Григорий Малов - Кредитные организации на срочном рынке. Вопросы правового регулирования

Читать онлайн «Кредитные организации на срочном рынке. Вопросы правового регулирования». Страница 21

Автор Григорий Малов

Сторона по срочной сделке – лицо, которому в результате неправомерного использования инсайдерской информации были причинены убытки, не имеет договорных связей с лицом, которое неправомерно использовало инсайдерскую информацию.

Центральный контрагент, как сторона срочной сделки, на основании ч.7 ст.7 Закона об инсайдерской информации не может предъявить гражданско-правовой иск другой стороне срочной – лицу, неправомерно использовавшему инсайдерскую информацию. Объясняется это тем, что центральный контрагент как субъект инфраструктуры биржевых торгов не имеет доходов и не может иметь убытков по заключаемым срочным сделкам.

Выход из сложившейся ситуации представляется следующим. Законодательно необходимо закрепить право стороны биржевой срочной сделки (например, покупателя фьючерсного контракта) предъявлять гражданско-правовые иски в адрес Центрального контрагента, который в свою очередь от своего имени подает иск в адрес другой стороны срочной сделки (продавца фьючерсного контракта).

В качестве основных преимуществ участия центрального контрагента на срочном рынке на примере Национального клирингового центра (НКЦ) важно указать следующее:

1. «НКЦ гарантирует исполнение обязательств перед каждым добросовестным участником по заключаемым с ним сделкам вне зависимости от исполнения своих обязательств другими участниками рынка.

2. НКЦ избавляет участников от необходимости оценивать риски и устанавливать лимиты друг на друга, они оценивают риски только на НКЦ как центрального контрагента».[198]

На наш взгляд, законодательное закрепление возможности участника срочного рынка предъявлять гражданско-правовые иски непосредственно центральному контрагенту обусловлено самой идеей образования института центрального контрагента – минимизация риска недобросовестности и неплатежеспособности контрагента.

Предположим, на Московской бирже Банк «А» подал заявку на продажу фьючерсных контрактов, базовым активом которых являются акции ПАО «Б», Банк «В» подал заявку на покупку фьючерсных контрактов, базовым активом которых являются акции ПАО «Б». Центральный контрагент на основании двух встречных заявок акцептует соответственно оферту Банка «А» и оферту Банка «В». Заключенные сделки регистрируются в реестре сделок биржи, который содержит в числе прочего следующие сведения:

– идентификационные номера заявок, на основании которых совершена сделка;

– идентификационный номер сделки;

– дата и время регистрации сделки;

– наименование и код (обозначение) фьючерсного (опционного) контракта;

– количество заключенных фьючерсных (опционных) контрактов в срочной сделке;

– цена Фьючерсного контракта (величина премии по опциону);

– сумма сделки.[199]

Через определенное время Банк «А» привлекают к административной ответственности за неправомерное использование инсайдерской информации при осуществлении операций с фьючерсными контрактами, базовым активом которых являются акции ПАО «Б». На этом основании Банк «В» будет вправе предъявить иск центральному контрагенту о возмещении убытков, причиненных в результате неправомерного использования инсайдерской информации. Далее центральный контрагент обратится с аналогичными требованиями к Банку «А».

В данной ситуации предъявить иск будут вправе не любые участники рынка, которые потерпели убытки в результате падения цен на фьючерсные контракты, базовым активом которых являются акции ПАО «Б», а только те участники срочного рынка, на основании заявки которых были заключены срочные сделки с Банком «А». Это без труда можно определить, обратившись за сведениями из реестра сделок, узнав идентификационные номера заявок, на основании которых совершена сделка.

Мировой опыт показывает, что в силу своего положения кредитные организации на срочном рынке зачастую совершают действия, которые можно квалифицировать как манипулирование рынком.

Так, в 2011-2012 гг. сначала в США, а потом в Великобритании, некоторых странах Евросоюза и Японии проводились следственные действия, в результате которых ряд мировых банков, крупнейших участников срочного рынка, таких, как Deutsche Bank, UBS, Barclays, Citigroup и другие, были оштрафованы за совершение действий, связанный с манипулированием ставкой LIBOR.[200]

Ставка LIBOR (англ. London Interbank Offered Rate) или Лондонская межбанковская ставка предложения – средняя ставка межбанковского кредитования. Ставка LIBOR является так называемым бенчмарком (англ. Benchmark), т.е. ориентиром для различных финансовых инструментов. Ставка LIBOR является базовым активом для производных финансовых инструментов, торгуемых по всему миру.[201]

Механизм формирования ставки LIBOR выглядел следующим образом. Британская банковская ассоциация проводила опрос 16 наиболее крупных банков (так называемые Прайм банки, англ. Prime banks), которые сообщали размер процентов, по которым они готовы выдать кредит. Здесь следует обратить внимание на тот факт, что размер процентов, который сообщали банки, не означал, что они выдали или должны выдать кредит под соответствующие проценты. Затем на основе полученных сведений высчитывалось среднее значение.

Прайм банки являются крупнейшими участниками срочного рынка. Наряду с другими банками и управляющими компаниями они совершали срочные сделки, базовым активом которых являлась ставка LIBOR. Надзорные органы в ходе следствия пришли к выводу, что Прайм банки вступили между собой в сговор, в результате чего получили прибыль по деривативам из-за изменения ставки LIBOR. Причем подозрения о манипулировании ставкой LIBOR возникали еще в 2008 г.

Среди условий, способствующих манипулированию ставкой LIBOR, в литературе указывают, во-первых, то, что крайне трудно доказать, что банк сообщил недостоверные сведения, каждый банк сам оценивает рыночную конъюнктуру и определяет процент по кредиту, который может выдать в будущем. Во-вторых, круг банков, которые участвуют в формировании ставки, слишком узок, что облегчает возможность сговора. В-третьих, сведения, которые сообщают банки, сразу же публикуются. Другие банки, даже не вступавшие в прямой сговор, могут спрогнозировать, как изменится ставка, если они предоставят те или иные сведения.[202]

Российским аналогом ставки LIBOR является ставка MosPrime Rate. MosPrime Rate (англ. Moscow Prime Offered Rate) – независимая индикативная ставка предоставления рублевых кредитов (депозитов) на московском денежном рынке. Данный показатель формируется НВА на основе ставок предоставления рублевых кредитов (депозитов), объявляемых банками-ведущими участниками российского денежного рынка первоклассным финансовым организациям со сроками «overnight», одна неделя, две недели, один, два, три и шесть месяцев. Срок кредитования отсчитывается от даты «завтра» («tomorrow») за исключением ставки «overnight». Расчетным партнером НВА является компания Thomson Reuters. Список банков-участников MosPrime Rate формируется НВА.[203]

На Московской бирже торгуются процентные фьючерсы, базовым активом которых является ставка MosPrime Rate. В силу того, что крупнейшие российские банки определяют индикативную ставку и одновременно являются участниками срочного рынка, на котором эта ставка выступает базовым активном срочных сделок, обоснованно возникают подозрения, что банки могут в своих интересах регулировать указанную ставку. Думается, что соответствующие действия банков должны квалифицироваться как манипулирование рынком.

В соответствии с п.1. ч.1 ст.5 Закона об инсайдерской информации к манипулированию рынком относится «умышленное распространение через средства массовой информации, в т.ч. через электронные, информационно-телекоммуникационные сети, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц (включая сеть «Интернет»), любым иным способом заведомо ложных сведений, в результате которого цена, спрос, предложение или объем торгов финансовым инструментом, иностранной валютой и (или) товаром отклонились от уровня или поддерживались на уровне, существенно отличающемся от того уровня, который сформировался бы без распространения таких сведений».

На наш взгляд, если банки будут осуществлять действия, направленные на изменение в своих интересах ставки Mo-sPrime Rate, то квалифицировать их действия как манипулирование рынком не представляется возможным, поскольку невозможно доказать, что сведения, которые банк сообщил НВА, являются заведомо ложными. Так же как при определении ставки LIBOR, банки сообщают процентную ставку по которой могли бы выдать кредит. В соответствии с п.3 Положения о формировании индикативной ставки предоставления рублевых кредитов (депозитов) на московском межбанковском рынке MosPrime Rate – Moscow Prime Offered Rate «Ставки, объявляемые банками являются индикативной информацией, и их публикация не накладывает на банки каких-либо обязательств по заключению сделок, за исключением проверочных сделок, заключаемых участниками между собой»[204].