Читать онлайн «Супермодель и фанерный ящик. Шокирующие истории и причудливая экономика современного искусства». Страница 67

Яркий пример материала, взятого из ограниченного источника, — это глава о Ларри Гагосяне. Часть сведений я получил из вторых рук, часть от бывших сотрудников галереи, часть от клиентов, которые никак не желали говорить, пока я не согласился уколоть палец и кровью подписать клятву, что не буду называть их имена. Однажды я говорил с самим Гагосяном в Лондоне около девяти минут, в основном это были односложные ответы на совершенно банальные вопросы («А вот эта картина действительно продается?»).

Говорят, что за десять с лишним лет Гагосян дал только два официальных интервью тому, кто собирал о нем информацию. Во-первых, это статья «Обед с Джеки Вуллшлегер», опубликованная в лондонском издании Financial Times в октябре 2010 года, в котором он признался, что любит выпить добрую кружечку пива и посмотреть хороший матч, и сказал, что мир искусства становится глобальным. Во-вторых, интервью Питеру Бранту, одному из его старейших и лучших клиентов, которое он дал для журнала Бранта Interview в 2012 году. Он рассказывал о дружбе с дилером Лео Кастелли и художником Саем Твомбли и обмолвился, что когда-то у него был удав и еще он хотел купить анаконду, но решил, что анаконды уж очень страшные.

Позвольте сделать оговорку: у журналистов есть правило, что автор статьи никогда не должен становиться частью истории, о которой пишет. Я не журналист, я всего лишь экономист и любитель современного искусства, который пытается разобраться в некоторых аспектах арт-рынка. Я выбирал художников, коллекционеров, дилеров и аукционы, о которых пишу, так, чтобы проиллюстрировать эти аспекты. Очень редко я сам участвовал в истории. В остальных случаях я предлагал ее главному герою прочитать черновой вариант и сделать уточнения или добавления.

В книге вы найдете иллюстрации современного искусства, которые позволят вам получить наглядное представление, на что это похоже. Иллюстраций не так много, как мне бы хотелось; одни изображения я не мог использовать, потому что они слишком дорого стоят, другие потому, что представители художника поставили условие, чтобы им позволили редактировать и утверждать текст, или выдвинули другие требования, которых ни я, ни издательство не могли выполнить. В частности, это объясняет отсутствие некоторых картин, которые мне хотелось бы включить, например Джейкоба Кэсси. На работы Кэсси и других упомянутых художников можно посмотреть в Google Images.

Я не делал пояснений, потому что задумывал книгу как путешествие по миру современного искусства, а не академический справочник. За послесловием я привожу список интернет-сайтов и список дополнительной литературы по каждой главе.

Кое-что из книги уже публиковалось в том или ином виде в статьях, которые я писал для The Art Economist, The Times (Лондон), Harper’s Art (Китай), Think, Canvas Daily (Дубай) и National Post (Канада). Некоторые сведения о ярмарках искусства уже появлялись в главе книги «Ярмарки, фестивали и конкурсы: обсуждение ценностей в творческих областях» (Fairs, Festivals and Competitive Events: Negotiating Values in the Creative Industries, Cambridge University Press, 2010) под редакцией Брайана Морана и Йеспера Странгора Педерсена.

Мне много помогли бывшие и нынешние дилеры и сотрудники аукционных домов. Все они постарались ответить на мои вопросы, многие показывали мне документы и знакомили с новыми источниками. Многие просили, чтобы я не цитировал их напрямую, другие просили не указывать их имя или должность. Поэтому мне пришлось отказаться от пересказа некоторых интереснейших историй, иначе сразу стало бы понятно, от кого я ее услышал. Все, кто поделился со мной сведениями, добавил моей книге глубины и оригинальности. Я употребил слово «оригинальность» в том смысле, какой придал ему американец Лоуренс Дж. Питер, изобретатель «принципа Питера»: оригинальность — это искусство запоминать услышанное и забывать, где ты это услышал.

Многие из тех, с кем я разговаривал в ходе работы над этой и предыдущей книгой, не просили хранить их имена в тайне. Я перечислю их в алфавитном порядке и, как всегда, с большой признательностью: Ричард Армстронг, Музей и Фонд Гуггенхайма; Рита Аун-Абдо, TDIC, Абу-Даби; Оливер Баркер, «Сотби»; Хайнц Берггрюн, коллекционер, бывший дилер и критик (скончался в феврале 2007 года); Шарлотта Бернс, The Art Newspaper; Изабель де ла Брюйер, «Кристи»; Франц Вест, скульптор (скончался в июле 2012 года); Ларри Гагосян, Gagosian Galleries; Михаэль Гудхейс, Michael Goedhuis Gallery; Стефан Косман Коннери, ранее «Сотби», в данное время Connery Pissarro Seydoux; Джеймс и Джейн Коэн, James Cohan Gallery; Томас Кренс, консультант, ранее Музей и Фонд Гуггенхайма; Доминик Леви, арт-дилер, Нью-Йорк; Шаша Лю, F2 Gallery, Пекин; Тим Марлоу, «Белый куб», Лондон; Арон Милрад, коллекционер и адвокат по делам, связанным с искусством, Торонто; Такаси Мураками, художник; Пилар Ордовас, Ordovas Gallery, Лондон; Рошель Орстрем, художник и автор, Нью-Йорк; Беатриче Панерай, писатель, Classeditori (Милан); Ричард Польски, частный дилер, Саусалито, Калифорния; Симон де Пюри, ранее «Филлипс де Пюри»; Филипп Сегало, арт-консультант; Эмилио Стейнбергер, Haunch of Venison, Нью-Йорк; Мэтью Тейтельбаум, Art Gallery of Ontario; Жерар Фаджонато, Faggionato Fine Arts; Рами Фарук, Traffic Gallery, Дубай; Майкл Финдли, Acquavella Gallery; Кристиана Фишер, AXA Art Insurance; Люси Фринс, F2 Gallery, Пекин; Брюс Хеландер, художник и бывший редактор The Art Economist; Филип Хофман, The Fine Art Fund Group; Роберт Хьюз, арт-критик и историк (скончался в августе 2012 года); Кэрол Шехаб, Agial Art Gallery, Бейрут; Дэвид Шик, Stifel Nicolaus (Балтимор).

Когда шла работа над этой книгой, пришло известие о смерти одного из великих дилеров XX века — Джузеппе Нахмада (1932–2012), которого называли просто Джо, патриарха клана Нахмад, в который входили его братья Давид (который упоминался в главе о «Крике») и Эзра и два племянника, оба по имени Хелли (от Хиллель). Считается, что на долю семейства Нахмад приходится 5 процентов продаж на нью-йоркских вечерних аукционах и что они делают (или готовы сделать) ставки на четверть или треть всех выставленных лотов. Джо был известен обширным собранием искусства и тем, что продавал во время резкой смены конъюнктуры рынка и покупал, чтобы поддержать рынок во время спада. Он и его родные активно делали безотзывные ставки в 2008–2009 годах, когда большинство других участников ушло с рынка.

Его целью была прибыль; своим влиянием он усмирял колебания рынка. Ни один дилер в послевоенный период не мог сравниться с Нахмадами по воздействию на рынок искусства. Я сожалею, что мне так и не представился шанс познакомиться с ним лично.

Я глубоко признателен моему партнеру Кирстен Уорд за ее поддержку в превратностях работы над книгой. Кирстен — прекрасный редактор и конструктивный критик. Приношу благодарность моему лондонскому редактору Селии Хейли, которая безошибочно находит организационные недостатки в «законченных» рукописях, которые я ей отсылаю, а также Джону Пирсу и Льену де Нилу, моим литературным агентам из WCA, Торонто, за их терпение и поддержку, Карен Вольны, моему редактору в Palgrave Macmillan, за версию этой книги на английском языке и Донне Черри и Роберте Мелвилл за их многочисленные предложения по рукописи.

После выхода «Как продать за 12 миллионов долларов чучело акулы» в 2008 году в Интернете появилось множество новых источников информации о рынке современного искусства. Один из примеров — исследование рынка искусства компании Skate (www.skatepress.com), где можно посмотреть данные о художниках по странам и повторным продажам, а также узнать общие экономические показатели рынка. Инвесторы, которые хотели бы разобраться на рынке искусства без необходимости что-либо покупать, могут найти в нем информацию об акциях публичных компаний, работающих в этой области. Кроме того, у Skate есть служба оценки предметов искусства, которой пользуются покупатели, продавцы, страхователи и кредиторы, чтобы оценить собственную (или чужую) коллекцию, а также стоимость гарантий, предлагаемых третьими сторонами в сделках с аукционами.

Развитие баз данных по продажам типа Artnet и Artprice сделали транзакции на рынке искусства гораздо прозрачнее для коллекционеров. Artnet, штаб-квартира которой находится в Нью-Йорке, располагает пользующимся популярностью архивом аукционных цен. База данных ее французской соперницы Artprice, доступ к которой можно получить по подписке, охватывает аукционные продажи. Обе службы сообщают только аукционные цены, цены дилеров и частных сделок остаются непрозрачными. В прежние времена участники рынка искусства имели неравный доступ к информации. Теперь коллекционер получил возможность изучить историю художника с помощью Интернета и выйти на рынок почти таким же осведомленным, как и дилер.

Базы данных дают точку отсчета, но ничего не говорят коллекционеру о том, что собой представляет картина в действительности. Отражает ли указанная цена историю продаж или взята с потолка? Майкл Финдли говорит: «Я могу показать клиенту картину и попросить за нее 2 миллиона, а он может перезвонить мне через пять минут и сказать, что это цена непомерная, потому что в Интернете написано, что аналогичная картина была продана на «Кристи» за 1 миллион». Финдли говорит, что тогда он напоминает, что надо учитывать и другие обстоятельства: период в творчестве художника, состояние картины и общее впечатление. Некоторые дилеры ворчат, что из-за прозрачности цен в Интернете их работа стала труднее, но думается, что доступность информации идет на пользу рынку в целом.