Читать онлайн «Социальная психология». Страница 107

5. Как в течение жизни изменяется социальная поддержка в отношениях между родителями и детьми?

Как Генрих Харрер и Питер Ауфшнайтер превратились из одетых в лохмотья беглецов в своих людей в запретном городе Лхасе? Самый вероятный ответ состоит в том, что у них было нечто необходимое тибетцам: ценная информация из внешнего мира. Ауфшнайтер был инженером, а Харрер – квалифицированным преподавателем, который смог помочь тибетцам, переводя иностранные газеты на нескольких языках. Харрер также кое-что знал о кинематографии, которой увлекался юный далай-лама. Действительно, именно жажда знаний далай-ламы привела к тому, что их первая встреча длилась пять часов. Как пишет Харрер, правитель «задавал массу вопросов. Он казался мне человеком, который в течение многих лет размышлял в одиночестве над различными проблемами и теперь, когда у него наконец появился собеседник, хотел сразу узнать все ответы». Когда встреча закончилась, далай-лама попросил Харрера стать его наставником и преподавать ему английский язык, географию и арифметику.

Хотя не все наши друзья и знакомые обладают массой экзотических знаний, привезенных из далеких мест, они могут быть важными источниками потенциально полезных фактов, идей и альтернативных мнений. Если вы хотите быстро узнать, как починить протекающий водопроводный кран, подшить брюки или приготовить хороший соус для спагетти, друг или сосед могут быть полезнее, чем любая книга в публичной библиотеке. И когда мы советуемся с другими людьми, наш совокупный IQ часто повышается (Thompson & Fine, 1999; Wegner, 1987). Люди, работающие с друзьями, обычно добиваются большего успеха в любых делах, от запоминания слов до решения сложных проблем (Andersson & Roennberg, 1997; Zajac & Hartup, 1997). Одна из причин этого состоит в том, что друзья имеют схожие базовые знания и могут лучше «прочитать» чувства и намерения друг друга (Colvin, Vogt & Ickes, 1997).

Сходство между людьми и дружба. Исследования показывают, что нам нравятся люди схожих с нами взглядов и возраста, которые думают, как мы, чьи интересы пересекаются с нашими и чьи привычки похожи на наши. Отчасти привлекательность похожих на нас людей состоит в том, что они подтверждают наши мнения и установки.

Мнения других людей не только являются источником сведений о материальном мире, они также имеют определенное значение, когда нужно получить ответы на вопросы о социальной действительности (такие как «Насколько я приятный человек?»). Когда мы хотим узнать реакцию людей на свое решение, мы склонны искать информацию, которая подтверждает то, что мы в любом случае хотели сделать; советы окружающих могут дать нам более взвешенную оценку (Jonas, Schulz Hardt & Frey, 2005).

В главе 3 мы упоминали классическую теорию социального сравнения Леона Фестингера (Festinger, 1954). По Фестингеру, люди стремятся оценивать свои мнения и способности; часто лучший способ сделать это состоит в том, чтобы сравнить себя с другими. На некоторые вопросы (например, можем ли мы пробежать полтора километра за пять минут) можно ответить, исследуя материальный, а не социальный мир. Однако чтобы ответить на многие вопросы о наших способностях и мнениях, мы должны обратиться к окружающим. Поступаете ли вы неразумно в отношениях с другом или подругой? Считают ли вас окружающие дружелюбным или недружелюбным? Придерживаетесь ли вы разумного мнения о смертной казни и абортах или у вас эксцентричные взгляды?

Теория Фестингера включает еще одно предположение, согласно которому при оценке своих мнений и способностей мы предпочитаем сравнивать себя с похожими на нас людьми. Например, чтобы узнать, хорошо ли вы играете в баскетбол в университетской команде, вам необязательно сравнивать себя со звездами НБА. Соответствующей группой для сравнения будут другие игроки вашей команды. Аналогично – если вы либеральный член демократической партии США и хотите знать, разумна ли ваша точка зрения на аборты и смертную казнь, вы обратитесь за обратной связью не к членам американской нацистской партии, а к другим либеральным демократам. Этот аспект теории Фестингера оказал важное историческое влияние на одну из наиболее изученных в социальной психологии тем – влечение к похожим на нас людям (Byrne, 1971; Hilmert, Kulik & Christenfeld, 2006; Rushton & Bons, 2005).

Мотивация получать информацию от других частично обусловлена желанием получить точные сведения. Но большинство из нас хочет, чтобы точная информация была подслащена ложкой меда, поэтому мы стремимся узнать о том, что нам приятно или подтверждает наше представление о мире (Bogart & Helgeson, 2000; Buckingham & Alicke, 2002; Suls, Lemos & Stewart, 2002). Наше влечение к похожим на нас людям частично объясняется тем фактом, что они часто соглашаются с нами, а это доставляет нам удовольствие (Clore & Byrne, 1974; Orive, 1988). И наоборот, мы склонны отрицательно реагировать на людей, которые не соглашаются с нами (Chen & Kenrick, 2002; Norton, Frost & Ariely, 2007; Rosenbaum, 1986). Отчасти влечение к похожим на нас людям связано с простым ожиданием, что мы понравимся им больше, чем непохожие на них люди (Condon & Crano, 1988). Но это влечение также объясняется тем, что они подтверждают наши представления о самих себе и мире (Pittman, 1998). Сравнивая себя с другими, мы склонны отмечать общие черты с более успешными другими и отличия от неудачников (Locke, 2005). Сравнение себя с менее успешными людьми повышает настроение, и от таких сравнений особенно сильно радуются нарциссические личности (Bogart, Benotsch & Pavlovic, 2004).

На минуту задумайтесь о людях, с которыми вы лучше всего знакомы. Знаете ли вы кого-либо, кто склонен «не раскрывать свои карты», редко делясь информацией о себе или своих чувствах и редко советуясь с другими о своей личной жизни? Можете ли вы вспомнить знакомого, который, напротив, не отличается сдержанностью, всегда готов раскрыть свои личные чувства или переживания и рад получить ответную реакцию от любого, кто готов его выслушать?

Исследователи обнаружили устойчивые индивидуальные различия в склонности обмениваться личной и социальной информацией с другими. Что касается получения информации, одни нуждаются в обратной связи от окружающих, чтобы принять решение о соответствующем поведении, тогда как другие, по-видимому, предпочитают принимать решения самостоятельно. В случае предоставления информации одни откровенно рассказывают о себе, в то время как другие проявляют скрытность. Действительно, ключевым аспектом дружбы является самораскрытие – сообщение другому личной информации о себе (Derlega et al., 1993; Harvey & Omarzu, 1997). Взаимная откровенность настолько важна, что совершенно незнакомые люди могут чувствовать себя друзьями после получаса взаимного раскрытия личной информации (Aron et al., 1997). Часто вы можете расположить других к себе, просто открывшись им (Collins & Miller, 1994; Ensari & Miller, 2002). И раскрытие своих сокровенных мыслей и тайн может привести к новому пониманию и улучшить самочувствие (Kelly et al., 2001).

Самораскрытие – сообщение другим личной информации о себе.

Но люди очень отличаются по их склонности к самораскрытию. В то время как мужчины ведут безличные разговоры о спортивных состязаниях и политике, женщины чаще раскрывают информацию о себе и своих личных отношениях (Martin, 1997; Salas & Ketzenberger, 2004; Sheets & Lugar, 2005). Хотя открытость женщин может помочь объяснить, почему у них чаще, чем у мужчин, бывает удовлетворяющая дружба, у самораскрытия могут быть и недостатки. Сообщение другому человеку личных тайн может открыть путь к появлению чувства предательства, к сплетням и к возможному вторжению в вашу частную жизнь (Petronio, 2002). Задним числом ясно, что выбор Моникой Левински Линды Трипп в качестве доверенного лица был очень неудачным решением. Коварная Трипп поощряла Левински рассказывать все о романе с президентом Биллом Клинтоном, а сама постоянно записывала беседы в надежде заработать на этом разоблачении. Результаты не только унизили Левински и Клинтона, но также завели в тупик конгресс США, поскольку противники Клинтона использовали раскрытые секреты в качестве оснований для процесса импичмента и дальнейших «вуайеристских» расследований частной жизни президента.

Помимо общей склонности к самораскрытию, в человеке есть и другие факторы, влияющие на то, как некоторые из нас передают и получают информацию (DePaulo & Kashy, 1998; Kenny & DePaulo, 1993; Morry, 2005). Например, люди с сильной потребностью в социальном одобрении, вероятно, будут избирательно сообщать положительную информацию другим (Crowne & Marlowe, 1964). Вместо того чтобы сказать Стиву, что, по мнению его сокурсников, он постоянно спорит, если у вас сильная потребность в одобрении, вы могли бы сказать ему, что люди находят его собеседником, заставляющим думать.