Читать онлайн «Капиталократия и глобальный империализм». Страница 148

Онтологическая правда состоит в том, что труд и только труд является основой экономического развития и всей свершающейся человеческой истории, труд и только труд находится в основе воспроизводства капитала, движителем его движения, труд и только труд лежит в основе очеловечивания человека, его творчества и созидания, возможности жить и продолжать жизнь, труд и только труд придает смысл жизни человека и лежит в основе его духовности, нравственности и культуры.

В.Г.Комаров замечает: «К.Маркс и Ф.Энгельс в «Немецкой идеологии» писали: «…люди должны иметь возможность жить, чтобы быть в состоянии «делать историю». Но для жизни нужны, прежде всего, пища и питье, жилища, одежда и кое-что еще. Итак, первый исторический акт – это производство средств, необходимых для удовлетворения этих потребностей, производство самой материальной жизни. При этом такое историческое дело, такое основное условие всякой истории, которое (ныне так же, как и тысячи лет назад) должно выполняться ежедневно и ежечасно…» [50, с.26]. Как без предвзятости это могло быть оспорено в теории?  – спрашивает В.Г.Комаров. – Разумны ли и оправданы ли общественные устройства, возводящие в ранг элиты «делателей», весьма косвенно связанных с производством материальных средств общественной жизни, а нередко и прямо занятых их разрушением, разграблением и присвоением?» [48, с.113].

В.Я.Ельмеев замечает по этому поводу: «Преувеличение роли капитала по сравнению с его источником – трудом – давно известное занятие защитников капитала» [23, с.132].

Он общие основы политической экономии представил под названием «социальной экономии труда» [26]. И это справедливо, потому что будущее человечество связано с обществом Труда на базе общественной собственности на средства производства. Освобождение человека и высвобождение Труда из под гнета эксплуатации его Капиталом являются единым процессом. И это процесс есть одновременно процессом освобождения от товарнорыночного фетишизма, который поставил человека в начале XXI века на грань экологической гибели, от кажимостей, онтологической лжи, рождаемых этим фетишизмом.

Онтологическая ложь бытия «общества Капитала», капиталократии, онтологическая ложь «истории Капитала», направленной на отрицание истинной истории человека, сопровождается текущей ложью как практикой капиталистической экономики – ложью, рождающей преступления капитализма против человека, жизни на Земле. В.Овчинский в «Криминологии кризиса» замечает: «Мотивами подавляющего большинства преступлений на планете являются алчность и ложь. Именно на алчность и ложь как главные причины глобального кризиса указали в канун Нового 2009 года и в рождественские праздники лидеры мировых конфессий…Местоблюститель Патриаршего Престола митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл сказал, что кризис – это суд Божий над человеческой неправдой, над алчностью, непомерным желанием иметь как можно больше, потерей контроля над своим потреблением, суд над стремлением богатеть любыми средствами, забывая подлинные ценности и идеи» [72].

Первая фаза Глобальной Экологической Катастрофа и есть такой «непредвидимый итог взаимной корреляции стохастических факторов вселенского космо-био-антропо-социо-ноосферогенеза», о котором пишет В.Г.Комаров, продукт, проявивший онтологическую ложь капитализма, онтологическую ложь рыночно-капиталистической истории. Наступивший в начале XXI века кризис глобальной экономики капитализма высветил ложь его внутренней логики развития, связанной с его антитрудовой направленностью.

Одновременно эти оба кризиса обнажили «правду истории», которая и проявляется в императиве перехода к новым, ноосферно-социалистическим основаниям бытия человечества.

Псевдоправда капитализма, его истории, которая есть не более, «чем объективная материальная кажимость, заимствующая чужую сущность – сущность правды истории, развенчивается самой логикой истории », поставившей тест перед человеком – экологический тест. Для этого человеку, его Разуму «надо сделать честное усилие освободиться от предвзятостей как группового, коллективного, классового и т. п., так и индивидуального порядка с целью найти некий «угол зрения», «методологическую позицию», такое «расположение разума», которое бы обеспечивало наименее искаженное (наименее замутненное кажимостями) и наиболее адекватное видение процессов космо-био-антропо-социо-ноосферогенеза» [48, с.147].

Это в свою очередь требует «перейти последний «непереходимый предел» товарно-фетишистского рыночного мышления» [48, с.168], сбросить «свою буржуазную кожу» (К.Маркс [49, с.552]), но на что не способна классическая политическая экономия (на этот факт обратил свое внимание еще в XIX веке Карл Маркс ).

Поэтому вопрос стоит в начале XXI века с еще большей остротой о теоретической экономии, переходящей этот предел товарнофетишистского рыночного мышления на основе решения внешних императивов, диктуемых логикой становления Ноосферизма или ноосферного социализма, как формы спасения человечества от неминуемой экологической гибели в середине XXI века, если оно будет пребывать в плену онтологической лжи рыночно-капиталистической истории.

Внутренние вызовы, которые обращены к экономическому (теоретическому) разуму человечества, то бишь к разуму экономической науки, если она сохраняет свою статусность науки, отражают:

• проблему внутреннего отрицания капитализма;

• проблему несамодостаточности капиталистического воспроизводства внутри страны;

• оценку капитализма в начале XXI века как глобального империализма;

• осознание взаимосвязи «пирамид» капиталократии, отчуждения капитала, денег и рынка;

• осознание капиталорационализации и превращения воспроизводства капитала, охватывающего общество, в Капитал-Мегамашину;

• осмысление диалектики плана и рынка в экономическом развитии в XXI веке, тенденции сдвига от доминанты рынка и закона конкуренции к доминанте плана и закона кооперации;

• проблему разнообразия форм экономического поведения, в котором отражается разнообразие социокультурных архетипов локальных цивилизаций (обществ) и этноэкономических реальностей;

• проблему единства «теневого» и «белого» капиталов в самом механизме функционирования капиталократии;

• проблему соотношения равновесия и долгосрочного времени в экономическом развитии;

• проблему существования специфических социально-экономических законов, отражающих «особенное» в функционировании страновых (национальных) экономических систем;

• проблему фундаментальных противоречий в современном развитии человечества, в том числе конфликта между социалистической и капиталистической парадигмами экономического развития.

Внутреннее отрицание капитализма, т. е. диалектическое отрицание в рамках Внутренней Логики Социального Развития (ВЛСР) капитализма, впервые и фундаментально было определено и исследовано Карлом Марксом в его трудах. Оно формируется на основе капиталистического отчуждения труда от производимых им богатств, от производимого им капитала.

Понятие отчуждения обстоятельно разобрано в «Экономических философских рукописях 1844 года» и в работах Маркса 40-х годов. Впоследствии это понятие отчуждения получило свое теоретическое развертывание через систему прямых экономических категорий «Капитала».

Отчуждение труда от производимого им капитала рождает самоотчуждение человека.

В.Г.Комаров так пишет об употреблении «сдвоенного» термина «отчуждение-самоотчуждение»: «…К.Маркс и Ф.Энгельс, рассматривая отчуждение труда как важнейшую составную часть реального процесса жизнедеятельности работников, вместе с тем характеризовали его и как самоотчуждение, охватывая сразу два важных момента: (1) внешний, не зависящий от воли и сознания агентов общественного производства внеэкономически и экономически принудительный характер отчуждения труда в иерархических формациях; (2) принудительно вовлеченные в производственный процесс трудящиеся сами, собственной своей деятельностью, непрерывно возобновляют и углубляют отчуждение, которое оборачивается для них самоотчуждением…» [48, с.151].