Читать онлайн ««Теория заговора». Историко-философский очерк». Страница 104

Обратимся к явно конспирологической интерпретации отечественной истории с позиций «новой хронологии». Её основные события, даты, представители становятся объектами грандиозного заговора. Первым смелым шагом становится отрицание периода татаро-монгольского ига. Авторы заявляют, что «Орда была не иностранным образованием, захватившим Русь извне, а просто восточно-русским регулярным войском, входившим неотъемлемой составной частью в древнерусское государство»{718}. Столицей Орды объявляется кубанская станица Ханская, Батый оборачивается Батькой, что естественно упраздняет Куликовскую битву и т. д. Заложив краеугольный камень своей концепции, авторы уже тотально пересматривают, деконструируют традиционную, «романовскую», как они её называют, версию истории России. Согласно их версии, романовская династия осознанно фальсифицирует исторические данные, уничтожая, переписывая или подделывая документы: «Придя к власти, Романовы постарались максимально “заштукатурить” древнюю русскую историю. Поэтому историки эпохи Романовых (имея на то явные или неявные указания) старались “глубоко не копать” — это было опасно»{719}. Все древнерусские летописи, начиная с «Повести временных лет», являясь, как мы уже отметили, продуктом фальсификации, создавая заведомо ложный исторический образ, преследуют единственную цель — доказать легитимность притязаний романовской династии на престол. Подлинная же история есть борьба, гражданская война между Московским царством и Ордой, в которую входила южная Русь и средняя Волга. Ордынская династия, представленная князьями Черкесскими, в жестокой братоубийственной войне, включающей в себя восстание Разина, терпит поражение, обрекая себя тем самым на историческое небытие.

Уже на данном этапе можно сделать вывод, что «новая хронология» из лженауки превращается в научно закамуфлированный идеологический продукт. Совершенно нетрудно заметить, что все частные открытия «новой хронологии» (трансформация Батыя в Батьку и пр.), «исправления» генеалогий княжеских и царских династий базируются на идеологическом посыле евразийства. Напомним, что рождение евразийства является интеллектуальной реакцией на революционные и послереволюционные катаклизмы в российском обществе. Представители данного течения, осознавая полную бесперспективность белого движения, попытались найти объективные причины победы большевизма, которые бы давали возможность сохранения, а самое главное — развития исторической России.

Как известно, евразийцы в своём поиске приходят к бинарной схеме «Россия — Европа», противопоставляя эти два мира. Так, Н. Трубецкой, используя понятийный аппарат Данилевского, декларирует неизбежность противостояния романо-германскому (европейскому) миру в достаточно воинственном духе: «Европеизация является безусловным злом для всякого неромано-германского народа. <…> С этим злом можно, а следовательно, нужно бороться всеми силами»{720}. Тот факт, что евразийцы активно используют положения тех или иных естественных наук для обоснования своей концепции, отнюдь не делает их выкладки научными, ибо в них господствует прежде всего идеологическая установка, под которую авторы «подбирают» те или иные эмпирические данные. Здесь необходимо заметить, что и «новая хронология» всячески подчёркивает научность своих построений, оперируя научной терминологией, различного рода схемами, диаграммами, обильно оснащая свои тексты справками, ссылками и т. д.

Необходимо и правомочно также обоснование параллели между социокультурными и политическими реалиями эпохи рождения евразийства и временем ренессанса «теории заговора» в России. И двадцатые, и девяностые годы XX столетия объединяет кризис идеологии, последствия которого традиционно тяжело переживаются российским обществом. Но если кризис двадцатых годов был в какой-то степени, пусть и не полностью, преодолен, то современная тревожная ситуация не только далека от разрешения, но и проявляет тенденцию к дальнейшему усугублению. Поэтому трансформация «новой хронологии» в одну из разновидностей «теории заговора» представляется закономерной и неизбежной.

В ответ на критические отзывы в адрес «новой хронологии» со стороны академических кругов — выходит сборник статей с говорящим названием «Заговор против русской истории (факты, загадки, версии)», авторы которого открыто декларируют следующие положения: «Мы не претендуем на то, чтобы наши заметки расценивались как научный труд. Поэтому вы не обнаружите здесь строгих научных формулировок, ссылок на конкретные страницы цитируемых книг и так далее. Наша цель скромнее: рассказать читателям о том, как, когда и кем мог быть организован заговор против русской истории. Заговор, ставивший своей целью принизить великое прошлое нашего Отечества, извратить роль наших предков в мировой истории»{721}. Концептуальное ядро сборника практически полностью отражает тезис Носовского и Фоменко о фальсифицировании отечественной истории династией Романовых. Действительно, не утруждая себя обращением к научным источникам, авторы на основе «новой хронологии» создают один из вариантов «теории заговора». Если у Фоменко и Носовского Романовы лишь используют хронологические смещения для утверждения своего господства в России, то авторы книги делают упор на изначально конспирологическом характере самой династии российских царей. Объяснение этому находится в нерусском происхождении рода Романовых, основатель которого Андрей Иванович Кобыла являлся выходцем из Пруссии. Из данного посыла следует неизбежный вывод: «Не случайно поэтому, что волею судьбы оказавшись сначала около, а затем и на российском троне, первые Романовы стали активными проводниками пронемецкой, прозападной политики»{722}.

Размах фальсификаций в русской истории можно оценить лишь по одному из многих приведённых примеров. Авторы обращают внимание на реконструкцию Успенского и Архангельского соборов во времена правления Алексея Михайловича, в ходе которой оказались утраченными фрески, выполненные Дионисием в 1513-1515 гг. Причиной сего выступает содержание фресок, о котором мы узнаём из частично сохранившихся росписей Благовещенского собора. На этих фрагментах присутствует изображение родословного древа Христа, включающего: Дмитрия Донского, Василия Дмитриевича, Ивана Ш, Василия III, Платона, Плутарха, Аристотеля, Вергилия, Зенона, Фукидида.

Интересным примером конспирологической трактовки «новой хронологии» служит работа И. В. Давиденко «Ложные маяки истории», в которой предлагается глобальный пересмотр уже мировой истории. Ревизия истории проводится с позиции анализа эволюции технических средств, которая является полноценным зримым и объективным источником знаний о прошлом, в отличие от традиционных письменных источников. «Бумага оказывается ненадёжным носителем исторической информации. А на какой бумаге, какого времени изготовления написано было “Слово о полку Игореве”? Эти бумаги уж явно хранились не в шкатулке из нержавеющей стали»{723}. Среди многочисленных доводов в пользу «новой хронологии» особо выделяется тезис о невозможности использования железа и других металлов на ранних стадиях развития человечества. «Железным инструментам не более 600 лет. Для их изготовления необходимо полосовое железо, которое кузнец или слесарь-инструментальщик нагревает в горне, куёт, обрубает, пробивает, насекает, склёпывает, затачивает, если нужно — закаливает»{724}. Подобные, со вкусом перечисленные операции немыслимы вне рамок высокоразвитой цивилизации, обладающей комплексными практическими и теоретическими знаниями. Таким образом, «век железа» смещается к эпохе средневековья, когда и был изобретён полноценный горн, автоматически корректируя мировую хронологическую шкалу.

Проблема возникает при обращении к данным археологии, демонстрирующим несколько иные результаты. Чем можно объяснить наличие большого числа металлических орудий, найденных на обширной территории учёными разными эпох и народов? Автор отказывается признавать это результатом добровольного заблуждения, ссылаясь на самоочевидность и доступность его построений широкому кругу как профессионалов, так и просто образованных людей. История теперь рассматривается как процесс перманентной целенаправленной фальсификации. С подобных позиций исторические события приобретают особое «конспирологическое» измерение. Так, египетская экспедиция Наполеона 1798-1799 годов имела под собой иную, отличную от общеизвестной, подоплёку. «Пятнадцать месяцев для энергичного генерала в Египте — срок немалый, территория под контролем французов не так уж велика, развлечений особых нет. Тем более что 175 учёных для чего-то прикомандированы к экспедиции. Не для забавы привезены десятки ящиков самых современных инструментов»{725}. И так, с помощью 175 учёных, возникла гробница Тутанхамона, наполненная артефактами, не имеющими никакого отношения к древнеегипетской цивилизации.