Читать онлайн «Биржа. Русская рулетка. Инструкция по эксплуатации и руководство по выживанию». Страница 104

Заменяем утверждение о том, что «рынок всегда прав», двумя другими: 1. На рынке всегда присутствуют предпочтения того или иного направления. 2. Рынок может воздействовать на ход предвосхищаемых им событий.

Мы имеем рефлексивное взаимодействие, в котором котировки акций определяются двумя факторами – основным трендом и превалирующим предпочтением, а на оба этих фактора, в свою очередь, влияют котировки фондового рынка. Взаимная игра между котировками и двумя другими факторами не содержит постоянных: то, что является независимой переменной в одной функции, в другой представляет собой зависимую переменную. Без постоянных нет и тенденции к равновесию. При типичном ходе событий все три переменные взаимно усиливают друг друга сначала в одном направлении, затем в другом, следуя закономерности, которая в простейшей своей форме известна как последовательность подъем-спад. Ее этапами являются: неосознанный тренд; начало самоусиливающегося процесса; успешное преодоление колебаний; растущая убежденность, приводящая к росту расхождения между ожиданиями и реальностью; ошибка в оценках; точка экстремума; самоусиливающийся процесс в обратном направлении.

Взгляды участников рынка являются частью той ситуации, к которой они относятся. Для рефлексивного процесса типичной чертой является то, что он неизбежно влияет и на восприятия участников, и на ситуацию, к которой они относятся. Первичное изменение ускоряет наступление дальнейших изменений, как в самой ситуации, так и во взглядах участников. Значимость рефлексивности придает тот факт, что она действует лишь периодически. Иногда связь эта прямая, но в общем случае она является косвенной. Часто она позволяет ощутить свой эффект через политические процессы, такие, как изменения в налогообложении, законодательстве или в отношениях к вкладам и инвестициям… Понять изменения, которые происходят в правилах игры, всегда более важно какого-то особого набора правил, следуя которому ведут игру на финансовых рынках. Обнаруженные соответствия можно скорее назвать приписываемыми, чем наблюдаемыми. Превалирующее предпочтение может подтверждать самое себя в течение практически неограниченного периода времени, но никакая последовательность событий не может повторить самое себя. В пределах общей схемы каждая последовательность является уникальной. Превалирующее предпочтение может при определенных условиях влиять также и на «фундаментальные условия», а изменение рыночных котировок вызывает дальнейшие изменения рыночных котировок.

Финансовые рынки по своей природе нестабильны. Тот, кто стремится использовать расхождение между восприятиями и реальностью, должен переходить от одной группы компаний к другой; от акций к валюте; от акций и валюты к комодитиз; от нефти и металлов к сельхозпродукции; от них к другим акциям и валюте. Самый важный актив – время.

По мере того, как важность спекуляций растет, прочие факторы утрачивают свое влияние. Игрокам на курсах нечем руководствоваться, кроме рынка, а на рынке преобладают те, кто следует за основным трендом. Пока основной тренд сохраняется, спекулятивные течения поддерживают его; однако обратный процесс затрагивает не только текущие движения, но и накопленный спекулятивный капитал. Можно утверждать, что спекуляции являются прогрессивно дестабилизирующими – участники событий попадают в такую зависимость от них, что в итоге после достижения поворотной точки процесс приспособления становится более болезненным, а время наступления поворотного момента не может быть определено до того, как этот момент действительно наступит.

Риск не в инвестировании. Риск – в отсутствии управления.

Вот 10 составляющих:

1. Управление собой.

2. Управление отношениями доходы – расходы и активы – пассивы.

3. Управление руководством инвестицией.

4. Управление налогами.

5. Управление тем, когда покупать и когда продавать.

6. Управление брокерскими операциями.

7. Управление Ф-С-Д (юридической формой организации, сроками уплаты налогов, характером дохода).

8. Управление условиями контрактов.

9. Управление доступом к информации.

10. Управление возможностью отдавать, филантропией, перераспределением богатства..

Если хочешь стать и быть богатым частным лицом, ты должен быть как можно более бедным на бумаге. Все, на чем написано твое имя – мишень для хищников и/или юристов.

Знание относится к фактам, а решения участников к фактам не относятся, они относятся к чему-то в будущем, к тому моменту, когда факты будут включать в себя также и решения участников.

Заблуждения и ошибки, заключенные в наших решениях, влияют на события, в гуще которых мы живем. Осознание возможности собственной ошибки играет ту же роль в делах человеческих, что мутация в биологии.

Смотрите на вещи проще. У нас нет практических или научных способов измерить риски. Риск – это всегда беспокойство. Либо вы готовы нести его сами, либо перекладываете эту ношу на других.

Те, кто профессионально занимается операциями с производными ценными бумагами, затрачивают значительные усилия на сложные расчеты, определяя уровни риска, и все равно, как доказала практика, постоянно ошибаются. Мы же просто любители. Мы живем в каменном веке. И делаем это сознательно. Как только мы осознаем, что несовершенное понимание является одним из свойств человеческой природы, мы поймем, что не ошибаться стыдно, постыдна неспособность, исправить собственные ошибки.

Всегда существует расхождение между взглядами и ожиданиями участников рынка и реальным состоянием дел. Иногда это расхождение столь мало, что им можно пренебречь, но в иные моменты времени этот разрыв столь велик, что он становится важным фактором в формировании хода событий. История рынка состоит из ошибок, пристрастий и заблуждений участников.

Проверка правильности взглядов является основным моментом деятельности на финансовых рынках. Те инвестиционные тезисы, которые рынок принимает неохотно, обычно оказываются наиболее правильными.

С одной стороны, реальность отражается в мышлении людей – это когнитивная функция мышления. С другой стороны, люди принимают решения, которые влияют на реальность, но которые основаны не на реальности как таковой, а на интерпретации этой реальности – я называю это функцией участия. Обе функции работают в противоположных направлениях, и при определенных обстоятельствах они могут накладываться друг на друга. Взаимодействие между ними принимает форму двунаправленного рефлексивного механизма обратной связи.

В конкретных случаях, двусторонний механизм обратной связи нарушает как ход событий, так и восприятие участников, что, таким образом, приводит к нарушению равновесия. Я ищу неравновесные условия. В этих условиях я вижу некоторые сигналы, заставляющие меня действовать.

Я бы не давал строгого определения. Поппер научил меня, что концепции не следует как-то вообще определять; их следует разъяснять.

Мы привыкли думать о событиях как о последовательности фактов; одни факты следуют за другими бесконечной чередой. Когда в ситуации есть мыслящие участники, один факт не ведет напрямую к другому факту. В ситуации факт связывается с мышлением участников, а затем мышление участников связывается со следующими фактами.

Во-первых, должны понять, что участники не могут ограничивать свое мышление фактами. Они должны принимать во внимание выводы всех участников, включая самих себя. Это вносит в процессы элемент неопределенности в том смысле, что мышление участников напрямую не соответствует фактам – тем не менее, оно играет некоторую роль в определении хода событий. Вместо прямого соответствия практически всегда существует расхождение между восприятием участников и реальным состоянием дел, а также расхождение между намерениями участников и реальным результатом их действий. Это расхождение является ключом к пониманию динамики финансовых рынков.

Процессы типа «подъем-спад» возникают только тогда, когда рыночные цены начинают влиять на так называемые «фундаментальные условия», которые, как считается, должны отражаться в этих самых рыночных ценах. Такая тесная взаимосвязь между так называемыми фундаментальными условиями и их оценкой возникает нечасто, но, когда это происходит, эта связь дает толчок процессу, который первоначально может быть самоусиливающимся, а в итоге становится самоуничтожающимся.

Если самоусиливающийся процесс продолжается довольно долго, он может, в конце концов, стать неуправляемым, поскольку либо разрыв между представлением и реальностью становится слишком широким, либо предпочтения участников становятся слишком очевидными. Следовательно, рефлексивные процессы, которые становятся значительными, как правило, бывают сначала самоусиливающимися, а затем самоуничтожающимися моделями. Именно это я и называю последовательностью подъемов и спадов. Рефлексивные процессы, которые компенсируют сами себя прежде, чем достигают масштабов бума, не становятся исторически значительными; тем не менее, они могут происходить чаще, чем полномасштабные бумы, приводящие к кризису.