Читать онлайн «Книга 2.0. Прошлое, настоящее и будущее электронных книг глазами создателя Kindle». Страница 47

Я заходил в кафе, ожидая революционных настроений. Я ожидал, что увижу людей, читающих «Манифест Коммунистической партии» или хотя бы научную фантастику, но все сидели, уткнувшись носом в ноутбуки, и читали Facebook или смотрели YouTube. Хотя в кофейне играл джаз, все сидели в своих наушниках, слушая по ноутбуку что-то свое. Книги в лучшем случае украшали витрины кофейни – старое блюдо, которое больше не заказывают.

В широком смысле все это верно вообще для книг в нашей культуре. Книги становятся декорациями. Куда идет печатная книга? К своему печальному концу. Книги покрываются паутиной, пылятся в кофейнях, где наблюдатели вроде меня сидят и рассматривают людей, погруженных в свой Facebook. Чтение никогда не было социальным процессом, так что я не слишком встревожен этим фактом. Более того, я счастлив, потому что понимаю, что со временем, когда электронные книги «возмужают», все больше людей начнет снова читать в кофейнях – именно читать, а не поглощать без разбору информацию из интернета.

Конечно, обратная сторона такого процесса в том, что от электронных книг будут требовать того же, что и от интернета – чтобы они стали источником легкого развлечения, закуски. Действительно, когда вы гуляете по интернету, вы словно бы весь день перекусываете вместо полноценного обеда. Книга – это полноценный прием пищи. Как и в случае с любым обедом, к нему нужно подготовиться, выделить на него время, смаковать его. Да, чтобы прочитать книгу, требуется время – хоть на печатную, хоть на электронную! Количество времени, которое нужно на то, чтобы прочесть и переварить книгу, остается неизменным независимо от формата книги.

В фильме Вуди Аллена «Спящий» показана машина под названием «Оргазматрон», с помощью которой можно было получить оргазм. Никакого секса, никаких предварительных ласк, ничего такого не требовалось. Так вот, пока кто-нибудь не изобретет «Оргазматрон» для книг, чтобы вы могли моментально получить всю нужную информацию, придется продолжать тратить время и силы на чтение.

Наряду с книгами осталось сделать совсем небольшой шаг от печатного слова к изображениям и масштабному проекту оцифровать все произведения искусства в музеях мира, как пылящиеся в запасниках, так и висящие на стенах в открытом доступе. Человечество увлечено оцифровкой культуры, и существуют такие миссионеры, которые стремятся – частично ради выгоды, частично из идеалистических побуждений – к тому, чтобы все эти аналоговые артефакты были оцифрованы, и тогда они с радостью продадут вам прекрасные репродукции оригиналов, сделанные с высоким разрешением.

Разве так уж трудно представить себе iPad в позолоченной раме в стиле рококо, который висит в гостиной и транслирует подборку лучших картин из Метрополитен-музея, меняя картину каждые десять минут? Ведь уже есть цифровые фотоальбомы для семейных фотографий, построенные на том же принципе. Почему бы не передавать таким же образом высокое искусство? Думаю, это вполне правдоподобно.

Массовую оцифровку культуры можно рассматривать как часть еще более масштабного духовного проекта. Общий переход с аналогового на цифровое, с тяжести золота на эфемерные электроны можно вписать в контекст проекта, который начался несколько веков назад. Это своего рода воплощение мечты человека о единении материи и духа – мечты древней, но все еще относящейся к миру научной фантастики.

В конце концов, это то, к чему стремится движение Web 3.0[121]. Ваша одежда станет вычислительными устройствами. Ваш ридер будет разговаривать со смартфоном, весами и кофеваркой. Все они измерят вас, почувствуют ваше настроение и дадут рекомендации, что бы такого сделать или купить сегодня. Кто бы мог подумать, что мечта об одушевлении неживого, о соединении души и материи в конечном счете принесет наибольшую выгоду рекламщикам?

Когда-то в Америке было столько странствующих голубей[122], что их стаи часами покрывали небо, подобно тучам: над землей пролетали миллионы птиц. Они водились от Восточного побережья до Скалистых гор и являлись очень успешным видом. Их кости находят еще в отложениях плейстоценового периода, когда по территории современного Лос-Анджелеса ходили саблезубые тигры, на месте Чикаго трубили мамонты, а гигантские трехметровые ленивцы расхаживали в границах нынешнего Лас-Вегаса.

Тот факт, что когда-то в Америке жили гигантские ленивцы, меня, конечно, удивляет. А исчезновение голубей просто ошеломляет, особенно причина их исчезновения. Их убивали ради мяса, и многие поколения американцев не знали другого мяса, кроме этих голубей. Сосиски из голубей. Пироги с голубятиной. В течение примерно сотни лет одна из самых распространенных птиц Америки постепенно была истреблена.

Книги тоже имели славное прошлое. Они переполняли мир. Они летели в багаже на самолетах компании Pan-Am в 1950-е, их возили в сумках и рюкзаках на трансатлантических судах, служба доставки Pony Express переправляла их по всему континенту, они составляли немалую часть приданого знатных наследниц. Но сейчас количество книг уменьшилось, как количество странствующих голубей, хотя и не настолько катастрофически.

Книги до сих пор стоят в вестибюлях некоторых гостиниц на пыльных резных полках. Они лежат в бюро находок крупных вокзалов, они выцвели от солнца на полках пляжных курортов. Цветущие популяции книг водятся в университетских книжных лавках и библиотеках. Как ни странно, много книг и в тюремных библиотеках, которые пользуются едва ли не наибольшей популярностью среди всех библиотек.

Но подобно странствующим голубям, койотам, черным медведям и древним целакантам – динозаврам среди рыб, которых было множество сотни миллионов лет назад, а теперь они водятся только возле двух островов в Индийском океане[123], – книги сузили свою экологическую нишу по сравнению с процветанием в дни своей былой славы.

Говоря языком экологов, книгам грозит вымирание.

Книги не размножаются ни в неволе, ни в дикой природе, хотя, казалось бы, каждый год выходят новые книги. Но каждый год продается все меньше бумажных книг, даже если выбор и увеличивается. В общих продажах книг уже наблюдается перекос в сторону книг электронных.

Книгам грозит вымирание, но они адаптируются, подобно самым умным диким животным. Вместо исчезновения они эволюционируют в электронные книги.

Довольно странно, казалось бы, предсказывать большое будущее книгам, как странно предсказывать большое будущее телеграфам или дисковым телефонам, потому что смертный час печатных книг, по моему убеждению, уже пробил. Книги вскоре станут такими же реликвиями прошлого, как звукозаписи на восемь дорожек, граммофоны и лазерные диски. Но печатные книги пока еще живы и просто так не сдадутся.

В будущем – я имею в виду ближайшее будущее, лет через десять, – в самых дорогих магазинах домашнего декора, среди ковриков, гобеленов, огромных ваз и чучел животных, вам станут попадаться и книги как элемент декора. Они могут быть украшены медными полосками, а переплет оформлен в виде двери с замочной скважиной; они могут быть искусственно состарены и покрыты лаком. Возможно, книги будут размещаться на особых пьедесталах или сами станут подставкой для какого-нибудь керамического голубя. Но вы увидите переиначенные книги, превратившиеся в предметы обстановки.

Сегодня я заехал в наш местный городок искусств и нашел там три магазина, которые уже торгуют такими разновидностями переиначенных книг. Некоторые книги были измельчены и спрессованы в виде дерева, с которого, как плоды, свисали другие книги, помельче. Я видел книги с аккуратно вырезанными страницами, на месте которых появились жанровые картинки – например, играющие в поле дети.

Что говорит о нашей культуре такое превращение книг в арт-объекты?

Мне кажется, что это свидетельствует о том, что мы понимаем неизбежность смерти книг, но не хотим с этим мириться. Нам жалко книги. Мы понимаем, насколько важна эта потеря, и пытаемся компенсировать ее при помощи модельных ножей и баллончиков с лаком и блестками. Мы изменяем книги, делаем их произведениями искусства, вкладывая идеи, которые слишком сложны, чтобы выразить словами. Мы преображаем обычные книги в кожаном переплете, которые некогда были просто товаром, в художественные высказывания.

Мы почему-то думаем, что искусство просуществует дольше, чем другой товар, и наши художники спасают некоторые книги в эстетически преображенном виде, надеясь, что какие-то из них проживут века. Надо признаться честно: вряд ли даже крупные библиотеки будут хранить книги в эпоху дешевых терабайтовых жестких дисков. Вы в самом деле думаете, что Библиотека Конгресса собирается сначала оцифровать все собрание книг, а потом хранить печатные книги, которые были оцифрованы? Конечно, нет, да и как бы им это удалось? Материала просто слишком много.