесовой скрижали и практических советов папирусных сводов. Причем горний наговор снижен до вполне внятных теоретических доктрин, а рецептурная практика сакрально — до невоспроизводимое™ — одухотворена. Трактат Олимпиодора «О священном искусстве» содержит металлопланетную символику. До нас дошли 28 неполных и искаженных книг Зосима, в которых описаны некоторые приемы алхимического оперирования («фиксация», или затвердевание ртути, например). Утверждена тетрасомата. Изложены приемы имитаций золота и серебра. Может быть, впервые высказана идея об алхимическом медиаторе — философском камне. Он же, Зосим, отсылает к библейскому Хаму из Книги Бытия, впервые (?) произнесшему слово химия.

Александрийский этап алхимии — пора становления этой деятельности, утверждающейся в качестве посреднической между теоретизированием в духе позднеэллинистической учености и технохимическим ремеслом. Между прочим, этот генотип алхимия сохранит и в дальнейшем, каждый раз видоизменяясь в реальных культурно-исторических обстоятельствах.

Вместе с тем в текстах Александрийской алхимии, представляющей многокомпонентный идеологический комплекс, еще прочитываются страницы исходных культурных преданий: гностическое сектантство, зороастризм, ассиро-вавилонская символическая традиция, мифологемы эллинизированного Египта. Однако философским основанием Александрийской алхимии являются неоплатоническое и неопифагорейское кабализированные учения. Основные мифологемы христианства еще далеко. Им еще предстоит встретиться с алхимическим мифом, потому что история европейских Средних веков еще не началась.

Сверхзадача алхимиков-александрийцев — это космостворящая задача, мало-помалу обретающая плоть. Ее источник — технохимическая ремесленная практика. Эта практика исподволь включается в состав алхимии и медленно под ее воздействием преобразуется. Важно, однако, что первые препаративные священнодействия Александрийской алхимии разыгрываются меж ремесленным технохимическим златоделием и неоплатоническими умозрениями. Алхимическая космогония — еще не злато-сереброискательская космогония, но уже настолько вещественна, насколько весом союз и в названии трактата Псевдо-Демокрита «Физика и мистика». Пока что — мистика и физика. Неоплатоническая игра. Неоплатонический праздник. Чуть-чуть приземленный праздник.

ЭТАП ВТОРОЙ: физико-мистика, или алхимия европейских Средних веков. Но прежде — алхимия (или «химия», что вернее) арабских средних веков.

Переводы греческих и латинских авторов были известны еще до VII века. Центром переводческой деятельности были Академия в Джунди Шапуре, Эдем в Месопотамии (V в.), Эмез в Сирии (IV–VII вв.) — крупнейшие культурные центры арабского мира. К этому времени становятся известными переводные версии Зосима и Псевдо-Демокрита.

VII век — время становления арабоязычной исламской культуры.

В VIII–XI веках при халифе Омаре, халифах династии Омейядов Ха-руне-ар-Рашиде и Ал-Мамуне работали сирийские, персидские, индийские, александрийские и греческие ученые. С IX века появляются собственно арабские сочинения (Сирия, Ирак). В трактатах, принадлежащих Халиду (ВСС, 1, с. 509–518; 183–188; 189–190), впервые произнесено имя алхимия.

Халид (VII в.) изготовляет имитацию золота. Появляются алхимические тексты под именем монаха Мариана, ученика Стефана Александрийского. Переписка принца Халида и монаха Мариана считается первым арабским алхимическим текстом, переведенным на латинский язык.

Джабир ибн Гайан (VIII–IX вв.) — знаменитый арабский алхимик. Ему приписывают следующие книги: «Сумма совершенств», «Книга о печах». Традиция отождествляет Гебера с Джабиром, хотя, по-видимому, речь идет о двух разных алхимиках, разделенных шестью — восемью столетиями. Поскольку, однако, сочинения Гебера (Geber, 1928; Jabir, 1545) ассимилируют арабский химический опыт, о них нужно немного сказать, припомнив еще две книги, найденные в библиотеках Каира и Стамбула: «Книга семидесяти» и «Книга о ядах». Первая — преимущественно химического содержания и содержит подробные описания свойств металлов и минералов. В ней описано также изготовление стекла. Теория четырех стихий-качеств и ртутно-серная ее модификация — фундаментальные умозрения алхимии Гебера. У него же находим развернутое описание восходящей трансмутации металлов. Свинец — ближайший к серебру и золоту металл. Гебер признает пять тинкториальных духов, одухотворяющих трансмутацию, причем эти духи предстают в вещественных обличьях: аурипигмент — серный мышьяк, мышьяк, нашатырь и ртуть — «корень всех веществ», приравненный к первоматерии. Существен для Геберовой химии набор реальных веществ: алнушадир — нашатырь, бораки — щелочи, купорос, квасцы, аурипигмент, алкоголь, или алкохоль, «металлическая» сурьма, сернистая сурьма. Гебер описывает ряд химических операций: получение и очистка металлов, получение и перегонка растительных масел, кристаллизация, возгонка, перегонка ртути, применение щелочей и мыл, возгонка в «пергамской алудели», нагревание в специальных печах-атанорах — «самоподдувателях». Иначе говоря, рукотворный опыт над вещественными реалиями.

Вторая половина IXпервая половина X веков проходит под знаком «химического» умения Ap-Рази, автора «Книги тайн» и «Книги тайны тайн» (1957). В основу химического преобразования вещества положены пять принципов — творец, душа, материя, время и пространство. Между тем эти пять принципов, предполагающих материальную непрерывность, снимаются на вещественном уровне дискретностью, ибо все вещи, согласно Рази, состоят из неделимых, вечных и неизменных элементов-частиц (в некотором роде атомов) и пустот меж ними. Частицы эти обладают размерами. Но здесь же и четыре Аристотелевых начала, выступающих скорее как свойства, функционально детерминированные размером атомов и пустот между ними. Трансмутационная идея — почти геберовская: ртутно-серное созревание золота с помощью эликсира — философского камня, или медикамента. Впервые сообщает о возможной трансмутации кварца и стекла в драгоценные камни. Мельком упоминается соль как третье начало наряду с ртутью и серой.