Читать онлайн «Плавания вокруг света и по Северному Ледовитому океану». Страница 169

особенно же должно иметь более рук. Селение Росс имеет до 90 десятин удобной земли, на которой высевается в год пшеницы до 90 четвертей, ячменя – до 15 четвертей, и снимается первого до 450, последнего – до 65 четвертей. В лучшие годы бывает урожай лучше, но средним числом не более как сам-пять или сам-шесть. Овощи родятся весьма хорошо. Скота рогатого от небольшого числа в течение 10 лет расплодилось до 500 голов; до 250 лошадей и до 600 овец; но, не имея пастбищ, не знают, что с ним делать. В Ситку доставляется солонины до 150 пудов, масла до 50 пудов и до 100 кож, выделанных на месте. В этом состоит покамест вся выгода от этого заведения.

Испанцы, не имея средств вытеснить силой пришельцев с земли, которую считают своей, прибегли к другому, медленному, но верному способу: они начали окружать Росс новыми миссиями, которые, стесняя поселение со всех сторон, отнимут у него возможность распространиться и заставят, наконец, покинуть заведение, которое, отвлекая силы колоний, в теперешнем его виде не может им никогда принести значительной пользы; да и при большем распространении может доставлять такие только товары, которые и без того торговлей безубыточно можно приобретать.

Компания доставляет добычу свою в Европу двумя путями: через Охотский порт и Сибирь и прямо морем в Россию. Меха, главным образом морских котиков, идут из Охотска на Кяхту, промениваются там на китайские товары, главная торговля которых происходит на Макарьевской ярмарке. Бобровые шкуры отправляются большей частью морем в С. – Петербург, откуда расходятся по всей России.

Соседние поселения нашим жителям Северной Америки, невзирая на давнишнее знакомство, до сих пор мало известны. Враждебное расположение, не допускавшее русских с ними смешиваться, – главная тому причина. С тех пор, как они поселились под крепостью, было более случаев с ними ознакомиться; но между служащими компании не нашлось до сих пор досужего человека, который решился бы свободные минуты свои посвятить хотя и интересному, но тяжкому труду исследовать нравы, предания, взаимные связи, в особенности же язык этого народа. Трудолюбивый Хлебников[350] обратил, однако же, и на это свое внимание, и следующие сведения о колошах заимствованы преимущественно из его записок.

Народы, населяющие северо-западный берег Америки от 40 до 60° [с. ш. ], по всей вероятности, поколения одного и того же племени. Одинаковая наружность, одинаковые обряды и образ жизни ведут к подобному заключению. Уродливые деревянные украшения в губах – неоспоримое доказательство единородства жителей островов Королевы Шарлотты и Берингова залива. С другой стороны, Скоулер нашел язык обитателей реки Колумбии таким же, как и жителей Нутки. Жители губы Тринидад (шир. 41°) имеют во всем большое сходство с более северными жителями, но очень отличаются от индейцев Нового Альбиона, обитающих южнее мыса Мендосино. Каждое из этих племен различается особым именем; но в наших колониях все они вместе разумеются под общим родовым названием колошей или колюжей.

Ситкинские колоши называют себя ситка-хан. Они признают родоначальником своим человека по имени Элькх, пользовавшегося покровительством ворона, начальной причины всех вещей. Замечательно, что у жителей берегов Кенайской губы и у кадьякцев, явно принадлежащих к эскимосскому племени, эта птица также играет важную роль в религии. По преданиям первых, ворон создал вселенную; последние верят, что он принес свет с неба.[351] Что было прежде ворона и кто дал ворону такую власть, колоши не знают и отделываются обыкновенно в таком случае ответом: что этому так следовало быть.

В рассказах колошей о происхождении Элькха и о приключениях его до создания колошей содержится предание о всеобщем потопе, как у всех почти народов, и, что страннее, многие басни, имеющие сходство с греческими мифами. Первобытный житель земли, Китх-угин-си, имел от сестры своей многих детей, которых истреблял, для того чтобы племя людей не размножилось. Он имел власть над всеми жителями земли и наказывал их за преступления потопом, но не мог, однако, истребить всех, потому что люди спасались на лодках на вершины гор, где до сих пор видны остатки лодок и канатов, которыми они привязывались.

Сестра Китх-угин-си убежала от кровожадного брата своего и на морском берегу встретила молодого, статного мужчину, который, услышав причину бегства ее, дал ей проглотить раскаленный круглый камешек, обещая, что после того родится у нее сын, которого никто не будет в силах погубить. Следствием этого было рождение Элькха. Мать воспитывала его тщательно, каждое утро купала в воде морской и научила стрелять птиц. Элькх прежде всего настрелял множество колибри на платье своей матери. Потом убил большую белую птицу, шкуру с нее надел на себя и, любуясь крыльями, возымел сильное желание летать по-птичьему и поднялся на воздух, но, не умея еще управлять крыльями, залетел за облака и, изнемогая, с раскаянием сказал: «Лучше бы мне остаться с матерью!» – и с этим словом очутился у ее хижины. Возмужав, отпросился он у матери идти искать Китх-угин-си, чтобы наказать его за злодейства. Он отыскал жилище дяди, выждал, сидя на хижине, возвращения его домой, и, заперев его в ней, велел водам подыматься, чтобы потопить преступника, а сам поднялся на крыльях в воздух. Долго летал он, наконец, выбившись из сил, упал на камень, больно ушибся и долго лежал без чувств. От этого происходят все людские болезни. Очнувшись, слышит он голос, его зовущий, но никого не видит. Собрав последние силы, пошел он к морскому берегу и увидел играющих на море бобров; один из них говорит ему: «Садись на меня, я тебя довезу туда, куда тебя зовут». – «Но ты утопишь меня», – отвечал Элькх. – «Не бойся ничего, зажмурься и садись на меня». Элькх садится на бобра, едет долго, наконец, открывает глаза, видит берег и на нем множество людей. Между ними находит он мать свою и дядю, вероятно, уже примирившихся, и тут же знакомится с вороном, от которого получил власть быть родоначальником колошей.

Не точное ли это повторение мифов о Сатурне, пожирающем своих детей; о Девкалионе, производящем людей из камней, об Икаре, об Арионе, плывущем на дельфине? Никто, конечно, не подумает, что колоши заимствовали мифологию свою от греков, но сходство это доказывает, что бредни младенчествующего ума человеческого одинаковы и под светлым небом Эллады и в диких американских лесах.

Религия колошей есть отрасль шаманства, распространенного во всей северо-восточной Азии. Они верят злым духам, живущим в воде и насылающим на людей болезни посредством рыб и ракушек, употребляемых ими в пищу. Почестей никаких им не воздают. Обязанность шаманов заключается в предсказывании будущего и иногда лечении болезней.