Читать онлайн «Плавания вокруг света и по Северному Ледовитому океану». Страница 270

1 верста – 1,07 км

1 сажень – 2,13 м

1 фут – 0,30 м

1 дюйм – 0,02 м

1 морская сажень – 1,83 м

1 немецкая миля – 7,42 км

1 кабельтов – 182,87 м

1 английская миля – 1,61км

1 морская английская миля – 1,85 км

1 итальянская миля – 1,74 км

1 лига – 5,57 км

1 пуд – 16 кг

1 лот (серебра) – 0,01 кг

Головнин В. М. Путешествие вокруг света. – М., Дрофа, 2007.

Берх Василий Николаевич (1781–1834) – моряк по образованию, участвовал с 1803 по 1806 год в первой русской экспедиции вокруг света под командой Лисянского на корабле «Нева». По возвращении в Россию посвятил себя литературной деятельности. Среди значительного количества сочинений была и вышедшая в свет в 1821 году «Хронологическая история всех путешествий в северные полярные страны». О ней и упоминает Ф. П. Литке.

Путешествие «Рюрика». Ч. 1.

Форстер Иоган-Рейнгольд (1729–1798) – натуралист и путешественник. Сопровождал Д. Кука в его втором путешествии. Написал ряд книг о географических открытиях, среди которых особое место занимает сочинение, посвященное истории исследований.

Форстеру принадлежит идея считать Австралию частью света, а также предложение назвать пролив, отделяющий Азию от Америки, Беринговым проливом.

Парри Вильям-Эдуард (1790–1855) – английский путешественник, участвовал в 1818 году в экспедиции Росса. С 1819 по 1827 год возглавлял четыре экспедиции, во время которых открыл пролив Барроу.

Forster’s History of the Voyages made in the North. Dublin, 1786.

Нам известны только по слухам подвиги почти современников наших. Таким образом мы слышим, что около половины прошедшего века архангельский купец Лобанов делал попытки к возобновлению плавания между Енисеем и Двиной. Построены были суда на первой из этих рек, наняты люди, большей частью из казенных матросов. Все это предприятие поручено мезенскому мореходу Рахманину, который, потратив на то пять лет, возвратился без успеха, приписывая, однако же, неудачу не столько естественной невозможности предприятия, сколько тому, что суда были построены слишком великие, с которыми во льдах управляться весьма трудно; что матросы, ко льдам не привыкшие, при всякой встрече с ними устрашались и вынуждали его возвращаться. Он утверждал, что с удобнейшими судами и привычными людьми успех в этом предприятии был бы несомненен. Мы слышим также, что за 25 лет прежде Скоресби кормщик Павков приставал к берегам восточной Гренландии. Он шел на Грумант (Шпицберген); восточные ветры и течения отклонили его к западу так далеко, что он, проплыв гораздо дольше обыкновенного, увидел, наконец, льды и за ними к западу землю. Пробравшись сквозь льды, вошел он в реку или в узкий пролив, по которому поднялся на 30 верст; на берегах нашел он следы людей, кляпцы для ловли зверей и т. п. Выйдя отсюда, пробрался он опять сквозь льды и, поплыв на восток, прибыл к Шпицбергену. Подробности этих плаваний, без сомнения весьма любопытных, останутся нам навсегда неизвестными, by reason of the great nigligence of the writers of those times [ввиду большой небрежности со стороны авторов того времени]; никто не беспокоился о том, чтобы спасти их от незаслуженного забвения. А сколько есть таких, о которых даже и слухи до нас не дошли!

Нестор (1056–1114) – монах-летописец Киево-Печорского монастыря; является составителем «Повести временных лет» – летописного свода, объединившего все более ранние летописные произведения.

Заволочьем Летопись называет территорию, расположенную к северу и северо-востоку Волока – водораздел рек бассейна Белого и Балтийского морей и притоков Волги. Финские племена, обитавшие в Заволочье, получили название чуди.

Исторические начатки о двинском народе В. Крестинина. Нестерова летопись о Древней Вивлиофике Российской.

Исторические начатки В. Крестинина.

Достопримечательного путешествия этого Отера доселе на нашем языке не было, почему и поместил я его ниже (Приложение А).

Легенда, заложенная в «Повести временных лет», о том, что варяжские князья были призваны по воле народа для «уменьшения внутренних беспокойств своего отечества и безопасности его от внешних врагов», – не соответствует исторической истине. Составителю Летописи важно было доказать законность княжеской династии Рюриковичей и он использовал распространенную тогда легенду о призвании трех братьев-князей.

Ученые-историки считают возможным, что Рюрик со своей дружиной был действительно приглашен, но не как защитник отечества славян, а «… в качестве вспомогательной наемной силы, как это делалось неоднократно и позднее одной из борющихся сторон, когда в Новгороде обострились «усобицы». Рюрику удалось узурпировать власть и, может быть, даже положить начало новой династии Рюрик, однако смог удержать власть только при условии слияния с русским народом, что, как нам известно, и произошло». (История СССР. Т. 1. М.: Госполитиздат, 1947).

«Повесть временных лет» называет в числе призывающих Рюрика кроме славян и неславянские племена – жителей Заволочья. Очевидно, у славян с этими племенами были уже налаженные взаимоотношения и общие интересы, и не может быть, чтобы предприимчивые новгородцы, уже в то время, не селились в богатой пушниной, рыбой и лесом «двинской стороне».

Невзирая на торговый дух республики, не оставляли новгородцы страсти к наездничеству и в позднейшие времена. В XIV веке, уже по соединении с Ганзой, предпринимали они наезды без ведома князей.

Половники – в северной России крестьяне, арендующие землю за часть урожая – исполу.

Исторические начатки В. Крестинина.

В российской Летописи по Софийскому списку, ч. 1, с. 110 «в лето 6540 (1032) Великий князь Ярослав поча города ставити по Руси, и тогда ж Улеб изыде из Новгорода на Железная врата, и опять мало их прииде». В Воскресенском списке, ч. 1, с. 184, слово в слово то же. В Никоновом списке, ч. 1, с. 132 «в лето 6540 (1032) Ярослав поча по Руси городы ставити. Того «же лета Улеб иде на Железная врата из Новгорода и вспять мало их возвратишася, но мнози тамо погибоша». В Несторовой летописи и в Новгородском Летописце, что в Продолжении Древней Российской Вивлиофики, ч. 2, о походе этом не упоминается. Странно, что об этом загадочном походе все летописцы говорят с такой необыкновенной краткостью. Железные их Ворота были в то время, по-видимому, место общеизвестное. Весьма жаль, что Миллер не приводит именно мест летописей, давших ему повод отнести это название к Уральскому хребту.