Читать онлайн «Боевые животные: Секретное оружие всех времен и народов». Страница 50

Следует сказать несколько слов о том, каким образом голуби ориентируются во время полета.

Новозеландские ученые из университета Окленда подтвердили то, о чем ученые догадывались давно: почтовые голуби ощущают магнитное поле Земли благодаря крошечным магнитным частицам в верхних частях клюва.

О навигационных способностях этих птиц споры длятся уже долгое время. Кроме гипотезы о магнитных частицах, играющих роль микроскопического компаса, выдвигалась версия об использовании голубями различных запахов в атмосфере в качестве указателей. Теперь исследователи во главе с доктором Кордулой Мора доказали теорию о магнитных компасах в клювах экспериментально. Для этого был специально построен деревянный туннель с кормушками в каждом конце и магнитными катушками на полу и потолке. Птицы были заранее обучены: при невозмутимом магнитном поле лететь к одной кормушке, а при включении катушек — к другой. Когда же к клювам голубей присоединили магниты или вводили в клювы обезболивающее, птицы неожиданно теряли свои навигационные способности.

Однако еще остаются некоторые загадки. Еще непонятно, как мозг получает сигналы от магнита. Кроме того, рано исключать версию об использовании птицами оптических «ключей» и ориентирование по солнцу.

Осень 946 года. Князь Игорь, сын Рюрика — основателя династии киевских князей, объезжал подвластные земли и собирал дань. Взяв положенное в земле древлян, князь по дороге закручинился: не слишком ли много осталось добра у древлян — и велел повернуть обратно.

Древляне отнеслись к такому повышению феодальных налогов крайне негативно: дружина князя была перебита, а для самого князя Рюрика древляне нагнули две березы, привязали к его ногам и отпустили.

Далее древляне приняли решение закончить дело миром — послали двадцать «лучших мужей» к его вдове Ольге с извинениями и предложили ей, в качестве компенсации, выйти замуж за древлянского князя Мала. Ольга вторично замуж не пошла. Она приказала перебить послов и осадила столицу древлян город Коростень. Осажденные бились крепко, зная, что пощады им ждать нечего. Целое лето простояло киевское войско под осажденным городом. Наконец Ольга предложила осажденным помириться и впредь платить умеренную дань. «Теперь у вас нет ни меду, ни мехов, и потому требую от вас немного: дайте мне от двора по три голубя да по три воробья».

Древляне обрадовались такой весточке и прислали Ольге птиц. Княгиня обещала на следующий день отойти от города. Между тем она тайно приказала привязать к каждой птице тряпочку с серой. После заката птицы с зажигательными снарядами были отпущены. В деревянном городе сразу вспыхнули пожары. Город выгорел дотла, а уцелевшие жители, бежавшие из Коростеня, были схвачены киевскими дружинниками и жестоко наказаны в полном соответствии с нравами тех времен.

Летописное предание о мести княгини Ольги вошло даже в учебники истории, хотя многие историки считали способ уничтожения Коростеня только красивой легендой. Но, как говорят в народе, в каждой сказке есть доля истины.

Старинный герб Радомышля. Город расположен недалеко от Коростеня, сожженного княгиней Ольгой. Птицы с «пламенниками» напоминают о мести Ольги древлянам

Скорее всего, славяне переняли данный способ поджога осажденных крепостей у датчан. По крайней мере, именно с датчанами связано самое раннее упоминание об этом. Саксон Грамматик рассказывает, как его применял легендарный датский герой Халдинг, сын короля Грамма, воспитывавшийся, правда, в Швеции. Халдинг для датчан — это примерно то же, что Геракл для греков или Эней для римлян. Конечно, нельзя слепо принимать на веру все написанное о нем. Невозможно датировать связанные с ним события, хотя путем довольно сложных и не очень уверенных сопоставлений можно прийти к выводу, что речь идет о рубеже IX–VIII веков до н. э. В этом случае Халдинг оказывается современником Ромула. Согласно легендам, во время своих странствий, не уступающих странствиям Геракла, Халдинг уничтожил некий славянский город Хандван (или Хольмгард, или Дина) в Геллеспонте при помощи горящей смолы, привязанной к ножкам ласточек.

В 1038 году норвежский конунг Харальд Суровый во главе флота отбыл на Сицилию и овладел четырьмя крупными городами, считавшимися неприступными. Здесь Харальд проявил незаурядную тактическую изворотливость.

Первый город имел такие прочные стены, что об осаде нечего было и думать. Харальд разбил лагерь у близлежащего леса и стал наблюдать. Вскоре решение было найдено. Норманны наловили городских ласточек, то и дело летавших в лес на поиски пищи, привязали к их спинкам сосновые стружки, смазанные воском и серой, подожгли их и отпустили обезумевших птиц к их гнездам. Через очень короткое время пылающий город распахнул свои ворота и запросил пощады.

Для диверсий подобного рода пытались использовать и других птиц, например соколов.

В июле 1933 года старший научный сотрудник сектора сравнительной психологии и сравнительной физиологии Ленинградского института по изучению мозга и психической деятельности Б. И. Хотин подал в дирекцию записку: «Работая над вопросом научения животных, я предположил о возможности научения (дрессировки) соколов, кречетов, ястребов и других птиц для военной авиации. Я полагаю, что так как указанные птицы с давних времен приучались охотниками для охоты на диких уток, гусей и т. п., нападая на них с большой высоты сверху, то возможно, что семейство соколов поддастся дрессировке для воздушной посадки на верхнюю плоскость вражеских аэропланов и дирижаблей в момент их появления над нашими границами.

Если бы такая дрессировка оказалась возможной (путем длительного подкрепления мясом на поверхности летательных аппаратов), то стайка обученных птиц, снабженных у лапки особым патроном с термитом (или другим зажигательным веществом), садясь в воздухе на неприятельские летные аппараты, должна была бы их воспламенить».

Известный зоопсихолог профессор В. А. Вагнер высказал мнение, что реализация подобной идеи теоретически возможна. Ее целесообразность следовало подкрепить мнением военных специалистов.

Командование ВВС Ленинградского военного округа, получив записку Хотина, копию ее направило в ОГПУ, под неусыпным контролем которого находились практически все орнитологические исследования. Прежде чем выехать на природу для наблюдения за перелетом птиц или изучения жизни птичьих базаров, ученые предварительно запрашивали разрешение компетентных органов, независимо от того, отправлялись они на станцию Кавголово под Ленинградом или в далекое Заполярье. Все фото- и кинопленки, отснятые в процессе наблюдения за пернатыми, сразу же после проявки направлялись на просмотр в ОГПУ.