Читать онлайн «Психология взрослости». Страница 89

Виктаут связан не только с противодействием старению, но и с появлением новых форм функциональной организации, способствующих увеличению адаптационных возможностей организма. В частности, активируется ряд ферментов и повышается чувствительность рецепторов к гормонам при ослаблении функции некоторых желез внутренней секреции (например, гормонов щитовидной железы, участвующих в эмоциональном реагировании). Благодаря этому повышается чувствительность организма ко многим физиологически активным веществам, лекарственным препаратам и др.

В соответствии с этими взглядами В. В. Фролькис разделил человеческую жизнь на три этапа, между которыми нет резких переходов:

1) онтогенез в его классическом понимании как период роста и становления репродуктивной способности;

2) мезогенез – относительно стабильный период баланса процессов старения и антистарения (виктаута); продление периода мезогенеза привело бы к оптимальному изменению не только продолжительности, но и качества жизни;

3) геронтогенез – период преобладания процессов старения над виктаутом, период неуклонного снижения жизнеспособности, приспособительных возможностей организма.

На этой основе В. В. Фролькис предложил следующую биологическую формулу индивидуального развития организма на протяжении жизни: этагенез (от греч. этас – возраст) = онтогенез + мезогенез + геронтогенез.

Взгляды В. В. Фролькиса поддерживаются геронтологами и психологами. Так, Т. В. Карсаевская (1989) определяет старость как противоречивый процесс, в котором наряду с инволюционными, деструктивными изменениями действуют «противостарческие» адаптационные механизмы. Именно с этими механизмами наука связывает стратегию продления жизни. Исследователь указывает на то, что обращение к интегральной концепции жизненного цикла человека позволит осмыслить эти механизмы.

Л. И. Анциферова также обращает внимание на то, что, анализируя жизнь человека в поздние годы, нужно четко различать его физическое и личностно-психологическое старение, так как, «теряя физические силы, индивид может сохранить способность прогрессивно развиваться как личность» (1999. С. 65). Далее: «Психическое и социальное развитие личности отнюдь не ограничено какими-то определенными отрезками времени, теми или иными периодами. Оно осуществляется на всех этапах жизненного пути человека. При этом каждый этап, наряду с общими закономерностями развития, характеризуется и особенными, специфичными лишь для него». Исследователь подчеркивает, что период зрелости личности не может рассматриваться как некоторое конечное состояние, к которому направлено развитие и которым оно заканчивается. Напротив, психологическая и социальная зрелость способствуют ее дальнейшему развитию, а каждый новый период открывает качественно новые и социально ценные возможности для дальнейшего становления личности. Автором выдвигается предположение о том, что «пройденные личностью стадии развития постепенно складываются в иерархическую организацию, в составе которой позднейшие психологические новообразования, стратегии и тактики не отменяют, но качественно видоизменяют – обогащают, ограничивают, регулируют, подчиняют себе образования более ранних стадий и уровней через включение их в новые системы психологических отношений личности к миру, в новые жизненные позиции» (1999. С. 334).

О. Н. Молчанова (2006) в связи с этим говорит о психологическом виктауте как системе защитных механизмов (копингов), позволяющих удерживать старому человеку самооценку на приемлемом для себя уровне. С возрастом увеличивается количество конструктивных копингов и уменьшается количество неконструктивных.

Таким образом, анализ существующих на сегодняшний день точек зрения относительно процессов развития в период поздней зрелости позволяет выделить два основных подхода. Согласно первому, развитие личности в период поздней зрелости рассматривается в целом как деструктивный процесс, как процесс старения, деградации и угасания, при котором происходят негативные изменения на физиологическом и социальном уровне и ведут за собой деструктивные изменения личностных структур. Второй подход: развитие личности рассматривается как продолжающееся становление, как качественное преобразование, видоизменение, обогащение систем, образованных на прежних этапах развития.

8.10. Этапы старения

В. В. Болтенко (1980) выделил ряд этапов психологического старения, не зависящих от паспортного возраста.

На первом этапе еще сохраняется связь с тем видом деятельности (профессией), который был ведущим для человека до выхода на пенсию. Чаще это люди интеллектуального труда (ученые, артисты, учителя, врачи), однако то же может наблюдаться и у рабочих, отдавших десятилетия своему предприятию. Эта связь может быть непосредственной, в форме эпизодического участия в выполнении прежней работы или посещения прежнего места работы, или опосредованной – через чтение специальной литературы, написание статей на профессиональные темы, телефонных разговоров с бывшими сослуживцами. Человек, большую часть своей жизни занимавшийся педагогической деятельностью, в пенсионном периоде своей жизни продолжает находить себя в ведении различного рода кружков, чтении лекций, обобщающих личный опыт, проведении индивидуальных занятий с детьми, репетиторстве и т. д. и т. п. Если же эта связь обрывается сразу же после ухода на пенсию, то, минуя первый этап, человек попадает во второй. Это касается, как правило, той части пожилых людей, которые на протяжении всей жизни занимались монотонной или тяжелой физической работой.

На втором этапе наблюдается сужение круга интересов за счет выпадения профессиональных привязанностей. В общении с окружающими уже преобладают разговоры на бытовые темы, обсуждение телевизионных новостей, семейных событий, успехов или неудач детей и внуков. В группах таких людей уже трудно различить, к какой профессии принадлежало то или иное лицо.

На третьем этапе у многих, особенно женщин, главной становится забота о личном здоровье. Это и любимая тема для разговора: о лекарствах, о способах лечения, о травах. И в газетах, и в телепередачах на эти темы обращается особое внимание. Возникает увлечение наряду с использованием различных фармацевтических лекарств средствами народной медицины. Поэтому особенным уважением начинают пользоваться люди, которые способны удовлетворить нужды именно этого плана.

На четвертом этапе смыслом жизни становится сохранение самой жизни. Подавляющая часть активности направлена на самообслуживающий труд по сохранению физического состояния. Контакты сужены до предела: лечащий врач, социальный работник, те из членов семьи, которые поддерживают личный комфорт пенсионера, соседи самого ближнего расстояния – те, кто могут непосредственно обеспечить личный комфорт человека (поддерживающие чистоту в помещении, готовящие пищу, т. е. которые помогают обслуживать нужды престарелого человека). По привычке или для преодоления оторванности от общественной жизни, своего одиночества возможны редкие телефонные разговоры со старыми знакомыми-ровесниками.

И наконец, на пятом этапе происходит обнажение потребностей чисто витального характера (еда, покой, сон). Эмоциональность и общение почти отсутствуют. Этот этап связан с последним возрастным кризисом, названным узелковым периодом, потому что в этот период человек, готовясь к смерти, условно как бы собирает свои вещи в узелок и хранит их (а в прежние времена это было не такой уж редкостью; я, например, видел на чердаке одной деревенской избы приготовленные двумя престарелыми, но вполне жизнеспособными и жизнерадостными сестрами-»монашками», как их называли односельчане, не только узлы с одеждой, но и гробы). Отмечается, что у этого периода нет четких временных границ....

Эти этапы личностных изменений людей пожилого возраста, считают И. В. Калинин с соавторами (1994), в неявном виде содержит мысль о последовательной смене этапов, в значительной мере совпадающих со схемой структуры личности, предложенной А. Маслоу. Однако в данном случае речь идет о движении в обратном направлении; это как бы зеркальное отражение пирамиды А. Маслоу.