Читать онлайн «История Кубанского казачьего войска». Страница 214

Лето Магомет-Амин провел у шапсугов, а в сентябре 1850 года прибыл в урочище Топкай на р. Белой. Отсюда он разослал приказание горцам о сборе ополчения между pp. Сераль и Уль. Всадники и пехота должны были запастись провиантом — по гарнцу жаренного в масле пшена и по три кружка сыра. Магомет-Амин предполагал двинуть ополчение в Карачай, чтобы привлечь карачаевцев на свою сторону. Для противодействия Магомет-Амину составлен был сильный отряд под командой полковника князя Эристова, направленный из Каменного моста на Зеленчуки. Так как Магомет-Амин с сильным ополчением находился в верховьях Белой и Лабы, то чтобы заставить горцев позаботиться о собственной защите, князь Эристов, в свою очередь, двинулся 8 октября с отрядом в верховья Лабы к Тамовскому аулу. Здесь у тамовцев и кизилбековцев, не вошедших в состав ополчения Магомет-Амина, но просивших помощи у наиба для защиты от русских, было истреблено заготовленное в копнах сено без всяких столкновений с горцами. И лишь при обратном движении отряда в укрепление Надеждинское на р. Урупе было несколько стычек русских с горцами.

В свою очередь тамовцы и кизильбековцы не давали покоя переселенным русскими на Уруп кабардинцам и башилбаевцам, заставляя их грабежами и насилием переселиться обратно в горы. Чтобы смирить тамовцев и кизилбековцев, в феврале 1851 года были посланы три сотни хоперцев под командой пристава горских народов подполковника Соколова в верховья Лабы. Здесь, в горных трущобах, с 6 по 18 февраля, в сильную стужу и по глубоким снегам, хоперцы разорили коши и зимовники горцев с их убогим хозяйством. Тамовцы и кизилбековцы отчаянно защищались, но казаки, с большими потерями с обеих сторон, выполнили сделанное им поручение.

В 1851 году особенно усиленно волновал горцев, соседних с Лабинской линией, Магомет-Амин. Распустивши слух о своем отъезде в земли шапсугов, он 15 марта возвратился тайно в свое мехкеме на р. Пчах. Собранным здесь войскам из горцев он приказал взять провизии на 2 недели, чтобы произвести поход на одну из станиц по р. Лабе. В действительности же Магомет-Амин имел в виду совершенно другие цели. На рр. Большом и Малом Тегенях и по Урупу жили бесленеевцы, хотя и считавшиеся покорными русским, но на самом деле, благодаря диким местам и нахождению вдали от Кордонной линии, содействовавшие во всем враждебным России горцам. С Магомет-Амином они находились в явных сношениях и два раза присягали ему. Магомет-Амин имел в виду этих бесленеевцев. Русское правительство полагало переселить их на Уруп, ниже устья реки Большого Тегеня, но не привело в исполнение этого плана. Русские военные власти предполагали, что Магомет-Амин воспользуется этими горцами для возмущения закубанских кабардинцев и башилбаевцев, а сам проникнет в Карачай.

Чтобы помешать в этом Магомет-Амину, всем войскам, расположенным в верхней части Лабы, приказано было двинуться форсированным маршем в станицу Вознесенскую, а войскам, находившимся в нижних частях Лабы и Кубани, собраться в одной из лабинских станиц для обеспечения хатукаевцев, живших в нижних частях р. Белой. В то же время генерал Евдокимов известил бесленеевцев, что к ним будут двинуты войска против Магомет-Амина.

С 16 марта Магомет-Амин, отделивши партию около 500 человек под командой Кара Батыра Занова и Темиргоевского князя Карбека Болотокова, посланных к хатукаевцам, сам с 2000 человек направился к бесленеевцам. Узнавши о движении русских против него, он стал стягивать свои силы на урочище Кеналь, к вершине р. Псефира, а 400 человек конницы под начальством Кизилбекского султана расположил в вершинах р. Кунш.

Евдокимов 18 марта, с отрядом из трех батальонов пехоты, 8 сотен конницы и 6 орудий, двинулся к бесленеевцам на Тегени. Для обороны верхних лабинских станиц был составлен особый отряд из 600 конницы при двух орудиях, под командой полковника Волкова, и расположен у станицы Чамлыкской. В станице Урупской были сосредоточены 4 сотни Кубанской бригады и 4 сотни Ставропольской, при двух орудиях, под командой полковника Войцицкого, в 15 верстах возле аулов урупских султанов для охраны их. В Баталпашинском участке приготовлены были четыре сотни казаков 5-й бригады, с двумя конными орудиями и 200 человек милиции.

Первый отряд выступил из станицы Вознесенской и, пройдя 60 верст, спустился с Джельтемесских высот к бесленеевским аулам. Надеясь на скорое прибытие Магомет-Амина, бесленеевцы не вышли даже навстречу русским войскам. Сюда же явился и Евдокимов со своим отрядом. Собравши бесленеевских старшин 20 марта, он объявил им, что дает один день на сборы имущества для переселения на Уруп. Сначала старшины пытались, под разного рода предлогами, затормозить переселение. Когда же Евдокимов приказал войскам, чтобы они показали вид, что собираются произвести нападение на бесленеевцев, — все аулы покорились и начали свозить имущество в назначенное место. Марта 22-го бесленеевцы под охраной русских войск передвинулись с Тегеней на Уруп, а с 25 по 26 марта они спустились вниз по Урупу и разместились по правому берегу его на протяжении 20 верст ниже Урупской станицы. Когда Магомет-Амин хотел броситься с горцами на Уруп, чтобы захватить те аулы бесленеевцев, которые не имели защиты из русских войск, то встретил здесь заранее сформированный особый отряд. Тогда Магомет-Амин, распустивши милицию, сам с 3000 конницы двинулся вниз по р. Ходз к станице Лабинской, но узнавши о присутствии там отряда Волкова из двенадцати казачьих сотен, он не решился переправиться через Лабу и распустил горцев по домам.

Так были переселены 18 аулов бесленеевцев с Тегеней на Уруп.

Но в свое время Магомет-Амин сумел привлечь на свою сторону других мирных горцев. С 16 на 17 марта он успел собрать хутакаевцев, живших в устьях р. Лабы, и переселить их обратно на р. Белую в места прежнего их пребывания.

Не хотел мириться Магомет-Амин и с переселением бесленеевцев на Уруп. В апреле он собрал 5000 всадников и решил при помощи их силой перевести бесленеевские аулы с Урупа в горы. Начальнику Лабинской линии полковнику Волкову удалось вовремя узнать о намерениях наиба и оповестить об этом Линию. Против ополчения Магомет-Амина были двинуты два сильных отряда — лабинский полковника Волкова и баталпашинский г.-м. Эристова. Последний двинулся для соединения с Волковым от Баталпашинска к Зеленчукам. По пути хоперцы, несшие в этом отряде разведочную службу, 3 мая разбили наголову небольшую партию горцев и отняли у нее транспорт с просом и имуществом, принадлежавшим ополчению Магомет-Амина. К 12 мая отряд князя Эристова был уже в Ахметовском укреплении на Лабе.

Но на этот раз Магомет-Амин обманул бдительность русских военачальников. Несмотря на близость отрядов князя Эристова и полковника Волкова, он ночью с 12 на 13 мая пробрался с ополчением на Уруп и вечером 13 мая занял своими силами бесленеевские аулы. В следующую ночь бесленеевцы, по приказанию Магомет-Амина, собрали свое имущество и, уложивши его на арбы, двинулись в горы. Волков и Эристов упустили этот момент и бросились в погоню за скопищем Магомет-Амина.

Ночью 14 мая отряд Волкова, преследуя Магомет-Амина, остановился на ночлег на левом берегу Урупа. Утром 14 мая обнаружилось, что на правом берегу Урупа находилось ополчение Магомет-Амина и переселенческий обоз бесленеевцев. На протяжении 6 верст вверх по Урупу шли параллельно горцы по правому берегу реки и русские по левому ее берегу. Но затем Магомет-Амин, выделивши 3000 всадников, направил их против отряда Волкова. Горцы перешли Уруп и бросились на русский отряд с такой силой, что, казалось, одним уже этим натиском была решена их победа. С шашками в руках они проникли в отряд и рубили даже артиллерийскую прислугу. Началась отчаянная битва. Русские, оправившись, пустили в дело артиллерию. К полудню им удалось задержать стремительные атаки черкесов. В это время к месту действия подошел отряд князя Эристова.

Сражение приняло иной оборот. Князь Эристов всех своих казаков направил во фланг неприятеля, а пехоте и артиллерии приказал действовать усиленным огнем. Атаку кавалерии Эристова поддержал своей конницей Волков. Горцы не устояли перед стремительной атакой казаков, дрогнули, смешались и обратились в бегство. Началось преследование бегущего неприятеля. Поражение было полное и результаты боя небывалые в этих местах. Русские потеряли до 600 человек убитыми и ранеными, а горцы только на месте боя оставили до 1500 неубранных трупов. Сам Магомет-Амин ушел после этой бойни в Кабарду, и бесленеевцы снова были водворены на свои прежние места по Урупу.

Поражением ополчения Шамиля на Урупе дело, однако, не окончилось. В сентябре была организована экспедиция из пяти сотен 1-го и 2-го хоперских полков с двумя орудиями под начальством полковника Васмунда для наказания горцев, участвовавших в ополчении Магомет-Амина. Так как главную массу ополчения составляли абадзехи, то во владения их на р. Марух и направлен был отряд. Экспедиция продолжалась до 21 октября и занята была уничтожением запасов хлеба и сена. Эта реквизиционная мера широко практиковалась русскими войсками в пределах всей Кубанской линии, т. е. как в Черномории, так и на Старой Линии. Дело не обошлось без сражений. Победителями оказались хоперцы.