Читать онлайн «История медицины». Страница 44

Несмотря на происшедшее в конце XVIII – первой половине XIX в. размежевание физиологии и анатомии (морфологии) на различные дисциплины, тесная связь между ними сохранилась. Она четко прослеживается в деятельности и наследии Н. И. Пирогова. Большой интерес к строению и функциям нервной системы виден в исследованиях, проведенных профессором Киевского университета В. А. Бецом (1834-1894), изучавшим клеточное строение (цитоархитектонику) мозговой коры. Наряду с тем, что анатомия и физиология были связаны между собой, характерной чертой отечественной анатомии была связь ее с клиникой, как хирургической (И. В. Буяльский, Н. И. Пирогов), так и другими. Так, педиатр Н. П. Гундобин (1860-1908) много внимания уделял изучению анатомических и физиологических особенностей детского организма, невропатолог и психиатр В. М. Бехтерев (1857-1927) – строению и функциям различных отделов нервной системы. Отечественные анатомы разрабатывали также широкие общебиологические проблемы, что нашло выражение в деятельности Е. Ф. Аристова (1806-1875), изучавшего типы строения и формы изменчивости человеческого тела, и особенно одного из основоположников функциональной анатомии П. Ф. Лесгафта (1837-1909). Удаленный из Казанского университета за передовую общественную деятельность, в частности защиту преследуемых студентов, П. Ф. Лесгафт стал в Петербурге инициатором научной постановки физического воспитания и курсов подготовки его руководителей, главным образом женщин. Основанные им Биологическая лаборатория, а затем Высшая вольная школа (1905) преследовались и закрывались царским правительством. После Великого Октября эти учреждения явились основой Института физической культуры, названного его именем.

Для крупных деятелей отечественной анатомии характерно то, что они не ограничивались своей специальностью, а разрабатывали более широкие вопросы научного и общественного значения. В частности, П. Ф. Лесгафт и Д. Н. Зернов (1843-1917) отвергали реакционное учение Ч. Ломброзо, его попытки объяснить причины преступности строением тела.

Вслед за анатомией и физиологией в XIX в. оформилась дисциплина, наиболее близкая к лечебной медицине и клинике – патология (греч. «патос» – учение о болезни). Первоначально патология получила развитие преимущественно в форме патологической анатомии. Представителями ее на этом этапе были в Москве А. И. Полунин (1820-1888), в Петербурге М. М. Руднев (1837-1878) и Н. П. Ивановский (1843-1912). В дальнейшем оформилась как самостоятельная дисциплина патологическая физиология (общая патология).

Виднейшими ее представителями были основатель первых в мире самостоятельных кафедр общей патологии: в Казани и Петербурге ученик И. М. Сеченова В. В. Пашутин (1845-1901), в Москве А. Б. Фохт (1848-1930), в Одессе, Киеве и Петербурге В. В. Подвысоцкий (1857-1913). В деятельности В. В. Пашутина большое место занимало изучение голодания – нередкого явления в тогдашней России, связанного с низким уровнем земледелия и частыми неурожаями. Он изучал цингу (скорбут) и противоцинготные средства, позднее (1912), после работ польского ученого К. Функа получившие название витаминов. «В соке свежих сочных растений, например в лимонном соке, содержится тот элемент, который действует на скорбутных так магически» [66], – писал В. В. Пашутин. К пониманию значения витаминов как особых веществ в организме, не дав им названия, первым подошел педиатр Н. И. Лунин (1853-1937) в своей диссертации (Дерпт, 1880 г.).

Характерной чертой отечественной патологии было развитие экспериментального направления. Значительные успехи в экспериментальной фармакологии были достигнуты Н. П. Кравковым (1865-1924, Петербург) и др. Кроме Н. П. Кравкова, из школы В. В. Пашутина вышли П. М. Альбицкий (1833-1930), преемник его по кафедре, А. В. Репрев (1853-1930), в дальнейшем основатель Харьковской школы патофизиологов, один из основоположников отечественной эндокринологии, и др. Из многочисленных учеников В. В. Подвысоцкого, подготовленных им главным образом в Институте экспериментальной медицины в Петербурге, должны быть названы в первую очередь Д. К. Заболотный (1866-1929), Л. А. Тарасевич (1868-1927), А. А. Богомолец (1881-1946). Деятельность их получила развитие главным образом в годы Советской власти.

Новый плодотворный период в биологии и медицине связан с возникновением и развитием микробиологии, которую вначале чаще называли бактериологией. Микробиология вооружила медицину новым пониманием процессов, совершающихся в организме в здоровом и больном состоянии, а также дала врачам более совершенные средства борьбы с инфекционными болезнями.

В России большой вклад в микробиологию внес Л. С. Ценковский (1822-1887), создавший школу ботаников в Петербурге и школу микробиологов в Харькове. Им описано более 40 новых видов микроорганизмов, разработан оригинальный метод приготовления сибиреязвенной вакцины, нашедшей успешное применение в России. Л. С. Ценковский принимал деятельное участие в организации в 1887 г. в Харькове пастеровской станции, послужившей основой развернутого здесь крупного микробиологического института.

Г. Н. Минху (1835-1896) принадлежит приоритет в установлении героическими опытами на себе (1874) заразительности крови больных возвратным тифом и, позднее, передачи возвратного и сыпного тифов кровососущими насекомыми. Изучая проказу, Г. Н. Минх установил инфекционную передачу, опровергнув распространенную концепцию о ее наследственности. Его пруд «Чума в России» (1898) является результатом многолетнего изучения чумы в ее очагах.

Г. Н. Габричевский (1860-1907) первым в России начал читать систематический курс бактериологии в Московском университете (1892), основал в Москве бактериологический институт, разработал методы профилактики и серотерапии дифтерии и скарлатины, предложил для профилактики противоскарлатинную вакцину из стрептококков, выделенных из крови больных; организовал несколько экспедиций по изучению малярии и борьбы с ней, отстаивал концепцию о переносе малярии комарами.

Ботаником Д. И. Ивановским (1864-1920), учеником Л. С. Ценковского, открыты и, изучены фильтрующиеся вирусы и положено начало новой отрасли – вирусологии. Первая публикация Д. И. Ивановского – диссертация «Мозаичная болезнь табака» (1892). В 1903 г. Н. Ф. Гамалея (1859-1949) изучил возбудителей вирусных инфекционных болезней человека (оспа и др.).

В конце XIX – начале XX в. большую роль играл Институт экспериментальной медицины в Петербурге, открытый в 1890 г. на основе антирабической станции, организованной в 1886 г. Главной задачей, поставленной перед институтом при его образовании, являлось изучение заразных болезней человека и животных. В дореволюционные годы институт был единственным крупным научно-исследовательским медицинским учреждением в России. Активное участие в работе этого института принимал И. П. Павлов, создавший в нем фармакологическую лабораторию.

В тесной связи с микробиологией (бактериологией) развивалась иммунология – новая дисциплина, основоположником которой был И. М. Мечников (1845-1916), зоолог и эмбриолог-эволюционист по своей первоначальной специальности. Большую часть жизни И. И. Мечников посвятил вопросам патологии и медицины. Работал он главным образом в области борьбы с заразными болезнями. Истоком дальнейших работ по иммунитету явились исследования И. И. Мечникова по «внутриклеточному пищеварению» как защите организма против проникновения извне вредных для клетки начал (проявление этой защитной функции получило название фагоцитоза). В речи «О целебных силах организма» на VII съезде русских естествоиспытателей и врачей (Одесса, 1883 г.) И. II. Мечников в противовес «этнологической» трактовке Р. Коха развил взгляд на инфекционное заболевание как На процесс взаимодействия микроорганизма и макроорганизма.

И. И. Мечниковым вместе с Н. Ф. Гамалеей в 1886 г. основана в Одессе первая в России бактериологическая лаборатория, главной задачей которой были антирабические прививки (прививки против бешенства). Первая в России Одесская антирабическая лаборатория была второй в мире после лаборатории Пастера в Париже. Вслед за Одесской начали функционировать антирабические лаборатории (пастеровские станции) в Петербурге, Москве, Варшаве, Харькове, Самаре и др. Россия явилась первой страной (в 80-х годах XIX в. единственной), располагавшей тогда сетью пастеровских станций. Подвергаясь, как и И. М. Сеченов, нападкам властей и реакционных кругов, испытывая большие трудности в преподавательской и научно-исследовательской работе, И. И. Мечников вынужден был переехать в Париж. Здесь в Институте Пастера он стал ближайшим помощником Пастера, а после смерти его в 1895 г. – фактически его преемником. Вместе с тем И. И. Мечников не порывал связи с Россией, выезжая на научные съезды, на борьбу с холерой, чумой, туберкулезом и другими болезнями. Его лаборатория явилась гостеприимной школой для русских ученых. Все крупные отечественные микробиологи и эпидемиологи конца XIX – начала XX в. (Д. К. Заболотный, Л. А. Тарасевич, П. В. Циклинская, Г. Н. Габричевский, И. Г. Савченко и др.) прошли через парижскую школу И. И. Мечникова. «Моя лаборатория открыта для всех русских ученых, – писал И. И. Мечников. – Здесь они у себя»[67].