Читать онлайн «Теория доказывания в уголовном судопроизводстве». Страница 101

- научностью источника происхождения средства или приема (результат научных изысканий) или средства их проверки (научная проверка рекомендаций практики);

- соответствием средства или приема современным научным представлениям, современному состоянию науки и техники;

- возможностью научного предвидения результатов применения средства или приема и установления степени точности этих результатов;

- возможностью заблаговременного обоснованного определения наиболее оптимальных условий применения средства или приема.

Помимо научной обоснованности применения средства или приема надо иметь в виду и их практическую обоснованность, т.е. целесообразность применения средства или приема, исходя из значения достижения возможного результата соотносительно с затратой необходимых сил, времени и средств.

Принцип целесообразности не является решающим при определении правомерности применения средства или приема. Он играет существенную роль только при выборе средства или приема из числа тех, которые с точки зрения закона допустимы в любом случае или в конкретной ситуации. Таким образом, противоречия между законностью и целесообразностью не может быть, так как целесообразным признается только то, что законно.

С принятием УПК 1960 г. получили законодательную регламентацию отдельные приемы криминалистической тактики, ранее в законе не упоминавшиеся. В связи с этим возник вопрос: сохранили ли данные положения значение тактических приемов или же в силу их обязательности утратили его? Возникла дискуссия, суть которой заключалась в определении того, может ли тактический прием обладать таким признаком, как обязательность; иными словами, всегда ли применение тактического приема зависит от усмотрения следователя, или в некоторых случаях он не волен в выборе.

Мнения участников дискуссии разделились. Часть их полагала, что тактические приемы признаком обязательности не обладают и обладать не могут. Следовательно, если закон предписывает тот или иной способ действий, не оставляя следователю свободы выбора, то и этот способ не может рассматриваться как тактический прием. Другая же часть считала, что тактический прием, ставший нормой закона, не перестает оставаться приемом и не утрачивает своего криминалистического содержания*(553).

Решение спорного вопроса, по-нашему мнению, кроется в самой сущности тактического приема. Все предложенные определения тактического приема сходны в одном: это наиболее рациональный и эффективный способ действий или наиболее целесообразная линия поведения субъекта доказывания. Но такое определение сущности тактического приема не дает оснований считать, что, получив законодательную регламентацию, прием перестает быть приемом, способом действий.

Законодательная регламентация приема означает, что прием признан законодателем наиболее целесообразным, наиболее эффективным способом действий для достижения определенной цели, настолько целесообразным, настолько эффективным, что его предписывается применять или можно применять во всех случаях. Обязательность или необязательность применения тактического приема не определяет его сущности. Обязательность есть выражение оценки приема законодателем как наиболее эффективного средства доказывания в конкретном случае. Тактика вовсе не означает обязательную свободу выбора, тактика - правильный выбор. Если его делает законодатель, то это тоже тактика, так как критерием правильности выбора служит многолетняя научно обоснованная практика применения данного приема, что не лишает выбранный прием, способ действия их тактических свойств. Законодательная регламентация тактического приема и есть осознанно необходимый выбор данного приема - во всех случаях при такой ситуации.

Отметим по этому поводу, что новый УПК РФ по целому ряду вопросов выглядит значительно менее регламентирующим тактические действия следователя. Особенно показательна в этой связи ч. 2 ст. 189, просто констатирующая: Задавать наводящие вопросы запрещается. В остальном следователь свободен при выборе тактики допроса, что явственно контрастирует с детальной регламентацией ст. 159 УПК РСФСР.

Иногда полагают, что всякий тактический прием есть научная рекомендация, применение которой зависит от следователя, и что, став нормой закона, непременной для исполнения, он утрачивает характер научной рекомендации. Однако это не соответствует действительности по следующим основаниям.

Во-первых, не всякий тактический прием представляет собой научную рекомендацию. Значительное число тактических приемов своим происхождением обязано практике и вовсе не является результатом научных изысканий. Вообще не следует смешивать понятие научной обоснованности приема с его научным происхождением или научным характером: понятие научной обоснованности, как уже указывалось, шире понятия научного происхождения приема и включает в себя научную апробацию, научную проверку приемов, возникших на практике.

Во-вторых, норма закона может быть принятой законодателем рекомендацией науки, ибо одна из задач правовой науки как раз и есть обеспечение научности правотворчества.

В-третьих, та или иная рекомендация науки, получив законодательное признание, не утрачивает своей научной обоснованности. Это, кстати, одна из форм применения положений науки в законодательной практике. Признак научности тактического приема, следовательно, не дает оснований считать, что в процессуальных нормах не содержится никаких элементов тактики.

Таким образом, криминалистическая тактика не суживается, не "исчезает" по мере того, как ее рекомендации становятся нормой закона. Не суживается и предмет криминалистики, ибо, как известно, одну и ту же норму закона могут изучать разные науки - каждая в своем аспекте и в своих целях. Поэтому нет смысла делить нормы УПК на те, которые имеют тактический характер, и те, которые его не имеют: любая норма может стать объектом изучения любой отрасли знаний.

Вопрос о соотношении и связи процессуального и тактического аспектов доказывания в общем виде решается в контексте соотношения и связи процессуальной процедуры и тактических приемов работы с доказательствами.

Процессуальная процедура - это законодательная регламентация порядка, содержания, целей следственного действия и отражения его хода и результатов в процессуальном документе, играющем роль источника доказательств. Именно в рамках этой процессуальной процедуры в целях обеспечения полноты, значимости и эффективности ее результатов и применяются тактические приемы работы с доказательствами. Каждой процессуальной процедуре соответствует своя система тактических приемов, специально разрабатываемых для этой процедуры или приспособленных к ее специфике и целям. Эта система образует тактику следственного действия.

Тактика процессуального - следственного или судебного - действия призвана обеспечить его максимальную эффективность при безусловном соблюдении требований законности. Эффективность действия есть степень реализации тех возможностей достижения его целей, которыми оно потенциально обладает. Применительно к следственным действиям эту потенциальную возможность, реализуемую средствами криминалистической тактики, Г.А. Зорин обозначил термином "тактический потенциал следственного действия" и оценил его двояко:

- как соотношение объема объективной доказательственной информации, которую можно было бы получить при максимуме благоприятных обстоятельств, и реально полученной с учетом субъективных возможностей следователя (т.е. "соотношение ожидаемых и фактически наступивших результатов"*(554));

- как соотношение реально полученного результата по конкретному следственному действию и его ценности для расследования в целом*(555), разделяя мнение И.Е. Быховского, что "результат расследования дела в целом - результат следственного действия"*(556).

Возможность реализации тактического потенциала следственного действия Г.А. Зорин связал напрямую с наличием у следователя необходимых знаний и умений, обладание которыми свидетельствует об уровне его профессионализма, от его тактического арсенала, в качестве главных условий формирования которого Г.А. Зорин справедливо упоминает:

а) наличие в памяти, в стереотипах поведения системы тактических приемов и методов, характеризуемых необходимым количеством и качеством;

б) наличие умений и практических навыков по оптимальному их исполнению в структуре выполняемого действия при обнаружении, фиксации, изъятии, исследовании и оценке доказательственной информации;