Читать онлайн «Обнаженная модель». Страница 111

Эпизод с «расстрелом» уже был снят Аждаром, но ему еще предстояло доснять сцены в Красноводской тюрьме. В кино так бывает: конец фильма Аждар снял в первую очередь, а начало фильма ему еще предстояло снимать.

В 60-е годы, когда Аждар Ибрагимов снимал свой фильм, этот тюремный комплекс был давно превращен в Музей 26 бакинских комиссаров. В здании музея были собраны подлинные документы и личные вещи комиссаров. Картины художников, висевшие на стенах музея, рассказывали об их судьбе. Перед входом стояли их бюсты, изваянные в граните.

Пока подготавливали к съемкам тюремную камеру, чтобы утром следующего дня начать с актерами репетировать, Аждара и нас пригласил в гости на плов с осетриной директор Красноводского рыбзавода. А на следующий день начальник паромной переправы Красноводск — Баку нас угощали пловом с качкалдаком — черной уткой.

Такого плова мне прежде не доводилось видеть, а тем более есть. Выглядело это очень красиво: на белом рисе глянцем сверкали зажаренные небольшие черные тушки качкалдаков. Перепончатые утиные лапки были сварены и с бульоном поданы отдельно в пиалах.

Аждар и я отдали предпочтение плову с осетриной, Булату понравился плов с качкалдаком.

— Нет, ребята, — сказал Ходжакули, — этим деликатесам с черной уткой, да и с осетриной, я предпочитаю традиционный плов из мяса молодого барашка, поджаренного на курдючном сале.

Мы спорить не стали и согласились, что под водку любой плов годится.

Эти три дня, проведенные с веселым, остроумным, очень добрым и талантливым Аждаром Ибрагимовым я вспомнил теперь, когда за пловом у Мансурова встретил сценариста Маргариту Малееву, вдову Ибрагимова. Она много делает для сохранения памяти кинорежиссера, сценариста, писателя, мужа.

После плова, за чаем, Булат тихо сказал Римме:

— Сфотографируй нас с Володей.

Мы прошли в его кабинет, где сверкала игрушками и серпантином небольшая елочка.

На стене висел фотопортрет Сергея Аполлинариевича Герасимова, великого режиссера, чью мастерскую окончил Мансуров.

Булат мне еще раньше рассказывал:

— Когда я снял курсовую работу — фильм «Состязание», Сергей Аполлинариевич сказал мне: «Ты снял серьезную философскую картину, мне тебя учить больше нечему. Ты состоялся как художник. Сдай экзамены по теоретическим предметам, а твое „Состязание“ я засчитываю как дипломную картину».

Так я на полтора года раньше своих однокурсников стал кинорежиссером.

Мы с Булатом сели на стулья, за нашими спинами была видна елочка, напоминающая о наступившем 2011 годе, на стене висел фотопортрет Сергея Герасимова.

23 апреля 2011 года на сороковой день после ухода из жизни Булата Мансурова состоялся вечер памяти в Центральном Доме кино на Васильевской.

Пришла вдова Елена Луначарская, их дети — двое сыновей и дочь. Пришли актеры, которые снимались в его фильмах, почитатели таланта Булата, друзья. Вечер памяти вел наш общий с Булатом друг — кинорежиссер Али Хамраев. Выступали известные киноведы, режиссеры.

Хамраев предоставил слово и мне. Я рассказал о нашей совместной работе на фильме «Утоление жажды» и нашей пятидесятилетней мужской дружбе.

Тяжело терять родных близких людей. Каждый уход из жизни дорогого мне человека оставляет в сердце незаживающую рану. Круг твоего общения с годами сжимается, словно шагреневая кожа. И в сознании поселяется страх остаться одному, без друзей, которых уже давно воспринимаешь как своих родных.

Не хочется остаться одному, и с надеждой тешишь себя желанием уйти раньше других, особенно если они моложе. А когда придет и их черед уйти в мир иной, продолжит жизнь новое поколение. Так будет всегда.

Грустно сознавать, что самую главную картину ты еще не написал, не высказал слова любви и нежности своим близким, возможно, не сделал для них того, что они ждали от тебя.

Долгая и очень короткая жизнь художника — один беспрерывный сеанс обнаженной модели. Это и есть вечность.