Читать онлайн «Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности». Страница 88

Психометрический подход к изучению смысловой регуляции. Психометрика смысловой сферы – словосочетание почти парадоксальное. Вместе с тем в предыдущем разделе мы описали методику Дж. Крамбо и Л.Махолика, направленную на психометрическую диагностику количественной меры наполненности жизни смыслом. Наряду с ней, Дж. Крамбо разработал еще одну методику – шкалу поиска смысложизненных целей (Seeking of Noetic Goals Test – SONG), которую он рассматривал как дополнительную шкалу к методике «Цели в жизни» (PIL). По замыслу автора, методика должна измерять силу мотивационной тенденции к поиску смысла жизни ( Crumbaugh , 1977). Автором методики было собрано большое количество данных на различных группах психически здоровых людей и пациентов клинических учреждений. Общие результаты подтверждают предположение о том, что результаты «аномальных» групп значимо выше результатов здоровых людей и что результаты по шкале поиска смысложизненных целей отрицательно коррелируют с результатами по тесту осмысленности жизни, причем в группах здоровых испытуемых эта отрицательная корреляция существенно более выражена. Дж. Крамбо объясняет это различие за счет того, что низкий уровень осмысленности жизни должен иметь следствием высокую мотивацию к поиску смысложизненных целей. У здоровых испытуемых дело обстоит именно так, а в клинических группах эта мотивация снижается за счет разнообразных патогенных влияний, снижая тем самым и величину коэффициента отрицательной корреляции с осмысленностью жизни ( Crumbaugh , 1977, с. 903–904). Дополнительным подтверждением валидности шкалы является факт заметного снижения результатов по шкале у алкоголиков, прошедших курс логотерапии, в то время как в контрольной группе алкоголиков, лечение которых отличалось только отсутствием логотерапевтических процедур, наблюдалась скорее обратная тенденция. Эти результаты объясняются предположением о повышении осмысленности жизни пациентов в результате логотерапии, что и повлекло за собой снижение мотивации поиска смысложизненных целей.

Мы разработали и адаптировали русскоязычную версию обеих методик. Русскоязычная версия методики «Цели в жизни», которую мы вначале назвали «Тест осмысленности жизни», а затем, после выявления ее внутренней факторной структуры, «Тест смысложизненных ориентаций» или, сокращенно, СЖО (Леонтьев Д.А., 1992 б; Леонтьев, Калашников, Калашникова, 1993) оказалась и весьма надежной психометрически, и весьма богатой в содержательном отношении. Психометрические характеристики шкалы поиска смысложизненных целей, напротив, оказались неудовлетворительны, и нам пришлось отказаться от использования этой методики.

Надежность методик проверялась с помощью ретестирования с интервалом в 2 недели (испытуемые – 76 студентов МГУ). Результаты по тесту осмысленности жизни оказались устойчивы при р<0,05 в отличие от шкалы поиска смысложизненных целей, воспроизводимость результатов которой оказалась неудовлетворительной. Еще одним показателем надежности теста осмысленности жизни явилась близкая к нулю корреляция теста осмысленности жизни со шкалой «лжи» Методики многостороннего исследования личности. Сравнение результатов нормальной контрольной выборки (студенты различных вузов г. Москвы) с результатами госпитализированных алкоголиков I и II степени и наркоманов дало результаты, хорошо согласующиеся с описанными выше результатами Дж. Крамбо. Внутри групп при этом наблюдаются следующие тенденции, не достигающие критериев статистической достоверности. Алкоголики I стадии по результатам обеих методик находятся ближе к норме, чем алкоголики II стадии. В контрольной выборке у мужчин результаты по обеим методикам выше, чем у женщин, а у студентов-психологов выше, чем у студентов других специальностей.

Ряд интересных результатов, относящихся к тесту осмысленности жизни, был получен в выполненной под нашим руководством дипломной работе М.В.Снетковой (1988). В этом исследовании участвовали три группы испытуемых: студенты различных вузов г. Москвы (п=39), больные неврозом, находящиеся на амбулаторном лечении во Всесоюзном научном центре психического здоровья АМН СССР (п=17) и студенты факультета психологии МГУ (п=23), подвергавшиеся обследованию дважды с интервалом 12–14 месяцев. Парадоксальным образом у невротиков были выявлены наиболее высокие показатели по тесту осмысленности жизни; результаты студентов-психологов были значительно выше, чем у непсихологов (р<0,01), и при ретестировании значимо возросли (р<0,05).

Некоторый свет на эти результаты проливает структура корреляционных связей осмысленности жизни с другими личностными переменными. В основной выборке студентов-непсихологов осмысленность жизни коррелирует с большим числом других переменных, в том числе с тремя основными шкалами опросника уровня субъективного контроля (УСК) (Бажин, Голынкина, Эткинд, 1993) – общей интернальности, интернальности по отношению к достижениям и интернальности по отношению к неудачам; с целым рядом шкал теста личностных ориентаций Э.Шострома в адаптации Л.Я.Гозмана и М.В.Кроза (Гозман, Кроз, 1987) – со шкалой внутренней опоры, самоуважения, взгляда на природу человека и синергичности, а также со шкалой самоуверенности методики исследования самоотношения (МИС) С.Р.Пантилеева и В.В.Столина (Пантилеев, 1993) и со шкалами «С» и «Е» 16-факторного личностного опросника Р.Кеттела. В группе больных неврозом число значимых корреляций теста осмысленности жизни оказалось заметно меньше даже с учетом того, что на них не проводились МИС и 16ЛФ. Их было всего 3: с интернальностью по отношению к неудачам опросника УСК и со шкалами самоуважения и креативности теста личностных ориентаций. Все названные корреляции положительны, наиболее высокие в основной выборке – с общей интернальностью и интернальностью в области достижений, в группе невротиков – с самоуважением и креативностью. Наконец, в группе студентов-психологов, где использовался тот же набор методик, что и в исследовании невротиков, ни одной значимой корреляции осмысленности жизни с другими личностными переменными обнаружено не было. Вряд ли можно сразу найти этим результатам однозначное истолкование; по меньшей мере они заставляют задуматься о разнообразии психологических механизмов, придающих жизни людей цельность, осмысленность и упорядоченность.

В другом исследовании (Леонтьев Д.А., Калашников, Калашникова, 1993) было выявлено, что разработанная нами русскоязычная версия методики Дж. Крамбо и Л.Махолика не только хорошо служит для измерения общего уровня осмысленности жизни, как и ее англоязычный прототип, но имеет также четкую и хорошо интерпретируемую факторную структуру.

В исследовании приняли участие 77 человек – московских ИТР, мужчин и женщин в возрасте от 23 до 36 лет. У 95 % испытуемых было высшее образование. В процессе факторного анализа полученных результатов было выделено 6 факторов, на которые пришлось 64,6 % дисперсии.

В качестве критерия уровня значимости был использован факторный вес 0,40. С учетом этого критерия пункты опросника объединились в факторы следующим образом (некоторые пункты вошли в несколько факторов):

1 фактор – 6 пунктов, которые можно объединить общим наименованием «цели в жизни», то есть наличие жизненных целей, призвания, намерений в жизни.

2 фактор – 2 довольно разных пункта, которые чисто условно

можно объединить общим названием «верность ложному пути» (ответственность за выполнение возложенных обязанностей даже при наличии внутреннего протеста).

3 фактор – 6 пунктов под общим названием «интерес и эмоциональная насыщенность жизни.

4 фактор – 5 пунктов. Общее название «удовлетворенность самореализацией» (выражает ощущение успешности осуществления самого себя в жизни и повседневной деятельности).

5 фактор – 4 пункта. Общее название «Я – хозяин жизни» (выражает ощущение человеком его способности влиять на ход собственной жизни).

6 фактор – 5 пунктов. Общее название «управляемость жизни» (выражает уверенность в принципиальной возможности самостоятельного осуществления жизненного выбора).

Таким образом, несмотря на малый объем опросника (20 пунктов), при факторном анализе выделились шесть факторов, пять из которых (за исключением второго) хорошо интерпретируются, включают с весом не менее 0,40 от 4 до 6 пунктов каждый, и значимо (р<0,01) коррелируют с общим показателем осмысленности жизни. Результаты, полученные при факторизации, позволяют утверждать, что осмысленность жизни личности не является внутренне однородной структурой. Полученные факторы (за исключением второго) можно рассматривать как составляющие смысла жизни личности. При этом они разбиваются на две группы. В первую входят собственно смысложизненные ориентации: цели в жизни, насыщенность жизни и удовлетворенность самореализацией. Нетрудно увидеть, что эти три категории соотносятся с целью (будущим), процессом (настоящим) и результатом (прошлым). Как явствует из приведенных данных, человек может черпать смысл своей жизни либо в одном, либо в другом, либо в третьем (или во всех трех составляющих жизни). Это лишний раз подтверждает правоту В.Франкла, отмечавшего, что смысл всегда может быть найден, и закладывает основу для теоретической и эмпирической типологии смыслов жизни. Два оставшихся фактора характеризуют внутренний локус контроля, с которым, согласно приведенным выше данным, осмысленность жизни тесно связана, причем один из них характеризует общее мировоззренческое убеждение в том, что контроль возможен, а второй отражает веру в собственную способность осуществлять такой контроль (образ Я). Результаты факторного анализа позволили преобразовать методику в многомерный тест смысложизненных ориентаций, содержащий, наряду с общим показателем осмысленности жизни, пять упомянутых субшкал.