Читать онлайн «Капиталократия и глобальный империализм». Страница 185

«Глобализация» есть идеологема глобального империализма, которое несет в себе один смысл – неоэкономическая колонизация стран мира, контроль мировой капиталократии над всеми ресурсами мира, в том числе и ресурсами России.

Поэтому глобальный империализм есть препятствие на пути устойчивого развития человечества в XXI веке и выхода из первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы. Он грозит стать «могильщиком» человечества на Земле уже к середине XXI века, если человечество не «сбросит его» как препятствие на пути к экологическому выживанию.

Сама идеология глобального империализма – пост-модерн, философия свободного рынка и открытого общества, призванные уничтожить разнообразие культур, цивилизаций, этносов, превратить людей в «неокочевников» мирового «строя Денег» (по Жаку Аттали) есть утопия, противоречат закону разнообразия как закону прогрессивной эволюции в мире природы и в социальном мире человечества.

Мы утверждаем, рыночно-капиталистическая экономика в XXI веке стала эколого-утопической в том смысле, что она несовместима с природной эволюцией. Поэтому и наука, обслуживающая этот экономический строй, также стала эколого-утопической.

Мы утверждаем, перед человечеством снова поставлена проблема – проблема перехода человечества к социализму, но социализму экологическому, духовному ноосферному.

Мы утверждаем, что перед Россией и человечеством имеется один путь устойчивого развития, один путь выхода из экологического тупика истории – Ноосферный Социализм или Ноосферизм.

Наука СССР – России в ХХ веке благодаря гению В. И. Вернадского предложила миру учение о ноосфере, активно развиваемое рядом современных ученых: Н.Н.Моисеевым, В.П.Казначеевым, А.Д.Урсулом, А.П.Федотовым и др., в том числе и автором. Мною предложено понятие «Ноосферизм», чтобы выделить этот новый синтез социалистического и ноосферного императивов, и который обозначает управляемую социоприродную эволюцию на базе общественного интеллекта и образовательного общества.

В советской экономической науке накоплен опыт теоретического исследования проблем развития советской социалистической экономики за ХХ век. Как же мы забыли его? Как можно отрицать тот бесценный опыт, который остался в нашей прошлой истории и который необходим для будущего? Почему мы его выбросили из учебников?

Не пора ли отечественной экономической науке ясно ответить на те вопросы, которые ставит современный этап развития России и человечества?

Что это за понятие «рыночная экономика»? В Китае – планово-рыночная социалистическая экономика, в Японии – планово-рыночная капиталистическая экономика, в США, если брать во внимание оценки Дж. Гэлбрейта,  – тоже планово-рыночная капиталистическая экономика, с большим объемом рыночных отношений, чем в Японии, но и с большим объемом потребления мировых ресурсов (около 40 %). Можно утверждать: в чистом виде «рыночной экономики» не существует. Это «понятие-фетиш», призванное закамуфлировать противостояние капитализма и социализма, которое так не хочется замечать отечественным эпигонам глобального империализма.

Из изложенного следует, что в России устанавливается колониальная ресурсодобывающая экономика («нефте-экономика» по В. Попову ), предназначенная для поставки ресурсов для мировой капиталократии и самоуничтожающаяся за пределами этой «функции». Она устанавливается по стратегии войны глобального империализма против России. Перед Россией снова встает задача вернуть себе независимость, вернуть воспроизводственную самодостаточность. И экономическая наука должна помочь обществу решить эту задачу, начав говорить правду.

Положение четвертое. Оно касается ключевых категорий, так активно эксплуатируемых в современном экономическом мышлении, – рынка и конкуренции.

«Свободный рынок» как некая самоорганизующаяся система «с невидимой рукой Адама Смита » есть научный блеф с момента появления этой категории. «Свободный рынок» никогда не был и не может быть свободным, потому что он не обладает равновесными свойствами и устойчивостью, он неустойчив и свертывается, потому что в его пространстве действует не только закон конкуренции, но и закон кооперации, переводящий кооперацию бывших конкурентов в монополию. Н.Винер еще в 60-х годах ХХ века с позиций кибернетики доказал, что рынок не обладает самоорганизующей силой, более того, он разрушает не только природу, но и сам социальный организм общества, уничтожает человека.

Дж. Сорос вынужден был признать, что теория совершенной конкуренции есть блеф, и то, что «фирмы создаются как раз для максимизации прибыли», приводит к тому, что идет потеря традиционных ценностей, социальные ценности отбрасываются, увеличивается неустойчивость экономического развития и множатся экологические проблемы. Не является ли экономическая деградация России в пространстве «неолиберальных реформ» подтверждением оценок Дж. Сороса? Является.

Экология и рынок, частная собственность – вещи несовместные. Но мало, кто из экологов и экономистов признает этот факт. Боятся взглянуть правде в глаза. Отдадим должное Б.Коммонеру, который в начале 70-х годов ХХ века в книге «Замыкающийся круг» признал, что технологии на базе частной собственности уничтожают самое главное богатство человечества – экосистемы. И продолжают уничтожать. Экологическая «петля» на теле капиталистического хозяйствования затягивается все туже.

Мною показано, что в любой прогрессивной эволюции действует закономерность сдвига от закона конкуренции и механизма отбора к закону кооперации и механизму общественного интеллекта. Это касается и социальной, и экономической эволюции. А это означает, что идет процесс вытеснения рыночных отношений кооперационными и плановыми, что идет процесс перехода от стихийной детерминации на основе рынка и частной собственности к идеальной детерминации на основе общественного интеллекта и общественно-государственной (кооперативной) собственности. Вырождение рыночных отношений и феномена частной собственности теоретически показывает пермский политэконом В.В.Орлов и его ученики.

При этом надо помнить мысль-положение, высказанное в «Манифесте Коммунистической партии» К.Марксом и Ф.Энгельсом с 1848 году: «Капитал – это коллективный продукт и может быть приведен в движение лишь совместной деятельностью многих членов общества, а, в конечном счете – только совместной деятельностью всех членов общества. Итак, капитал – не личная, общественная сила. Следовательно, если капитан будет превращен в коллективную, всем членам общества принадлежащую собственность, то это не будет превращением личной собственности в общественную. Изменится лишь общественный характер собственности. Она потеряет классовый характер».

Человечество и Россия подведены самой логикой социоприродной эволюции к эпохе ноосферной – социалистической трансформации, но уже в логике императива их экологической выживаемости в XXI веке: или капиталократия и экологическая смерть, или ноосферный социализм с доминированием закона кооперации, планирования и общественного капитала, подчиненного власти труда.

Положение 5. Одной из важнейших идеологем, которая используются в стратегии империалистической глобализации, в том числе «глобализации» России, являются категория «открытости» и на ее основе понятия «открытого общества» и «открытой экономики», которые должны обеспечить единую глобальную экономику и «осчастливить» человечество, т. е. превратить его в «колониальное тело» глобального империализма. Эти понятия стали основой целых серий экономических работ и отечественных учебников, вошли в идеологию экономического неолиберализма, в идеологию всех «реформ» последнего 15-летия. Понятие «открытости» экономики и общества – понятие-фетиш, фактически формирующий иллюзорные представления о мире или превращенную форму экономической мысли.

С позиций теории систем нет полностью открытых или закрытых систем. Они обладают разной степенью открытости-закрытости с точки зрения обмена с окружающей средой – обмена вещного, информационного, энергетического. И на его основе для экономических систем – обмена денежного, товарного, технологического. Чем выше целостность системы, чем ближе внутренняя система управления к уровню гомеостатических механизмов, т. е. таких механизмов, которые поддерживают параметры внутренней среды в заданных пределах (а это и есть «здоровье системы») независимо от внешней среды, тем больше закрытость системы.