Читать онлайн «Холодное солнце». Страница 80

– Я сказал: доведу до норы! Дальше – ни шагу. Я там зубы потерял, под пулями ходил, и опять в петлю лезть? – Бармин встал. – Увольте! У меня на тамошний климат аллергия.

– Понимаю. И все же придется. План планом, а на месте могут возникнуть всякие неожиданности… Вот вы говорили о вертолетах – это правда? У них действительно есть МИ-8? Что ж, этот Блюм – серьезный господин. Я тут узнал: верно, был такой начальник рудника…

– Он и сейчас есть! – воскликнул Бармин.

– Ну, посмотрим, посмотрим.

Бармин вторые сутки маялся в смежной с кабинетом подполковника комнате. Здесь была тишина, он много ел и спал на пружинистом кожаном диванчике. Сам подполковник, кажется, не спал и никуда из здания не отлучался. Он принимал факсы, изучал какие-то документы и сидел на телефоне: кого-то просил, на кого-то покрикивал. И без остановки курил и пил крепкий кофе.

Раз он зашел в комнату с фотоаппаратом на треноге и сфотографировал Бармина на фоне серой стены.

– А это зачем?

– На память! – усмехнулся подполковник.

Приближался понедельник, и Бармин с тоской думал о том, что его ждет завтра. С этими грустными думами он и уснул.

Его разбудили звуки шагов и голоса в кабинете подполковника. За окном было черное, без единой звезды небо. Только фонари уныло отражались в чернильных лужах.

К сожалению, он не мог разобрать ни слова. Что это? За ним пришли люди из УВД, или… Бармин поднялся с дивана и на цыпочках подошел к двери. Но даже приложив ухо к замочной скважине, он слышал лишь ровный гул голосов.

«Да провались все!» – подумал он, снова лег на диванчик и через минуту захрапел.

Он открыл глаза оттого, что подполковник теребил его за плечо.

– Вставайте, граф! Вас ждут великие дела! – усмехнулся гладко выбритый и благоухающий парфюмерией подполковник.

Бармин сунул ноги в ботинки.

– Мне бы в сортир заглянуть!

– Поздно! Господа милицейские приехали, вас лицезреть желают!

– С понятыми? – усмехнулся Бармин.

– Тут не до шуток. Требуют немедленной выдачи. Внизу автобус с омоновцами. Сейчас позвонили из мэрии: удивлялись, что вы все еще тут.

– Все же решили сдать меня? Вы же не последний человек в этом учреждении!

– Уже последний, – мрачно сказал подполковник. Им навстречу по коридору шли люди в штатском,

еще загодя сторонясь их и поспешно опуская лица. Кто-то скороговоркой здоровался с подполковником, сухо кивавшим в ответ, остальные старались поскорей миновать его. Коридор был длинный, бесконечно длинный. Из-за поворота вышел огромный мужчина.

– Привет, Борис Алексеевич! Я слышал, ты отпуск оформил? – вальяжно протягивая руку подполковнику, спросил он, поглядывая на хмурого Бармина. – Ну, это ты погорячился! Варяг уже прибыл из Москвы и тебя в кабинете дожидается! Всех, кого надо, пропустил сквозь строй.

– Не могу! – улыбнулся Борис Алексеевич. – Я уже в отпуске. Считай, что меня здесь нет!

– Смотри, Боря, с огнем играешь, – покачал головой мужчина. – А гастролера, значит, сдаешь… Не поздно ли? Заварил ты кашу! Милицейские с пятницы на ушах стоят. Мой телефон от стыда красный: выражений таких двадцать лет не слыхивал! – Мужчина закатил глаза и показал пальцем в потолок. – Давай, Борис Алексеевич, в темпе, пока милицейские варягу на тебя не настучали. Здесь с девяти утра их автобус…

Пока мужчина говорил с подполковником, Бармин делал вид, что сказанное к нему не относится. И все же он сгорал от волнения: куда ведет его подполковник? А может, и не дойдет дело до суда: воткнут ему в камере заточку под ребра и снимут вопрос с повестки…

Борис Алексеевич кивнул солидному мужчине и быстро пошел вперед. Бармин двинулся следом. На первом этаже их окликнули омоновцы и тут же направились к Бармину. Когда бойцы были в трех шагах от него, между ними и Барминым вырос подполковник.

– Момент, – сказал он, делая бойцам знак остановиться. – Еще одна формальность!

Он взял Бармина за рукав и открыл дверь Бюро пропусков. Не говоря сидевшему у окошечка служащему ни слова, он провел Бармина в дальний конец комнаты, открыл еще одну дверь и вышел в коридор. Бесшумно пройдя по ковровой дорожке, они оказались в вестибюле. Подойдя к стоящему у вертушки прапорщику, подполковник протянул лист бумаги с печатью – разовый пропуск.

– Ваши документы, – сказал прапорщик Бармину.

Подполковник вынул из нагрудного кармашка книжечку и протянул ее прапорщику. Тот внимательно сверил физиономию Бармина с фотографией в книжечке. Потом нажал кнопку.

У подъезда их поджидал синий «жигуленок». Подполковник отворил заднюю дверь, и Бармин юркнул в салон. В машине, кроме них, было еще двое мужчин. Все молчали. Бармин тихо радовался: Борис Алексеевич не сдал его.

«Жигуленок» подъехал к КП военной части.

Подполковник вышел из машины и, сказав пару слов караульному, прошел с ним в будку. Через минуту караульный поднял шлагбаум. «Жигуленок» поехал узкой бетонкой между высоких елей и внезапно выскочил на летное поле.

Офицер в летной куртке махал им рукой. Прибавив скорости и вильнув между зачехленными машинами, автомобиль затормозил у транспортного самолета с запущенным двигателем. Из открытой двери высунулся летчик и тут же скрылся.

Все вышли из «жигуленка» на летное поле. Не говоря ни слова, водитель открыл багажник, потом передал ключи зажигания офицеру в летной куртке. Тот сел за руль автомобиля, ожидая, когда подполковник закончит вытаскивать из багажника мешки.

Последний мешок Борис Алексеевич бросил Бармину и поднялся по ступенькам трапа в самолет. Бармин остался на летном поле. Он тупо смотрел на мешок с многочисленными ремнями и замками. Потом нерешительно поднялся в самолет, где приехавшие снимали с себя гражданскую одежду и распаковывали мешки.

– А ты что ждешь? – крикнул кто-то Бармину. – Одевайся!

Бармин поискал глазами Бориса Алексеевича: тот в нескольких шагах от него натягивал на себя брюки защитного цвета. А самолет уже двигался по взлетно-посадочной полосе…

Бармин возвращался в Заполярье. Но как! На нем был десантный костюм с бронежилетом, рядом лежал парашют.

– Придется прыгать! – спокойно сказал при взлете подполковник.

– Но я не умею! – воскликнул Бармин.

– А тут и уметь не надо: падайте вниз, и все. Я ведь тоже раньше не прыгал. Не бойтесь. Перед прыжком вас проконсультируют.

– А если я не смогу… упасть?

– Вам помогут! – улыбнулся Борис Алексеевич. Теперь Бармин внутренне готовился к прыжку.

И еще он крутил в руках длинноствольный револьвер. Эта пушка вместе с пятью обоймами оказалась в его мешке.

«Но ведь я сказал ему, что не полезу в пекло? Зачем он дал мне оружие?» – думал Бармин, поглядывая на спящего в кресле подполковника.

Все кругом спали или делали вид, что спят. А Бармину все никак не удавалось хотя бы вздремнуть. О счастье, он улетал от Шкуродера! Но при этом – о ужас! – приближался к Березе.

«Хрен редьки не слаще, – думал он. – Хотя с такими орлами можно чувствовать себя спокойно. Но неужели эти девять человек – все? И не будет никакого подкрепления?»

Помаявшись в своем кресле, он прошел в хвостовую часть самолета и, растянувшись там на скамье, уснул.

Его разбудил подполковник.

– Приготовьтесь, сейчас будем прыгать, – сказал он.

– Сейчас?

– Да! – Борис Алексеевич похлопал Бармина по плечу. – Все будет нормально. Прыгаете сразу за мной. За вами летит профессионал. Если что, ловите его за ногу! – засмеялся он.

– Постараюсь, – почесал лоб Бармин и улыбнулся Борису Алексеевичу беззубым ртом…

Когда подполковник ухнул вниз, Бармин все не решался на прыжок. Тот, кто стоял позади Бармина, крепко сжимал его плечо.

– Сам прыгнешь? А то ведь могу и помочь! – крикнул он и, не дав ответить, толкнул Бармина в пропасть.

Страшно, очень страшно было до тех пор, пока парашют не раскрылся, рванув Бармина вверх и приведя его в чувство. Ниже парили рваные купола. Рядом висел тот, кто столкнул Бармина. Он показывал ему большой палец.

Бармин приземлился на склон черной сопки и тут же покатился вниз, путаясь в стропах… К нему подошел высокий крепкий парень и помог отстегнуть парашют…

Они шли каменистым руслом, иногда по щиколотку в ледяной воде, не замедляя шага и не разговаривая. На груди висели короткоствольные автоматы, за спиной ранцы, на боках болтались подсумки. У каждого второго были бинокли или приборы ночного видения.

Вел группу подполковник. Иногда он вынимал компас и, положив его на планшет, ориентировался. На вершинах сопок лежал снег, а в распадках среди выцветшего мха краснели карликовые деревца.

Часа через полтора за поворотом открылся поселок – несколько строений ангарного типа, тарелки локаторов, мачты радиоантенны, армейские вагончики.

Спрятав карту, подполковник прибавил шагу…

Военный объект назывался «Ромашка». Почему «Ромашка», этого не мог объяснить даже здешний начальник – обрюзгший и заросший до бровей щетиной капитан ракетных войск с бесцветными глазами. В подчинении у капитана было семнадцать душ в чирьях по всему телу, а также мощная радиолокационная установка, которую эти души, едва переставлявшие ватные ноги, днем и ночью обслуживали.