Читать онлайн «Капиталократия и глобальный империализм». Страница 47

1 мая, Австрия. Организованы массовые демонстрации противников глобализации. Интересно, что манифестанты несли красные флаги и транспоранты с лозунгами «Бесплатное образование», «Отстоим справедливость во всем мире», «За потребности людей против жадности корпораций».

1 мая, Великобритания. Мощные демонстрации антиглобалистов. Манифестанты расписали стены домов антикапиталистскими лозунгами. В Лондоне в центральной части города против 5000 демонстрантов было задействовано 6000 полицейских, а еще 4000 человек в форме находились в резерве. По оценкам журналистов, это рекорд для Скотланд-Ярда. Я воспользовался данными в «Хронике борьбы» («колонке» в газете «Завтра» за май 2001 г.).

Данная хроника антиглобалистского сопротивления только за 4 месяца 2001 года (январь – апрель) дополняет выводы 11-и Докладов ООН по развитию человека и подтверждают их.

Капитализм в своей новой глобальной форме с «мировой финансовой капиталократией», стремящейся установить мировое господство и реализовать мондиалистские стратегии, «вползает» в XXI веке в новую фазу своего кризиса, теперь уже глобального, в котором противоречие между трудом и капиталом трансформируется в противоречие между «мировым трудом» и «мировым капиталом». Формой его обострения и служит антиглобалистское движение в мире. Это есть новая форма самоотрицания капитализма.

В Мексике Маркос организовал вооруженную партизанскую борьбу против капиталистического глобализма [А. Цветков, 2001, с. 4]. В разосланных более или менее известным людям публичных заявлениях Маркос от имени своего партизанского движения приговорил «к смерти империю ТНК, утверждая, что новая мировая война будет гражданской, линия фронта ляжет между разбуженным населением и транснациональной буржуазией, на стороне которой останутся медиа и силовые структуры…» [А. Цветков, 2001, с. 4]. В апреле 2001 года Маркос, демонстрируя силу и решимость, возглавил мирный «поход в Мехико». К этому маршу лично присоединились режиссер Оливер Стоун, нобелевский лауреат Хосе Самаранго, вдова президента Миттерана, ведущий левый теоретик Франции Режи Дебре, редактор «Монд Дипломатик» Игнасио Рамоне, несколько модных писателей и «красных» депутатов Европарламента. В такой компании Маркос собрал в Мехико на митинг 300 тысяч человек и заявил, что не намерен складывать оружия и довольствоваться предлагаемыми ему компромиссами. «С чем и отбыл обратно в Чиапас, к зависти и ужасу официальных властей» [А. Цветков, 2001, с. 4].

Маркос – это новое явление, которое отражает, в моей оценке, накат новой, второй волны Глобальной Социалистической Цивилизационной Революции.

Глобализация капитализма через монетаризацию денег и капитала и создание системы их свободного перемещения оборачивается глобализацией сопротивления капитализму в мире. Ноосферное движение, вернадскианская революция в своем антикапиталистическом измерении становятся в центре Глобальной Антикапиталистической Революции, под знаком которой начинается XXI век.

Интересна и показательна в этом плане поэзия Маркоса:

(выдел. мною, С. А.) [А. Цветков, 2001, с.4].

«Тьма, ползущая из глаз жалкого черепа смерти», оказывается той «тьмой», которую олицетворяет «капитал власть имущих», т. е. капиталократия, которую олицетворяют деньги в «несгораемых сейфах и надежных счетах». Стихи Маркоса, написанные в духе народного поэтического фольклора индейцев (майя) Мексики, оказываются глубоко проницательными. Таким образом, мы явно наблюдаем тенденцию определенного самоосознания исторического самоотрицания капитализма как определенной социально-экономической формы Бытия человечества, в которой капитал властвует над трудом и над «природой» и которые он в погоне за прибылью уничтожает. Первая фаза Глобальной Экологической Катастрофы – предвестник возможной капиталистической гибели человечества в XXI веке. В этом случае самоотрицание капитализма заканчивается отрицанием Бытия человечества через его экологическую гибель, детерминированную рыночно-капиталистической формой мирохозяйствования. В данной интенции проявляется антиноосферная несостоятельность капитализма.

Капиталократия – категория, введенная мною пять лет назад и получившая теоретическое развертывание в монографии «Капиталократия» [А. И. Субетто, 2000].

Капиталократия – это важнейшая форма «онтологии капитала». Она появляется и развивается в Истории вместе с появлением денег и капитала. Наиболее ярко капиталократия уже была представлена в иудаизме как своеобразной, а именно теократической, форме капиталократии. Иудаизм есть одна из первых, а может быть первая религиозная система, в которой реализовано единство теократии (власти священнослужителей) и капиталократии (власти капитала). Использование кредита, процента, выдачи денег в долг, т. е. ростовщичество, рассматривались священными книгами иудаизма (например, «Мишна») как инструментарий для реализации господства иудеев как богоизбранного народа над другими народами. На это в своей категориальной логике указывается уже в статье Маркса «К еврейскому вопросу», продолжившего критику иудейства Л. Фейербаха, который видел в иудаизме «религию эгоизма». «Какова мирская основа еврейства?» – вопрошает Маркс. – И отвечает: практическая потребность, своекорыстие. Каков мирской культ еврея: Торгашество. Каков его мирской бог: Деньги. «Но в таком случае эмансипация (освобождение, С. А.) от торгашества и денег – следовательно, от практического, реального еврейства – была бы самоэмансипацией нашего времени. Организация общества, которая бы упразднила бы предпосылки торгашества, а, следовательно, и возможность торгашества, – такая организация общества сделала бы еврея невозможным». [Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд., т.1, с. 408, (выдел. мною, С. А.)] [Меринг Ф., 1957, с. 100].

Интересно в этом плане признание Б. Березовского, спекулятивного олигарха «эпохи ельцинизма», еврея по национальности, который в советское время был преуспевающим ученым, занимался прикладной математикой, но не занимался торговлей, не был капиталистом и, следовательно, не был «евреем» в марксовом смысле, т. е. не олицетворял собой торгашество и ростовщичество, поскольку в социалистической системе им не было «легального» места. Но наступила другая эпоха – эпоха капиталистчисекого реванша в России и «еврей – спекулянт, торгаш, капиталист» в Березовском «проснулся». По свидетельству П. Хлебникова в бизнес Березовского, якобы по его признанию, толкнул отнюдь не материальный стимул. «Я для бизнеса больше приспособлен генетически, чем для науки. То есть я был очень счастлив, когда занимался наукой, но наука менее динамична, чем бизнес» [П. Хлебников, 2001, с. 55] (выдел. мною, С. А.). В последней фразе, правда, Борис Березовский лукавит. Увлекло его в фискальные операции и приватизацию крупных капиталов не «динамичность», а возможность финансовой капиталовласти, поскольку по Соросу, большие деньги управляют историей.

Капиталократия есть власть капитала с развивающимися механизмами этой власти (банки, кредит, процент, ростовщичество, подкуп, коррупция, включая и подчинение капиталу систем насилия – армии, полиции, «института права», информационной власти и т. д.) [А. И. Субетто, 2000, с. 12]. Каптал есть не только средства производства, или финансы, деньги (финансовый капитал), но он есть своеобразная «социальная машина», которую я назвал «Капитал – Мегамашиной» или «Социальной Капитал –  Мегамашиной», в которой сами «капиталисты», т. е. владельцы капитала и их менеджеры, становятся «отчужденной силой», подчиненной механистической, отчужденной силе Капитала, закону его самовозрастания. В «Капиталократии» я по этому поводу замечал: «Капитал всегда имеет персонализированный облик. Владельцы капитала (кто им владеет и управляет) предстают как «отчужденные личности», «слитые» с капиталом, которым они владеют и управляют. Это не просто «экономический человек» в интерпретации западной экономической мысли, т. е. человек максимизирующий свою выгоду, а «капиталоробот» или «капиталокиборг», представляющий собой полностью ассимилированного капиталом человека, который перестает быть им (человеком, С. А.), а олицетворенным капиталом. Капитал осуществляет «расчеловечивание человека», одновременно капитализируя его, начиная с «владельцев капитала» [А. И. Субетто, 2000, с. 12].