Читать онлайн «Экономика для обычных людей: Основы австрийской экономической школы». Страница 48

Одним из источников информации по безопасности, предоставляемой в частном порядке, являются такие независимые потребительские издания, как, например, «Консьюмер репорт». Сегодня они предоставляют потребителям абсолютно надежную информацию, однако спрос на нее, а отсюда — и ее предложение, подавляется конкуренцией со стороны «бесплатной» потребительской информации и защитой со стороны государства. (Она, конечно, не бесплатна для нас как налогоплательщиков, но поскольку мы платим за нее вне зависимости от того, пользуемся ею или нет, нам как потребителям не надо дополнительно платить за ее использование.) Некоторые религиозные и этнические группы также имеют традиционные частные стандарты безопасности, например, обозначение продуктов как кошерных.

Или взгляните на находящуюся поблизости электротехнику и вы увидите надпись: «UL Mark», что расшифровывается как «Underwriters Laboratories Mark» («Знак Лаборатории по технике безопасности»). Каждый год этот знак наносится на 17 миллиардов единиц товаров как свидетельство того, что продукция соответствует некоторому стандарту по безопасности. «Андеррайтерс лабораториз» предоставляет свои услуги уже больше 100 лет и начала свою деятельность задолго до появления различных регулирующих норм. Это полностью частная компания, 6 000 сотрудников которой проверяют 20 000 типов различной продукции. Нанесение ее маркировки не является обязательным. Существование организаций, подобных «Андеррайтерс лабораториз», возможно потому, что большинство компаний полагает невыгодным убивать своих клиентов — ведь, во-первых, это создает плохую репутацию, а во-вторых, как подтверждается маркетинговыми исследованиями, мертвый потребитель не в пример скупее живого.

Всегда есть риск, что тестирующая организация начнет зависеть от какого-нибудь крупного клиента и его продукцию будет проверять менее строго. Однако использование этих опасений для оправдания государственных стандартов по безопасности некорректно по двум причинам. Прежде всего, это предполагает, что государственные организации не сталкиваются с такими же проблемами. Школа общественного выбора давно уже развенчала эту идею.

Далее, при этом игнорируется тот факт, что как в данном случае, так и во всех остальных, лучшим другом потребителя неизменно остается конкуренция.

На свободном рынке, если качество работы тестирующей организации неудовлетворительно, ее конкуренты, указав на это, просто уведут от нее клиентов и получат прибыль. По моей оценке, лучшим источником информации по безопасности продукции любой компании и являются ее конкуренты. Среди экономических агентов самая большая мотивация изучать приборы компании А у ее конкурента, компании В — производителя аналогичных приборов. Средством, с помощью которого подобная информация доводится до сведения потребителей, является реклама. Примером компаний, сделавших основной упор на рекламу высоких стандартов безопасности их продуктов, могут служить такие компании, как «Вольво» и «Мишлен».

Эмпирические исследования безопасности продукции подтверждают наши теоретические рассуждения. Экономист Рональд Коуз так описывает результаты обширного исследования практики регулирования выпуска на рынок лекарственных препаратов в США, проведенного Сэмом Пельцманом: «Выгоды (если они вообще были), полученные благодаря исключению неэффективных или вредных лекарственных препаратов, сильно обесценивались тем ущербом, который общество претерпело от невыпуска на рынок эффективных лекарств» («Essays on Economics and Economists»). Сотрудник журнала «Ризн» Джейкоб Саллам в статье «Убийственная безопасность» утверждает, что нормы безопасности на федеральных авиалиниях, скорее всего, приведут к жертвам. В статье «Алкогольная слепота» Саллам также указывает, что из-за федеральных норм сильно ограничивается упоминание благотворного воздействия на здоровье умеренного употребления алкоголя. Экономист из Университета Дикинсона Никола Тайней провел обширное исследование, показавшее, что именно общественная система водоснабжения в Лондоне, национализированная в XIX веке во имя общественной безопасности, нередко приводила к возникновению больших эпидемий, которые призвана была предотвращать. Кроме того, частные поставщики воды начали повышать качество воды задолго до вмешательства государства.

Люди по-разному относятся к риску и по-разному же смотрят на приносимые рискованной деятельностью выгоды. Государственные нормы с их подходом к этому компромиссу по принципу «один размер подойдет всем», попросту являются попыткой горстки людей сделать выбор за всех остальных. Они опасны на любой скорости.

Качество продукции весьма сродни безопасности, а порой, например, в случае эластичных тросов для «тарзанки», «качество» может выступать синонимом «безопасности». Это еще одна область провала рынка, в которую государство должно «вмешаться и исправить» результат рыночного процесса.

Один из видов продукции, которую постоянно обвиняют в чрезмерно низкой надежности — программное обеспечение компьютеров. Пару лет назад обозреватель отдела науки и техники в «Уолл-Стрит джорнэл» Уолтер Моссберг написал статью «Зависания "Виндоуз": сил больше нет!», в которой он критиковал надежность программного обеспечения на своем персональном компьютере. По мнению Моссберга, «[Компьютеры] должны просто работать, все время». Подобным же образом ведущий отдела науки и техники газеты «Сан-Хосе меркури ньюс» Дэн Гиллмор выражает недовольство «просто скандальным отношением [технической индустрии] к надежности и обслуживанию клиентов».

Из года в год бесчисленное количество авторов пишут статьи на аналогичные темы: компьютерные системы изобилуют дефектами, нет никакого оправдания даже одному дефекту в программном обеспечении, если бы программисты строили «мосты», то мы боялись бы по ним ездить, и т.д. С их точки зрения, дефекты программного обеспечения — это вопрос этики, а не результат хорошо известного компромисса между жесткими сроками разработки, издержками и качеством. По их мнению, никакой компромисс не возможен: дефекты — это моральный порок; должно быть гарантировано полное отсутствие дефектов, каких бы издержек и напряженного графика работ это ни требовало.

Осознанно или нет, все эти авторы утверждают, что на рынке программного обеспечения попирается суверенитет потребителей. Последние предпочли бы приобретать программное обеспечение без дефектов по любой цене, но алчные компании, пекущиеся только о своей выгоде, каким-то образом навязывают им имеющееся сегодня недостаточно отлаженное программное обеспечение.

Но отвечает ли интересам потребителя бездефектное программное обеспечение? Рассмотрим такой пример. Одно время я работал в коммерческом товариществе, торговавшем акциями на деньги партнеров. В этом товариществе те, кто давал спецификацию на программное обеспечение, те, кто управлял его разработкой, те, кто платил за разработку, а также конечные пользователи были одними и теми же людьми. Всякий риск, что эти люди, руководящие разработкой продукции, неправильно понимают свои интересы в качестве пользователей конечной продукции, был исключен. Тем не менее я поразился, с какой скоростью, практически без тестирования, трейдеры начали использовать мою первую разработку. Один из партнеров объяснил мне, что это не было ни глупостью, ни невежеством, а всего лишь голым расчетом. Для компании, создающей автоматические трейдинговые системы, мерилом ее качества служит отношение количества хороших сделок (другими словами, сделок, заключение которых системой соответствовало намерениям ее разработчиков) к количеству плохих сделок. Если средние издержки плохой сделки составляют 6000 долларов, а средняя прибыль от хорошей сделки составляет 4000 долларов, то в случае, если система генерирует 61 процент хороших сделок, она прибыльна. Любое тестирование после достижения этого показателя и до ввода в эксплуатацию потребует от компании дополнительных затрат. Дальнейшее тестирование может сделать систему более прибыльной, но, как только она достигает 61-процентной надежности, ее стоит вводить в эксплуатацию.

После публикации статьи Моссберга одна женщина написала в своем отклике: «Мне никогда не приходится перезапускать холодильник, что бы я в него ни положила». Но холодильник со всем содержимым делает одно и то же — хранит в холоде. Ему не надо подключаться к кочану капусты, форматировать вафли, пересчитывать остроту хрена или проверять орфографию на этикетках банок с вашими солениями. На самом деле он продолжает вырабатывать холод, даже если пуст: в случае программного обеспечения мы сочли бы это дефектом. Холодильник — сравнительно простое устройство; инженер по холодильным камерам объяснит нам принцип его внутреннего устройства за полчаса. С другой стороны, современные компьютерные системы — одно из наиболее сложных устройств, когда-либо созданных людьми. Для того чтобы с нуля получить весьма общее представление о принципах работы «Виндоуз НТ» или «Линукс», понадобятся годы.