Читать онлайн «Политэкономия войны. Как Америка стала мировым лидером». Страница 75

80

Классическим, в данном случае, является пример либеральных революций в России февраля-октября 1917 г. и 1991–2000 гг.

Под оружием торговых войн Д'Аржансон подразумевал прежде всего протекционизм. Однако к такому оружию можно отнести и разные виды демпинга, монополии, колониализм, субсидированный экспорт, и т.п.

Конечно за все надо платить, и цивилизационное государство создавалось по типу империи, со всеми ее издержками и недостатками. Но на данном этапе развития достоинства цивилизационной империи, очевидно, перевешивали ее недостатки, что и обеспечивало ее существование.

Теория национализма, как основы государственной идеологии в Китае в 1924 г. была представлена Сунь Ятсеном в «Трех народных принципах». Для него национализм есть «принцип единой государственной семьи (нации)»… «Национализм — это то сокровище, которое предопределяет существование человечества». При этом Сунь Ятсен противопоставлял национализм классового общества, образующего государство-нацию, и национализм интернациолистский, сплачивающий народы между собой. Примечательно, что причиной плачевного состояния Китая в начале XX в. Ятсен назвал утрату китайцами национализма за несколько веков до этого, Китай стал «кучей песка». (Г.С. Кара-Мурза, 1928 (Кара-Мурза С.Г… с. 312–314.))

Например, Маркс и Энгельс выступали за отделение Ирландии от Англии, и в то же время против Польши от России. Энгельс в 1851 г. пояснял почему: «Изучение истории приводит к пессимистическим выводам насчет Польши, значение Польши временное, только до аграрной революции в России. Роль поляков в истории — “смелые глупости”. ”Ни на минуту нельзя предположить, что Польша, даже только против России, с успехом представляет прогресс или имеет какое-либо историческое значение”. В России больше элементов цивилизации, образования, индустрии, буржуазии, чем в шляхетско-сонной Польше”». (Ленин В. «О праве наций на самоопределение» 1914 г.)

Данную закономерность подчеркнет и Ц. Михальский, который спустя почти сто лет после рассматриваемых событий будет констатировать: «Мы (поляки) снова занялись собой и придерживаемся убеждения, что другие в это время заниматься нами не будут. Дипломаты и журналисты более серьезных стран уже воспринимают нас как народ с очень «альтернативными потребностями»». («Krytyka Polityczna», Польша, 10.05.2010)

Например, К. Шурц в 1893 г. обосновывал свои возражения против планов аннексии Мексики и других государств Центральной Америки, следующим: «Представьте себе, как пятнадцать, двадцать, а то и больше штатов, населенных людьми, столь основательно отличающимися от нас по происхождению, обычаям и привычкам, традициям, языку, морали, стремлениям, образу мыслей, т.е. отличающимися практически во всем, что формирует общественную и политическую жизнь… составят часть нашего Союза и через десятки своих сенаторов и представителей в конгрессе и посредством миллионов голосов на президентских выборах будут участвовать в создании наших законов, в занятии чиновничьих постов в правительстве и влиять на весь дух нашей политической жизни». Таким образом, делает вывод Шурц, «включение американских тропиков в нашу государственную систему… чревато не поддающимися оценкам опасностями, грозящими жизнеспособности наших демократических институтов». (Хрестоматия… с.122–123).

Для этого американские банки нередко использовали прямой подкуп. Так, например, из двух крупнейших банков Нью-Йорка «National City» и «Chase» один навязал кредиты Перу, через взятку сыну президента, другой — Кубе, посредством оказания личных финансовых услуг «кровавому диктатору» Мачадо. (Stock Exchange Practices, Report, 1934, pp. 220–221. (Гэлбрейт Д. К… с. 239–240)). Американские газеты в то время писали, что политические лидеры в Центральной Америке «покупаются и продаются, как жареная кукуруза» (Ландберг Ф… с. 23). Подобная практика после Второй мировой получила еще большее распространение. См. например: Дж. Перкинса «Исповедь экономического убийцы». — М.: Pretext, 2005, и Дж. Генри “Blood Bankers” — «кровавые банкиры» James S. Henry. The Blood Bankers:Tales from Global Underground Economy. Thunder's Mouth Press, 2003.

Один из участников описываемых событий — генерал морской пехоты С. Батлер в начале 1930 г. заявлял: «Война в значительной степени являлась вопросом денег. Банкиры ссужали деньги иностранным государствам и когда те не могли выплатить долг, президент посылал морскую пехоту, чтобы получить его… я участвовал в одиннадцати подобных экспедициях». В 1934 г. сенатский комитет по военному имуществу подтвердил, что «большой бизнес — Standart Oil, United Fruit, сахарный трест, большие банки — стояли за большинством (подобных) военных вмешательств». (Jules Archer, The Plot to Seize the White House. New York: Hawthorn Books, Inc., 1973, p. 130, 132. (Эпперсон Р…с.298)).

Свою книгу, написанную весной 1940 г., Ф. Тиссен заключал словами: «Версальский договор устарел. Сегодня следует убрать все препятствия к будущему основанию Соединенных штатов Европы». (Тиссен Ф… с. 19,238).

По мнению А. Тойнби: «Русские навлекли на себя враждебное отношение Запада (именно) из-за своей упрямой приверженности чуждой цивилизации…». (Тойнби А.Дж…., с. 372).

Лимитрофы (limitrophe) — пограничные области Римской империи, которые должны были содержать войска, стоявшие на границе.

Справедливости ради стоит отметить, что в дальнейшим Ф. Энгельс и К. Маркс пересмотрят свое мнение о России, а последний даже начнет учить русский язык.

Подробнее см. главу «Будушее Германии?» // В. Галин. Тупик либерализма. Как начинаются войны. — М.: Алгоритм. 2011.

См. подробнее Галин В. Заговор Европы. Политэкономия войны. — М.: Алгоритм, 2006.

За все время сотрудничества через немецко-советскую летную школу прошло 220 немецких курсантов, через танковую — 30 немецких и 65 советских. На базе этих школ в СССР позже будут созданы соответственно летное и танковое училища, а на базе химического полигона — училище химической защиты.

Рост численности Красной Армии до 900 тыс. человек начался с 1933 г.

Германия в то время импортировала около половины необходимых съедобных жиров.

Некоторые технологические прорывы все же были — это прежде всего разработка пластмасс и новых сплавов на основе алюминия и магния, строительство автобанов и заводов по производству народного автомобиля (Фольксвагена), и т.д. Проблема заключалась в том, что эти достижения не касались реальной экономики, их реализация, вкупе с другими мерами, лишь истощала ресурсы государства. Их главной целью была подготовка Германии к войне.

Почти всю железную руду Германии приходилось импортировать.

Активы I.G. Farben в Америке контролировались холдингом American I.G. Farben, в члены правления которой входили: Э. Форд; С. Mitchell, президент National City Bank of New York (Рокфеллер); W.Teagle, президент Standard Oil New York (Рокфеллер), П. Варбург, председатель Федерального Резерва, Н. Metz, директор Bank of Manhattan (Варбург). Трое других членов правления American I.G. Farben были осуждены за преступления «против человечности» во время II мировой войны, когда они работали в Правлении I.G. Farben.

По данным, приводимым К. Ковалем, всего в американской и английской зонах оккупации бомбардировке подверглось около 5% заводов, степень их разрушения составила 25%. (Коваль К.И… с. 306).

Для сравнения, стоимость всего германского промышленного оборудования в ключевых отраслях (металлургической, машиностроительной, химической, энергетической и т.д.), по данным немецкой статистики, в 1937–1938 гг. составляла 19 млрд. марок. (Коваль К.И… с. 306).

Инвестиции СССР в Германию составили всего 0,02% общего объема инвестиций в Германии.

Речь идет о военных приготовлениях Австро-Венгрии вызванных чередой балканских войн 1912–1913 гг.

За годы Второй мировой войны только наличная денежная масса в обращении выросла почти в 7 раз — с 10,4 млрд. до 73 млрд. рейхсмарок, а депозитно-чековая эмиссия — более чем в 4 раза. Не считая выпуска оккупационных марок на 84 млрд.

У Гитлера данным пожаром стал поджог рейхстага, на основании которого Гитлер смог провести свои чрезвычайные законы.