Читать онлайн «Психотерапия. Учебное пособие». Страница 112

2. Чтение мыслей.

Это предположение о том, что один человек знает, что чувствует или думает другой, без прямого сообщения другого об этом.

Корректирующий вопрос: «Каким именно образом вы знаете, что это так?» поможет пациенту осознать и даже поставить под сомнение предположение, которое казалось ему бесспорным.

– Я знаю, что все понимают мое состояние, и просто не могу появляться на работе.

– Каким образом вы знаете, что все понимают ваше состояние?

– Я знаю, что так для него лучше.

– Как именно вы узнаете это?

3. Потеря субъекта.

Обычно это суждения, основанные на обобщении, представлении человека о том, что правила, обязательные для него и его модели мира, так же справедливы и обязательны для всех.

Цель работы: признавая за человеком право на собственные правила, позволить остальному миру иметь свои. Обычно человеку, пользующемуся подобным ограничением, даже не приходит в голову другая возможность. Целесообразен корректирующий вопрос: «Для кого?».

– Это унизительно – просить о снисхождении.

– Для кого это унизительно?

– Такие вещи совершенно непростительны.

– Кто не может простить такие вещи?

Итак, метамодель – это технический набор средств для оптимальной коммуникации. Это особое искусство, и, практикуясь в нем, психотерапевту следует обратить внимание на собственные внутренние процессы. Поскольку речь идет об интуитивном поведении, которое пациент не может оформить словами, возникает большой соблазн опереться на собственный внутренний опыт для его понимания.

«Отец наказал меня», – говорит пациент. Для психотерапевта это может означать «перестал разговаривать», для пациента – «избил до синяков».

Использование метамодели удержит вас от погружения в себя и поможет, опираясь на опыт пациента, извлечь его собственные ресурсы.

Задача психотерапевта – избежать субъективного толкования мира пациента, детально и скрупулезно объективизировать каждое чувство и каждое утверждение.

Фактически психотерапевты способствуют переводу опыта пациента из ряда ограничений в ряд возможностей.

Таким образом, нейролингвистическое программирование является эффективным и краткосрочным эклектическим психотерапевтическим методом, позволяющим работать с широким кругом проблем и состояний. Применение техник НЛП у пациентов с пограничным и психотическим уровнем расстройств возможно, но с известными ограничениями – может проводиться только в контексте общей стратегии лечебного процесса, с пониманием роли патопластических процессов, при условии стабильного лечебного альянса и сотрудничества с пациентом.

Групповая психотерапия – это метод, который применяет в лечебных целях групповую динамику, то есть вся совокупность взаимоотношений и взаимодействий, возникающих между участниками группы, включая и группового психотерапевта. Следует разделять групповую терапию и терапию в группе. Терапия в группе является не психотерапевтическим методом, а представляет собой форму организации терапевтического процесса, наряду с другими – индивидуальной, семейной, коллективной и т. д. В этом случае речь идет об использовании какого-либо психотерапевтического метода (гипноз, аутогенная тренировка, гештальт-терапия и т. д.) в группе пациентов. Групповая психотерапия отличается целенаправленным использованием в лечебных целях ситуации в группе и взаимоотношений пациентов, терапевтического потенциала группы. Групповая психотерапия не является самостоятельным теоретическим направлением, а представляет собой психотерапевтический метод, цели и задачи которого должны формулироваться в соответствии с общей теоретической концепцией в отношении природы психопатологии и направленности психотерапевтических воздействий. Другими словами, анализ группового взаимодействия используется для решения различных, специфических для выбранного направления терапевтических задач. Специфика метода заключается в возможности исследования и коррекции пациентов в социально-психологическом взаимодействии, в контексте взаимоотношений с другими людьми.

Взаимоотношения и взаимодействия пациента в группе, его эмоциональные и поведенческие реакции отражают его типичные модели взаимоотношений, терапевтическая группа выступает как модель реальной социальной жизни. Работа группы направлена на осознание неадекватных отношений и установок, неэффективных эмоциональных и поведенческих стереотипов, проявляющихся в межличностном взаимодействии, и изменение их в безопасной обстановке взаимного принятия.

Учитывая достаточно большое разнообразие психотерапевтических групп (по ориентации, теоретическим принципам и т. п.), их цели тоже могут быть очень разными. Рассмотрим возможные универсальные цели психотерапевтических групп (Р. Кочюнас, 2000).

И. Д. Ялом (1985) выделяет следующие наиболее общие цели групповой психотерапии.

1. Выяснение проблем каждого участника группы и помощь в понимании и изменении своего состояния.

2. Постепенное увеличение уровня адекватной социальной адаптации.

3. Предоставление информации о закономерностях межличностных и групповых процессов как основа эффективного и гармоничного общения с другими людьми.

4. Поддержка процесса «созревания» личности, проявляющегося в раскрытии ее духовного потенциала.

H. Mullan и M. Rosenbaum (1978) наиболее общие цели групповой психотерапии характеризуют тремя важнейшими чертами личности клиента, раскрытие и развитие которых должно быть обеспечено в группе:

1. Принятие индивидуальной ответственности за свой жизненный выбор и риск.

2. Принятие на себя ответственности за других (группу); по окончании группы она преобразовывается в социальную и культурную ответственность.

3. Осознание самого себя и своих отношений с другими.

По словам A. Fenster (1993), цель групповой психотерапии заключается в том, чтобы расширить границы «Известного Я» за счет областей «Я скрытого», «белых пятен» и «Я неизвестного».

В рамках названных универсальных целей каждый терапевт психотерапевтической группы стремится сформулировать наиболее общие цели конкретной группы, принимая во внимание также конкретные личные цели участников группы.

Впервые использование группового взаимодействия для лечения различных заболеваний было предложено австрийским врачом и философом Францом Антоном Месмером (1734–1815). Он разработал теорию «животного магнетизма». Суть этой теории заключалась в следующем: существует некий магнетический «флюид», который в случае неравномерного распределения внутри организма человека порождает болезнь; задача врача – с помощью специальных манипуляций гармонично перераспределить «флюиды» и тем самым излечить больного (Шерток Л., Соссюр Р. де, 1991). Таинственная сила в виде «флюида», исходящего от магнетизера, может накапливаться и передаваться другим с целью устранения болезней. Под влиянием этих идей Месмер разработал психотерапевтический прием лечения, который был назван им «бакэ» (от фр. baque – чан). Несколько пациентов располагались вокруг деревянного чана с водой, в крышку которого через специальные отверстия были вставлены намагниченные железные стержни. В условиях группового сеанса пациенты, прикасаясь к ним и друг к другу, создавали цепь, по которой циркулировал «флюид». Врач-магнетизер, касаясь чана, устанавливал раппорт и передавал через него целительную энергию всем пациентам одновременно. При этом он полагал, что люди впадают в особое состояние магнетического сна или транса. По мнению Месмера, механизм лечения имел сугубо физиологическое, но не психологическое содержание. Он ввел термин «раппорт», означающий физический контакт, благодаря которому происходила передача «флюида». Впоследствии «раппорт» в гипнотерапии стал означать словесный контакт гипнотизера с пациентом, находящимся в гипнотическом состоянии.

Опыты Месмера подвергались критике уже его современниками и были признаны несостоятельными. Однако с современных позиций можно разглядеть социально-психологические эффекты, связанные с межличностным взаимодействием врача и больного, целебным влиянием группы (Л. Шерток, Соссюр Р. де, 1991). Развитие феномена месмеризма И. Бернгеймом, А. Льебом, Ж. Шарко и др. способствовало формированию научных представлений о гипнозе и практических методов гипнотерапии в XIX в. (Карпенко Л. А., Кондаков И. М., 2005). В частности, было установлено, что гипнотическое воздействие сильнее при групповых формах работы. В. М. Бехтерев использовал податливость группы к воздействию и внушению при проведении гипнотических сеансов.

В 1905 г. врач общей практики Дж. Пратт впервые описал не только повышенную внушаемость пациента в группе, но и другие терапевтические феномены группового взаимодействия. Дж. Пратт сформировал группу из больных туберкулезом, руководствуясь экономическими соображениями. Многие пациенты были не в состоянии оплачивать регулярное посещение и осмотр врача. Групповые посещения обходились значительно дешевле и позволяли Пратту осуществлять постоянное наблюдение малоимущих больных.