Читать онлайн «Социология. Учебник». Страница 52

Как правило, социологи стараются выработать беспристрастное отношение к тому, что они исследуют. Нейтральная позиция (избегающая морализирования) особенно важна при изучении девиации. Поскольку девиантное поведение стало ассоциироваться со многими негативными проявлениями (оно является олицетворением «зла» в религиозном мировоззрении, симптомом «болезни» с точки зрения медицины, в частности, психиатрии, и «незаконным», в соответствии с правовыми нормами), возникла тенденция считать его «ненормальным». В действительности же, наверное, более разумно считать девиацию такой же «естественной», или «нормальной» формой поведения, как, например, конформизм. Тот факт, что общество создает стандарты (ожидания) поведения, подразумевает, что оно не всегда им соответствует. Если бы никто не употреблял кокаин и не торговал им, не было бы необходимости в законе, запрещающем это. Даже если бы существовало нечто похожее на идеальное общество, оно не могло бы долго оставаться совершенным. Эмиль Дюркгейм, (1938) один из основоположников социологии, выразил эту мысль следующим образом: «Представьте себе общество святых, напоминающее образцовый монастырь, где живут идеальные люди. В нем и понятия не имеют о том, что мы называем преступлением, но проступки, которые кажутся незначительными рядовому мирянину, могут произвести среди них такой скандал, какой обычно вызывает преступление среди ординарных людей (с. 38).

Таким образом, девиация может создать проблемы для некоторых групп общества или даже всего общества в целом, но она так же естественна, как и ее противоположность — конформизм. Чтобы глубже понять сущность девиации, мы должны попытаться дать ей какое-то определение, даже если оно нуждается в оговорках. Попробуем определить девиацию как отклонение от групповой нормы, которое влечет за собой изоляцию, лечение, тюремное заключение или другое наказание нарушителя (в несколько ином варианте эта мысль представлена в работе: Шур, 1971).

На основе данного определения мы можем выделить три основных компонента девиации: человек, которому свойственно определенное поведение; ожидание, или норма, которая является критерием оценки девиантного поведения, и некий другой человек, группа или организация, реагирующая на поведение. В начале этой главы говорилось, что Макинтош и Лопес были арестованы за попытку побега из тюрьмы. В соответствии с законами и институтами, созданными обществом, к которому они принадлежали, было решено, что их поведение неприемлемо. Значит, сотрудники правоохранительных органов имеют право преследовать, арестовывать и наказывать преступников. В результате сочетания многих факторов, а не только самих поступков, поведение этой пары оказалось девиантным.

Если девиация и конформизм — две стороны одной медали, почему первой уделяется больше внимания? Вероятно, она особо привлекательна и, в то же время является источником повышенного беспокойства для окружающих. В прошлом веке социальные исследователи предложили множество объяснений девиации; в данном разделе мы рассмотрим основные теории, объясняющие девиацию. Неудивительно, что в них придается особое значение одному из трех выше упомянутых факторов: человеку, норме и группе (табл. 7–2 на стр. 215, в которой кратко изложены теории девиации).

В конце XIX в. итальянский врач Чезаре Ломброзо обнаружил связь между криминальным поведением и определенными физическими чертами. Он считал, что люди предрасположены к определенным типам поведения по своему биологическому складу. Он утверждал, что «криминальный тип» есть результат деградации к более ранним стадиям человеческой эволюции. Этот тип можно определить по таким характерным чертам, как выступающая нижняя челюсть, реденькая бородка и пониженная чувствительность к боли. Теория Ломброзо получила широкое распространение, и некоторые мыслители стали его последователями — они тоже устанавливали связь между девиантным поведением и определенными физическими чертами людей.

Уильям X. Шелдон (1940), известный американский психолог и врач, подчеркивал важность строения тела. Он считал, что у собак некоторых пород имеется склонность следовать определенным образцам поведения. Также и у людей определенное строение тела означает присутствие характерных личностных черт. Эндоморфу (человеку умеренной полноты с мягким и несколько округлым телом) свойственны общительность, умение ладить с людьми и потворство своим желаниям. Мезоморф (чье тело отличается силой и стройностью) проявляет склонность к беспокойству, он активен и не слишком чувствителен. И наконец, эктоморф, отличающийся тонкостью и хрупкостью тела, склонен к самоанализу, наделен повышенной чувствительностью и нервозностью.

Опираясь на исследование поведения двухсот юношей в центре реабилитации, Шелдон сделал вывод, что наиболее склонны к девиации мезоморфы, хотя они отнюдь не всегда становятся преступниками.

Хотя подобные биологические концепции были популярны в начале XX в., другие концепции их постепенно вытеснили. Были получены данные о том, что некоторые умственные расстройства, особенно шизофрения, могут быть обусловлены генетической предрасположенностью. Кроме того, некоторые биологические особенности могут оказывать влияние на психику личности. Например, если мальчика дразнят за маленький рост, его ответная реакция может быть направлена против общества и выразится в девиантном поведении. Но в таких случаях биологические факторы лишь косвенно способствуют девиации, сочетаясь с социальными или психологическими. Поэтому при любом биологическом анализе девиации необходимо учитывать сложную совокупность многих факторов.

В последнее время биологическое объяснение фокусируется на аномалиях половых хромосом (XY) девианта. В соответствии с нормой женщина обладает двумя хромосомами типа X, в то время как для мужчины характерно наличие одной хромосомы типа X и одной хромосомы типа Y. Но иногда у отдельных людей имеются дополнительные хромосомы типов X или Y (XXY, XYY или, что встречается очень редко, XXXY, XXYY и т. д.). На основе изучения поведения пациентов мужского пола в специализированной психиатрической больнице в Шотландии Прайс и его коллеги (1966, 1967) установили, что наличие дополнительной хромосомы типа Y было свойственно мужчинам выше среднего роста, которые оказались тяжелыми психопатами. В дальнейшем на материале исследования датской преступности Уиткин и его коллеги (1976) обнаружили, что среди мужчин с составом хромосом ХYY наблюдался более высокий уровень правонарушений, чем среди людей, входивших в контрольную группу и не обладавших дополнительными хромосомами. Однако мужчины, имевшие состав хромосом типа XYY, не были выше среднего роста. Кроме того, это исследование подтвердило данные, что среди мужчин с составом хромосом типа XYY, больше осужденных не за убийства, а за преступления, связанные с присвоением чужой собственности. На основе этих данных исследователи выразили сомнение по поводу того, что генетическая предрасположенность к агрессии способствует преступности мужчин с хромосомами типа XYY. Вместе с тем, они обладают значительно более низким интеллектуальным потенциалом (что подтвердили тесты оценки уровня интеллекта).

Хотя эти данные внушают доверие, возникают некоторые трудности, когда мы делаем вывод, что мужчинам, обладающим набором хромосом типа XYY, в большей мере свойственна биологически предопределенная тенденция к криминальному поведению, чем имеющим набор хромосом типа XY. Возможно, иногда необычная, даже пугающая внешность таких мужчин в какой-то мере способствует тому, что их арестовывают и признают виновными чаще, чем людей с заурядной внешностью (Тэйлор, Уолтон и Янг, 1973). Если в самом деле учитывать уровень развития их интеллекта, можно предположить, что обладающих хромосомами XYY легче поймать на месте преступления, но это не означает, что они чаще других совершают преступления.

Психологический подход, так же как и биологические теории, рассмотренные выше, часто применяется к анализу криминального поведения. Мыслители прошлого, которые стремились к психологическому объяснению девиации, подчеркивали важность так называемых общих состояний: «умственных дефектов», «дегенеративности», «слабоумия» и «психопатии». Криминологи старались с помощью научных методов установить связь между названными состояниями и криминальным поведением. Психоаналитики предложили теорию, которая связывала девиантные поступки с психическими отклонениями. Например, Фрейд ввел понятие — «преступники с чувством вины» — речь идет о людях, которые желают, чтобы их поймали и наказали потому, что они чувствуют себя виноватыми из-за своего «влечения к разрушению», они уверены, что тюремное заключение в какой-то мере помогло бы им преодолеть это влечение. (Фрейд, 1916–1957). Что касается сексуальной девиации, то некоторые психологи полагали, что эксгибиционизм, половые извращения и фетишизм обусловлены непреодоленным страхом кастрации. Например, демонстрируя свой половой орган, эксгибиционист, возможно, тем самым убеждался в его сохранности.