Читать онлайн «Бермудский треугольник и другие загадки морей и океанов». Страница 77

К 1830-м годам опиум (и все с ним связанное) стал едва ли не определяющим фактором внутренней жизни Китайской империи, а чуть позже и внешней ее политики. Собственно, это, пусть и не в такой степени, относилось и к остальному миру. В опиумную торговлю были вовлечены отнюдь не только английские купцы и компании, но и американские (они везли в основном наркотик из Турции), а также индийские. Несколько крупных агентских фирм, работавших в Кантоне, принадлежали парсам (индийским зороастрийцам). Например, компания семьи Рамсетжи действовала на рынке как самостоятельно, так и в партнерстве с крупными английскими и американскими фирмами. В самой Индии за ней стояли могущественные сетхи (банкиры), которые сами часто открывали филиалы своих контор в Макао и Кантоне, а также раджи полунезависимых княжеств, отнюдь не гнушавшиеся вкладывать деньги в опиумный бизнес.

В начале 1830-х в Индии, в районе плато Мальва, появился третий, неподконтрольный компании (поскольку находился на земле «независимого» княжества) центр производства наркотика, успешно соперничавший с Патной и Бенаресом. Поступавший оттуда опиум так и назывался — «мальва». Он отличался худшим качеством, но был существенно дешевле. Массовый выброс «мальвы» на рынок в 1830–1832 годах (которому компания безуспешно пыталась воспрепятствовать) повлек за собой обрушение цен — с 2000 долларов за ящик до 600–700 и даже ниже. Чтобы не нести убытки, торговцам пришлось резко увеличить объемы поставок в Китай. Благо опиум — товар, который чем больше поставляешь, тем больше растет на него спрос. Таким образом чайно-опиумный баланс удалось сохранить.

Следующий удар Ост-Индская компания получила уже не с Востока, а с Запада. В 1834 году британский парламент отозвал у нее монополию на торговлю с Китаем. Нельзя сказать, что это было полной неожиданностью. Над миром вставала заря новой эры — свободной торговли и свободного капитала. Идеи Адама Смита и его последователей уже прочно овладели умами, и монополия компании выглядела явным анахронизмом. Долгое время ей удавалось отбивать атаки, однако державшие в руках кантонскую опиумную торговлю крупные агентские дома, такие как «Джардин, Мэтисон и К°» или «Дент», которые она сама фактически выпестовала, тоже хотели торговать чаем. Они-то и пролоббировали отмену монополии.

Теперь чай из Кантона в Англию мог везти любой английский торговец. Клиперы агентских компаний, которые в основном и захватили чайный рынок, стали не только доставлять опиум из Индии в Китай, но и чай из Китая в Европу. При этом отлаженная опиумно-чайно-серебряная схема продолжала работать и обороты торговли росли. Политические последствия отмены монополии оказались куда более серьезными. Ост-Индская компания в лице своих резидентов в Кантоне традиционно играла роль лидера всего европейского торгового сообщества на Дальнем Востоке. Чиновники компании, сами не вовлеченные в поставки опиума, обладали колоссальным дипломатическим опытом и знанием китайских реалий, поэтому им легко удавалось сглаживать острые углы, поддерживать общий мир. Теперь же вести тонкую дипломатическую игру стало некому, точнее, этим пришлось заняться купцам-агентам, которых интересовала в первую очередь прибыль и которые привыкли относиться к китайцам свысока.

Закончилось все это «опиумными войнами». Всего их было две: в 1840–1842 и 1856–1860 годах. Обе Китай вчистую проиграл, вследствие чего вынужден был открыть страну (в частности, отменить монополию Кохонга) и снять все ограничения на торговлю. Только через полстолетия, в 1913 году, пришедшие к власти после победы Синхайской революции демократы запретили ввоз наркотика в страну.

Поводом для первой из войн (1840–1842) послужила конфискация китайскими властями у английских торговцев более 20 000 ящиков с опиумом. Британия отправила к китайским берегам эскадру. Война завершилась быстрой победой англичан. 29 августа 1842 года был подписан Нанкинский мирный договор, по которому Китай выплачивал контрибуцию, отдавал британцам Гонконг и ликвидировал монополию Кохонга.

Однако европейцы так и не получили права беспрепятственно торговать опиумом. Во второй «опиумной войне» (1856–1860), предлогом для которой послужил захват китайцами английского судна «Эрроу» с контрабандой, участвовала коалиция западных держав: Англия, Франция и США. Неудивительно, что Китай снова проиграл.

В соответствии с новым Пекинским договором 1860 года страны-победительницы получали значительные привилегии в торговле с Поднебесной. В нем, в частности, была узаконена торговля опиумом.

Чайными гонками называли гонки клиперов с грузом чая по торговому пути из Китая в Англию. Ведь основным товаром, сулившим купцам немалые прибыли, был китайский чай. Перевозимый на старых судах, он иногда находился в пути по двенадцать месяцев, отсыревая и пропитываясь запахами трюма.

В 1834 году Ост-Индская компания потеряла монополию на торговлю с Китаем. В 1849 году было отменено действие кромвелевского Навигационного Акта. И в этом же году в первом же рейсе в Гонконг американский клипер «Ориенталь» на обратном пути затратил восемьдесят один день. В следующем году — восемьдесят дней. После этого английские купцы зафрахтовали его на перевозку в Лондон. В 1850 году на выполнение этого перехода клипер затратил девяносто семь суток. На верфи в Блэкуолле с него сняли мерку (пример промышленного шпионажа). Уже в следующем году с шотландской верфи Худа в Абердине вдогонку американцам сходят клипера «Сторнэуэй» и «Кризелайт». В 1852 году с верфи Грина в Блэкуолле сходит построенный по чертежам разработанным с «Ориенталя» — клипер «Челленжер».

«Гончие псы океана» — такое прозвище получили клиперы на Британских островах — доставляли грузы из Китая за три-четыре месяца. Количественно еще долгое время американский клиперный флот превосходил английский, и в течение еще нескольких лет на долю американских судов доставалась большая прибыль (англичанам приходилось фрахтовать американские суда).

С 1860 года американские клипера не фрахтовались англичанами, и клипер «Флайинг Клауд» был последним американским судном, доставившим чай в Лондон. Начиная с 1859 года, когда из китайских портов вышло одновременно одиннадцать клиперов, чайные гонки стали проводиться регулярно. Самая яркая из них, первая, прошла в 1866 году. Между 26 и 28 мая 1866 года с рейда города Фучжоу (Китай) стартовали шестнадцать клиперов.

Сразу же после старта лихорадка гонок охватила команды. На карту было поставлено все. «Ариель» много часов подряд шел буквально на боку. Однако вместо того, чтобы убрать хотя бы один парус или потравить шкоты, заделывали наглухо парусиной люки и всякие иные отверстия и щели. Люди натягивали на себя клеенчатую робу, или связывались шкертом по нескольку человек. Ни один не покинул своего места.