Читать онлайн «Записки охотника Восточной Сибири». Страница 91

Но виноват, читатель, бога ради извини за отступление — заболтался я, вспомнив прошлые радостные минуты, и забыл настоящие; совсем из головы вон, что начал с тобой беседовать о дикой кошке, — вот что значит иметь впечатлительную натуру, беда старое-то вспомнить. Недаром и пословица на это есть, как бишь она?.. Вот и опять было заболтался… экая дурная слабость!..

Я уже сказал, что здесь диких кошек различают двух родов{21}: лесных и степных[47]; последние по образу жизни, нраву, фигуре и добыванию ничем не отличаются от первых и встречаются реже лесных. Дикая кошка недаром получила свое название: она чрезвычайно дика, а видом, манерами, движениями, характером и образом жизни сходна с домашней кошкой, но дикая несравненно больше домашней, длиннее корпусом, свирепее и отважнее. Некоторые из них достигают иногда до величины средней дворовой собаки, только ниже ее на ногах.

Дикие кошки имеют круглую голову со стоячими острыми ушами и быстрыми, живыми, весьма подвижными глазами, короткую тупую морду, короткое гибкое тело, короткие ноги, лапы с выдвижными когтями, которые прячутся в кожу в спокойном состоянии по произволу и при ходьбе животного, а потому всегда остаются острыми — они выдвигаются только при нападении, обороне и взлезании на деревья; язык диких кошек шероховат и подобен мелкому терпугу. Здешние кошки покрыты длинною пушистою и мягкою шерстью, которая наиболее длинна с боков головы, под ушами и по бокам туловища, сверху же головы и на ногах — самая короткая. Цвет шерсти на голове, шее, лопатках, спине, пахах, наружных частях ног и на хвосте — желтовато-черный, несколько сероватый, с просвечивающими белыми волосками; кроме того, на этих частях местами пробивается отдельно светло-желтая шерсть, которая придает пестрому меху приятный оттенок. У некоторых кошек за ушами заметны желтоватые пятна, а начиная с головы, по шее, хребту и частью на боках замечаются черные полоски; независимо же от них за ушами и по бокам шеи тоже видны мелкие темные струйки. Конец длинного и пушистого хвоста почти черный, а далее к корню его идут черные кольца; число их бывает различно — у некоторых от 5 до 6, а у других доходит и до 10 колец, которые, приближаясь к корню хвоста, делаются все темнее и темнее. На ногах заметны тоже мелкие кольца такого же цвета. Брюшко, грудь и внутренние части ног желтоваты, с выглядывающей черной и белой шерстью. Дикие кошки бывают так разнообразны, что мало походят друг на друга по цвету шерсти. Даже дети одного помета, от одной матери, различны по виду.

Молодые дикие кошки не столь красивы, как старые; желтоватой шерсти у них меньше, а больше белой, и рот, как бы вроде опушки или каймы, окружен белой шерстью. Кожа на губах и подошвах ног большею частью бывает черная как у молодых, так и у старых.

Лапы диких кошек совершенно круглые, как у домашних. Они ходят нога в ногу, как лисицы; след их круглый, с ясными отпечатками мякишей пальцев, сходный с рысьим, только несколько меньше. Дикие кошки одарены острейшим зрением и тончайшим слухом; малейшие движения и едва произнесенный писк птички или мышки не скроются от промышляющей дикой кошки; зато обоняние их, в сравнении с другими зверями, слабо. Движения кошек весьма быстры, легки и грациозны; в этом они похожи на рысей, но в движениях кошек больше свободы; по деревьям они лазят удивительно быстро, а по полу бегают чрезвычайно скоро, но, так же как и рыси, скоро устают, почему на ровном месте легкие собаки скоро их догоняют. Лесные дикие кошки, пробежав несколько десятков сажен, обыкновенно заскакивают на деревья или прячутся в пустоты и расселины россыпей и утесов, но степные кошки в состоянии бежать от преследований собак долее, нежели лесные, и если не успеют заскочить в чьи-нибудь норы, то обертываются, ложатся на спину и жестоко защищаются чрезвычайно острыми когтями и зубами. Это же делают и лесные кошки, если они будут захвачены собаками на чистом луговом месте и не успеют заскочить на деревья. Одной собаке ни за что не задавить взрослой дикой кошки — она чрезвычайно живуща, как говорят простолюдины; и действительно, не видавши, трудно поверить, чтоб это животное, по-видимому нежное, тонкое, тщедушное, могло переносить страшные побои. Часто дикая кошка, раненная пулей, с торчащими из раны внутренностями, получив несколько тяпков от собачьих зубов и столько же полновесных ударов от охотника, облитая вся кровью, еще сердито защищается и не поддается освирепевшим собакам. Только смертельная рана в голову или грудь винтовочной пулей принудит дикую кошку упасть с дерева. Менее же вредная рана заставит охотника выстрелить в кошку еще раз, ибо она, полумертвая, падая с дерева от первой пули, успеет захватиться своими острыми крючковатыми когтями за ветви и, быть может, повиснет на воздухе, но все-таки не упадет на землю; если же она как-нибудь оборвется, то, упав на пол, никогда не ушибется, потому что она успеет в воздухе перевернуться из невыгодного положения и упадет всегда на ноги, а собравшись с силами, снова тотчас заскочит на дерево. Случается, что она, будучи ранена, полетит с дерева, успеет пойматься когтями за ветки, повиснет на них, держась иногда одним когтем, пропадет в таком положении и все-таки не упадет на землю.

Лесную дикую кошку труднее задавить собаками, но легче убить из ружья, нежели степную, ибо первая, завидя собак, тотчас старается скрыться в какую-нибудь щель, пустоту, глубоко забиться в трещину, залечь в выгара под корни больших дерев, заскочить на мохнатое дерево и прочее, тогда как широкая голая степь этих удобств не представляет, там одно спасение — скоро попавшаяся чужая или своя нора.

Дикая кошка, застигнутая собакою врасплох, тотчас храбро защищается: ложится на спину или садится на зад, прыскает и жестоко царапается; если же видит врага по своим силам, например молодую неопытную и боязливую собаку, то, чтобы скорее прогнать ее, сама еще с ожесточением бросается на своего врага и часто успевает в своем намерении.

Дикая кошка зла и отважна, при обороне не боится человека, почему к раненой кошке или растянутой собаками охотнику не следует подходить зря, тем более без всякой обороны. Голос диких кошек ничем не отличается от дворовых; они так же мяукают и урчат, как домашние, только как-то грубее и дичее. Во время течки, бывающей у них обыкновенно в феврале месяце и редко в первой половине марта, часто слышат их голоса, особенно по ночам, которые, раздаваясь по лесу, кажутся чем-то особенным, диким, волшебным, наводящим страх и уныние на робкую, а тем более суеверную душу… Не служили ли отчасти и эти дикие звери началом создания лесовиков и других мифических образов в пылком воображении суеверного простолюдина?! В здешнем крае дикие кошки держатся преимущественно около россыпей и утесов, в скармаках, как говорят некоторые промышленники, выражаясь туземно, в удалении от жилых мест. Они поселяются обыкновенно в расселинах утесов, в пустотах между плитами и валунами россыпей, в пещерах, а на ровных местах более в древесных дуплах; в степях же — по оврагам, в земляных трещинах и редко в тарбаганьих норах. Дикая кошка пуглива и недоверчива, а потому, почуяв хотя случайное приближение к ее гнезду, она тотчас переменяет место своего жительства и переселяется в другое, хотя иногда и неподалеку от первого; особенно она это делает в то время, когда у нее есть котята, которых она переносит в зубах, если они малы, или уводит, буде велики. Когда же она заметит, что человек только раз побывал около старого ее гнезда, как бы не имея злого умысла на ее шкуру, она иногда возвращается на старое пепелище.