Читать онлайн «Как разговаривать с собакой». Страница 77

Если мы посмотрим на развитие коммуникации волков и подобных им собак, то увидим последовательность появления определенных сигналов. Очень молодые щенки беспомощны и зависимы, поэтому большинство их сигналов относится к просьбам о заботе, к демонстрации покорного, уступающего и умиротворяющего поведения всем окружающим взрослым. Исходя из этого, щенок скорее оближет пасть взрослого или низко присядет, или отведет взгляд. Когда собака становится старше, в ее словаре начинают появляться сигналы социального доминирования. Взрослая собака чаще демонстрирует угрозу, прямой взгляд, рычание или стойку перед другой собакой. То есть вы должны быть готовы к появлению таких сигналов по мере взросления собаки. Более простые сигналы покорности проявляются в раннем возрасте, а доминирующие и более сложные сигналы покорности развиваются позже, когда животное становится взрослым. Если мы называем взрослый язык волчьим, а язык молодых особей — щенячьим, то можно сделать вывод, что говорящий на волчьем в состоянии понять щенячий, потому что он говорил на нем, когда был моложе. Особь, говорящая только по-щенячьи, находится в невыгодном положении, так как, возможно, еще не знает всех понятий волчьего языка. Это проблема, которая может возникнуть между домашними собаками и дикими волками. Собаки говорят на щенячьем языке. Они могут немного понимать на волчьем, но их словарь ограничен, потому что неотения остановила их прежде, чем они достигли полного набора взрослых коммуникативных способностей. Это, как известно, сделало трудной коммуникацию между домашними собаками и волками. В одном исследовании аляскинские маламуты росли вместе с волками, и все равно часто они были не в состоянии правильно прочитать социальные сигналы своих дальних родственников.

Теперь давайте все немного усложним. Домашние собаки показывают разную степень неотении. Вероятно, лучший индикатор того, в какой степени у собак данной породы развита неотения, — то, насколько люди находят их внешность похожей на волчью. Собаки, которые сильно похожи на волков, например немецкие овчарки и сибирские хаски, не только имеют больше физических особенностей взрослой собаки, но и проявляют меньше признаков неотении в своем поведении. Наоборот, собаки, которые больше походят на щенков (кавалер-кинг-чарльз-спаниель или французский бульдог) имеют не только больше щенячьих физических особенностей, но и демонстрируют в поведении больше признаков неотении.

Сделаем всего один шаг от этих наблюдений, чтобы заключить, что различные породы собак могут развить различные диалекты, или версии собачьего языка. Собаки, самые близкие к взрослым волкам с их особенностями, вероятно, будут использовать много элементов волчьего языка, в то время как собаки с большей степенью неотении могут быть относительно несведущими в волчьем языке и говорить только на щенячьей версии собачьего языка. Дебора Гудвин, Джон Брэдшоу и Стивен Виккенс, ученые из Института антропозоологии при Университете Саутгемптона в Великобритании [2], изучили десять различных пород собак, которые они расположили в ряд в соответствии со степенью их похожести на волка — от наиболее подобного щенку до более похожего на взрослого волка. Вот их список:

1. Кавалер-кинг-чарльз-спаниель

2. Норфолктерьер

3. Французский бульдог

4. Шелти

5. Кокер-спаниель

6. Мюнстерлендер

7. Лабрадор

8. Немецкая овчарка

9. Золотистый ретривер

10. Сибирская хаски

Исследователи рассмотрели пятнадцать различных сигналов доминирования и покорности. То, что они обнаружили, было вполне совместимо с понятием неотении в отношении не только формы тела, но и языка собаки. Наименее подобные волку собаки — кавалер-кинг-чарльз-спаниели — имели наиболее ограниченный социальный словарь, последовательно показывая только два значимых сигнала из пятнадцати. Эти два сигнала были также самыми ранневозрастными — в естественной среде обитания волки показывают их в трех-четырехнедельном возрасте. Кажется, будто социальный словарь этой породы остановился на щенячьем уровне. Сибирская хаски, однако, владеет полным набором проверенных социальных сигналов коммуникации, имея, таким образом, поведенческий словарь, подобный словарю взрослого волка. Что касается пород, находящихся между этими двумя крайностями, то, чем больше они похожи на волка, тем большее число социальных сигналов используют и тем более старшему возрасту соответствуют используемые ими жесты.

Важно отметить, что это исследование говорит лишь о коммуникации собак, а не об их характере. Эти результаты не означают, что сибирская хаски, золотистый ретривер или немецкая овчарка более агрессивны, чем другие породы. Они означают лишь, что у этих пород меньше развита неотения и они могут использовать более обширный словарь сигналов и жестов для социального общения с другими собаками. Они имеют не только больший арсенал агрессивных сигналов, но и широкий диапазон умиротворяющих движений. При том, что, как вы помните, одна из целей собачьей коммуникации — прочные отношения между членами стаи и уход от физических конфликтов, где обе стороны могут быть ранены, эти более близкие к волку собаки располагают более широким диапазоном ответных сигналов и, вероятно, самой выраженной способностью тонко «побеседовать» о социальном статусе. В конечном счете это приводит к возможности избежать прямого конфликта. Те породы, которые говорят на щенячьем диалекте, неизбежно оперируют более ограниченным словарем и, как правило, имеют целый арсенал покорных, а не агрессивных сигналов. Они могут также меньше знать о сигналах, которые подают другие собаки, чтобы продемонстрировать социальные амбиции, утверждение своего положения или даже чтобы сдаться доминирующей собаке.

Один очевидный эффект таких языковых различий — то, что между собаками, говорящими на разных диалектах, могут возникать недоразумения. Животные, более похожие на щенка, чей диалект не сосредоточен на сигналах доминирования, могут пропустить важные сигналы. Животное с меньшими языковыми знаниями может случайно спровоцировать физическое нападение, или конфликт может быть продолжен после демонстрации сдачи позиций, потому что собака, которая говорит на волчьем диалекте, пыталась специфическим сигналом указать, что сдается, но противник не ответил и становился все более агрессивным.

Давайте рассмотрим аналогичный случай, который был описан нобелевским лауреатом Джоном Стейнбеком, автором таких классических романов, как «Гроздья гнева», «К востоку от рая» и «Мыши и люди». Стейнбек любил собак и в одной из своих книг — «Путешествие с Чарли в поисках Америки» — описал поездку длиной почти в год, в которую он взял своего черного пуделя Чарли в качестве единственного спутника. Случай, о котором идет речь, произошел с другой собакой, которая была у Стейнбека раньше, — с эрдельтерьером. Если принять во внимание только внешний вид эрдельтерьера, то он отнюдь не кажется похожим на волка. Стейнбек рассказывает, как возник территориальный спор между его собакой и другим псом. Тот пес казался больше похожим на волка, судя по его внешности, и автор описывает его как «помесь койота, овчарки и сеттера». Каждый раз, когда эрдельтерьер проходил мимо территории этой «оригинальной» собаки, между ними вспыхивала борьба. Стейнбек пишет: «Каждую неделю мой пес боролся с этим ужасным существом, и каждую неделю он был унижен».