Григорий Малов - Кредитные организации на срочном рынке. Вопросы правового регулирования

Читать онлайн «Кредитные организации на срочном рынке. Вопросы правового регулирования». Страница 17

Автор Григорий Малов

В частности, без преувеличения можно сказать, что в США уже больше века идет поиск оптимального соотношения банковской деятельности и деятельности банков на срочном рынке. Исторически в США банки имели ограниченную правоспособность. Закон 1863 г. «О национальных банках» устанавливал следующие права национальных банков: «все полномочия банков должны быть связаны с банковской деятельностью; выдача чеков, простых и переводных векселей и других письменных подтверждений долга; прием депозитов; покупка и продажа валюты, монет и слитков; выдача займов под поручительство; принятие к оплате и выдача векселей». В последующие три десятилетия Управление контролера денежного обращения (Министерства финансов США), основной регулятор банковской системы последовательно толковал нормы закона таким образом, что значительно расширил смысл термина «банковская деятельность», в результате чего банки стали широко осуществлять рисковые операции на фондовом рынке, используя привлеченные денежные средства вкладчиков.[166]

В результате экономического кризиса 1929 – 1939 гг. («Великая депрессия») в США был принят Закон Гласса – Стиголла (англ. Glass-Steagall Act) 1933 г., который разделил банки на коммерческие и инвестиционные банки. Коммерческие банки могли осуществлять исключительно классические банковские операции, инвестиционные же банки могли осуществлять деятельность только на рынке ценных бумаг и срочном рынке.

Основными направлениями деятельности инвестиционного банка являются:

1. инвестиционно-банковские операции:

– организация эмиссии акций для корпораций;

– организация выпуска облигационных займов для органов государственной и муниципальной власти и компаний;

– проведение и структурирование сделок слияний и поглощений;

– обслуживание сделок секьюритизации;

– инвестиционно-финансовое консультирование;

– создание новых финансовых продуктов;

2. управление активами:

– создание фондов и управление;

– доверительное управление для населения и квалифицированных инвесторов;

3. брокерско-дилерские операции:

– операции на рынке акций;

– операции на рынке фиксированного дохода;

– операции на срочном рынке;

4. сопутствующие операции (услуги):

– расчетно-клиринговое обслуживание;

– аналитическая поддержка;

– кредитная поддержка эмитентов и инвесторов.[167]

Коммерческим банкам запрещалось участвовать в уставных капиталах инвестиционных банков, и наоборот. В отношении коммерческих банков контрольно-надзорные функции осуществляла Федеральная резервная служба США. В отличие от инвестиционных банков, коммерческие банки участвовали в системе страхования вкладов. Контрольно-надзорные функции в отношении инвестиционных банков осуществляла Комиссия по ценным бумагам и биржам (англ. The United States Securities and Exchange Commission (SEC)).

В 1956 г. предлагалось снять запрет на совмещение кредитной и инвестиционной деятельности для дочерних структур банковских холдингов во всех штатах. Однако попытка не удалась. Депозитно-кредитным организациям по-прежнему запрещалось вести инвестиционную деятельность, а также поглощать компании из других секторов финансовых услуг (страхового, управления активами) и создавать с ними партнерства. Первые послабления в законе Гласса – Стиголла появились на рубеже 1960—70-х гг. Они касались разрешения на выход банков в качестве андеррайтеров (инвестиционных брокеров) на рынок муниципальных облигаций. Одновременно инвестиционные компании через своих лоббистов добились права открывать счета клиентов до востребования на денежном рынке, являющиеся аналогами краткосрочных депозитов. Примечательно, что такие счета оказывались за пределами системы страхования вкладов.[168]

В 1980-е гг. банки начинают активно участвовать в торговле фьючерсами. Все большее число кредитных организаций совершает такие срочные сделки, как опционы и фьючерсы для страхования от неблагоприятных событий на рынках. Одним из первых в этом виде бизнеса стал американский «Морган Гаранта Траст Ко», основавший в 1982 г. дочернюю компанию для проведения операций на чикагской бирже срочных сделок. Его примеру последовали многие крупные банки. Во фьючерсные операции оказались вовлеченными даже банки, проводящие операции с минимальным уровнем риска, поскольку фьючерсы иногда использовались для искусственного сокращения или удлинения сроков активов и пассивов. Примерно в это же время среди банков получили развитие форварды, которые заключались на внебиржевом рынке.[169]

В конце 1986 – начале 1987 гг. произошло одно знаменательное событие: ФРС разрешила некоторым особо надежным коммерческим банкам получать до 5% валового дохода от операций на рынке ценных бумаг и срочном рынке. Чуть позднее наиболее надежным банкам планку подняли до 10%, а в 1996 г. – до 25%.[170]

Тем самым к 1999 г. жесткие границы между банковской деятельностью и деятельностью банков на срочном рынке стали размываться. В результате был принят Закон Грэмма – Лича – Блайли (англ. Gramm-Leach-Bliley act) – Закон «О модернизации финансовых услуг», а в 2000 г. – Закон «О модернизации товарных фьючерсов», что фактически означало отмену положений Закона Гласса – Стиголла.

Закон Грэмма – Лича – Блайли позволил коммерческим банкам объединяться с инвестиционными банками, создавая так называемую финансовую холдинговую компанию (англ. financial holding company). При этом предусматривается, что различные виды деятельности должны осуществляться раздельно, т.е. под каждую деятельность должна действовать дочерняя организация.[171] В.С. Шапран отмечает, что в итоге «инвестиционные банки в США преобразованы в инвестиционные холдинги, которые стремятся покрыть спрос со стороны клиента на комплексные продукты. Желание предоставить клиенту «все в одном» привело американских инвестиционных банкиров к идеям покупок в состав холдинга коммерческих банков, страховых компаний, брокерских домов, работающих на товарных рынках, и даже риелторов. Каждая составная часть холдинга имеет своего регулятора в стране операций, однако в итоге все данные консолидируются холдингом, который подотчетен SEC».[172]

В 2010 г. как ответ на финансово-экономический кризис 2008 г. в США был принят Закон «О реформировании Уоллстрит и защите потребителей» (англ. The Wall Street Reform and Consumer Protection Act), также известный по именам его разработчиков как Закон Додда – Франка (англ. The Dodd – Frank Act).[173] В соответствии с этим законом предполагается отделение торговых операций с наиболее рисковыми производными инструментами от основной деятельности банков за счет выведения их в отдельное юридическое лицо. Указанный закон содержит так называемое правило Волкера, которое «акцентирует внимание на запрете на торговлю ценными бумагами за счет собственных средств, кроме американских государственных и квазигосударственных бумаг. Примечательно, что долговые обязательства любых других государств, кроме США, невзирая на рейтинговые оценки, не подпадают под исключение, налагаемое «правилом Волкера». Другими важными ограничениями, которые регламентируются разд.619 Закона Додда – Франка, являются запрет на осуществление банками прямых частных инвестиций и запрет на управление инвестиционными фондами, в особенности с использованием комплексных стратегий по управлению рисками с помощью производных финансовых инструментов»[174]. «Закон Додда – Франка также предписал банкам, принимающим денежные средства в депозиты, большую часть деятельности на срочном рынке передать своим дочерним организациям, что означает возврат к модели финансовой организации двадцатилетней давности, когда в основе внебиржевого срочного рынка были высокие кредитные рейтинги, а не обеспечение (ипотека). Такие дочерние финансовые организации были в хорошем финансовом состоянии (высоко капитализированные) и были защищены от требований кредиторов к их материнским компаниям (банкам). Закон Додда – Франка, напротив, направлен на то, чтобы оградить материнские компании (банки) от незапланированных расходов своих дочерних финансовых организаций»[175].

Таким образом, мы видим, что в США периодически пересматривают правила совмещения банковской деятельности и деятельности банков на срочном рынке: то в сторону полного запрета, то в сторону разрешения совмещения таких видов деятельности (с определенными исключениями).

В Великобритании банкам также не всегда было разрешено осуществлять деятельность на финансовом рынке, в частности, на срочном. Так, с 1969 г. банкам в Великобритании было разрешено владеть 10% акций финансовых организаций – участников фондового рынка, с 1982 г. – 29,9%, с 1986 г. – 100%. Это привело к тому, что на финансовый рынок Англии пришло большое количество как отечественных, так и зарубежных банков, что означало привлечение капитала на рынок.[176]

В странах континентальной Европы, как правило, используется правовая модель так называемого универсального банка, т.е. банка, который вправе осуществлять классические банковские операции, операции на рынке ценных бумаг и срочном рынке.[177]