Читать онлайн «Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности». Страница 95

Наиболее общие формы смысловой дезинтеграции при психопатиях – это «невключенность своего “ Я ” в смысловые иерархические отношения с социально позитивными и негативными ценностями» (Сафуанов, 1986, с. 18) и дезинтеграция личности и характера: «Психопатические личности в реальной жизнедеятельности не овладевают своим характером, не “снимают” характер личностью, а продолжают “отправлять” свой характер, не сообразуя поведенческие и эмоциональные реакции со всем смысловым разнообразием жизненных ситуаций» (Кудрявцев, Сафуанов, 1984, с. 1822).

Стоит также привести в этом контексте более специальные исследования мотивации преступного поведения психопатических личностей (Гулъдан, 1986; Антонян, Гулъдан, 1991), поскольку в них проанализированы особенности мотивации, непосредственно связанные с заболеванием и выразившиеся в криминальных действиях из-за нарушения нормальной регуляции деятельности. В результате психологического изучения личности преступников с разными формами психопатии и психически здоровых преступников, а также анализа их уголовных дел, было выявлено 5 групп мотивов преступлений, характерных для психопатов, и 2 основных лежащих в их основе механизма: нарушение опосредования потребностей и нарушение их опредмечивания.

В первом случае нарушается влияние на реализацию потребности таких опосредующих факторов как намерение, цель, оценка ситуации, прошлый опыт, прогноз будущих событий и последствий своих действий, самооценка, социальные нормы и т. п. «Опосредованность потребностей, мотивов связана с их иерархическим построением… Нарушение иерархии и опосредованности мотивов означает утрату сложной организации деятельности человека. Деятельность теряет специфическую человеческую характеристику: из опосредованной, произвольной она становится импульсивной. Исчезают дальние мотивы, потребности приобретают характер влечений» (Гульдан, 1986, с. 214). Таким путем формируются аффектогенные, ситуационно-импульсивные и анэтические мотивы преступных действий. Нарушение опредмечивания приводит к формированию мотивов, отчужденных от реальных потребностей, в том числе перверзий. «Основной признак личностной предиспозиции к формированию патологической мотивации – нарушения полимотивированности деятельности, иерархического построения мотивов. Сужение диапазона реально действующих мотивов в силу блокады части из них ведет к изменению их побудительной и смыслообразующей функции. Мономотивы приобретают сверхсильную побуждающую функцию и реализуются в импульсивных и навязчивых действиях» ( Антонян, Гульдан, 1991,

с. 169). По этому механизму формируются мотивы «психопатической самоактуализации», мотивы-суррогаты и суггестивные (внушенные) мотивы.

Неврозы. Наиболее богатый материал, посвященный особенностям смысловой сферы больных неврозами, мы находим в работах Е.Т.Соколовой (1989; 1991; Соколова, Николаева, 1995). Подход Е.Т.Соколовой является принципиально целостным: полем ее исследований выступает преимущественно область самосознания, а ключевой единицей анализа – стиль личности. Стиль определяется как «систематически организованная и относительно стабильная система взаимодействия индивидуальных генерализованных стратегий конструирования субъективно-пристрастной картины мира и образа Я» ( Соколова Е.Т., 1991, с. 14). Формально-динамически личностный стиль характеризуется а) дифференциацией и специализацией психических структур и процессов и б) связями между подсистемами личности, которые обеспечивают интеграцию «образующих» личности в единую систему. «Стиль интенционален, внутренне связан с интимным миром личности, он развивается и отражает уровень развития личности и качественное своеобразие индивидуального пути, способа ее самореализации» ( там же, с. 27). По убеждению Е.Т.Соколовой, невротическое развитие личности связано с изменением целостной структуры самосознания, а не отдельных его аспектов. Е.Т.Соколовой описан ряд защитных стилей, типичных для незрелого самосознания и выявленных у больных различными формами неврозов ( Соколова Е.Т., 1991; Соколова, Николаева, 1995).

Одним из важных следствий взгляда на невротическое развитие личности через призму закономерностей организации смысловых систем явилось объяснение нестабильности самоотношения, присущей больным различными формами неврозов. Подтвержденная экспериментальными исследованиями объяснительная гипотеза (Соколова Е.Т., 1989; 1991) позволила выделить две основные личностные особенности, лежащие в основе этого феномена: внутри-личностный мотивационный конфликт, порождающий конфликтный смысл «Я» и дестабилизирующий самоотношение, и недостаточную дифференцированность смысловых конструктов, вследствие которой дестабилизация легко распространяется от периферических отношений на всю «монолитную» смысловую систему, захватывая ее целиком; возможности компенсации при этом существенно ограничены. «Сцепленность, слитность отдельных смыслов сказывается в том, что даже при незначительных изменениях какого-то одного смысла, одного представления наблюдается дестабилизация и многих других смыслов… Не исключено, что в основе этого феномена лежит незрелость, недостаточная сформированность иерархии смысловых шкал и представления о себе человека с низкой степенью дифференцированности смыслов» (Соколова Е.Т., 1989, с. 92).

В работе Б.В.Зейгарник, А.Б.Холмогоровой и Е.С.Мазур (1989) говорится о нарушениях смысловой регуляции, присущих больным неврозами. В частности, у них «выявилось расхождение между непосредственно переживаемыми смыслами, определяющими реальное поведение, и смыслами, выступающими в качестве осознаваемых. Это расхождение вызвано действием механизмов психологической защиты, которые тормозят процесс рефлексии, приводят к искаженному, неадекватному осознанию реально действующих смысловых образований. В результате происходит нарушение самоконтроля и коррекции поведения» ( Зейгарник, Холмогорова, Мазур, 1989, с. 129). Защитные процессы направлены на устранение из сознания внутрипсихических конфликтов, однако конфликты тем самым отнюдь не разрешаются: устраненные из сознания смыслы продолжают оказывать патогенное влияние, в то время как только их осознание открывает путь к конструктивной саморегуляции и перестройке смыслов.

Кризисные и посттраематические состояния. Смысловой подход оказался весьма продуктивным при анализе процессов дезадаптации и восстановления нарушенной саморегуляции при кризисных и посттравматических состояниях.

В исследовании Е.С.Мазур (1983) изучались больные в реактивном состоянии, перенесшие психическую травму и в большинстве своем обнаруживавшие симптомы депрессии. Сравнение особенностей динамики смысловой сферы двух групп больных – тех, у которых улучшилось состояние и жизнедеятельность восстановилась, и тех, кто оказался неспособен преодолеть критическую ситуацию, – при повторном обследовании через 1,5–2 месяца дало следующие результаты. Выяснилось, что восстановление жизнедеятельности происходит благодаря формированию или восполнению новых смысловых образований, способных задать новую направленность жизнедеятельности. У больных, успешно справляющихся с ситуацией, формируется установка на активное преодоление данной ситуации, развивается активная и осознанная саморегуляция. На первом этапе происходит осознание критической ситуации, в том числе смысловых образований, которые определяли жизнедеятельность до травмы; на втором этапе – переосмысление ситуации и перестройка смысловых отношений; на третьем – возобновление жизнедеятельности с изменением ее направленности. У больных, не сумевших справиться с последствиями кризиса, сохранились нарушения смысловой регуляции. У них не произошла саморегуляция на основе осознанного смыслообразования, сохранилось защитное отношение к травмирующей ситуации, не произошло ее осмысления и переосмысления, формирования новых смысловых ориентиров.

А.Н.Дорожевец (1998) выделил три основных этапа адаптации к различного рода кризисным событиям, первым из которых является поиск смысла события. Потребность в поиске смысла, нахождении ответа на два вопроса – почему произошло это событие и как оно повлияет на мое будущее – характерна практически для всех пострадавших от таких травм как онкологическое заболевание, перенесенный инфаркт миокарда, изнасилование, дорожно-транспортное происшествие. Свои теории происшедшего имеют 98 % пострадавших, в то время как для их ближайших родственников эта цифра снижается до 40 %. Поиск смысла важен для успешной адаптации к кризисному событию, причем важен прежде всего процесс поиска смысла, а не конкретное содержание найденного смысла. Согласно А.Н.Дорожевцу, этот поиск имеет две основные функции: поиск новых установок по отношению к жизни и достижение чувства контроля над ситуацией, которое определяет второй этап адаптации. Третьим этапом выступает восстановление снизившейся после кризиса самооценки.