Читать онлайн «Величайший позор Британии. От Дюнкерка до Крита. 1940—1941». Страница 74

По счастью, большая часть германской авиации была в этот день сосредоточена против Гераклиона либо уже переключилась на цели вне Крита. В то же время основные силы немцев двигались к Георгиополису южной дорогой вдоль побережья, через Вамос, и поэтому просто не встретили противника. Поэтому прикрытие из состава «Лэйфорс» наконец-то смогло удержать свои позиции до темноты.

Пока сохранившие управление арьергардные части сражались на дороге к Аскифону, отступление основной массы британских войск через горы к Хора-Сфакиону превратилось в повальное бегство. Вот как описывает его лейтенант Стефанидес:

«Я задавался вопросом, не правильнее ли будет назвать это бегством? Со всех сторон люди поспешно отступали в полном беспорядке. Большинство их бросило винтовки, часть далее скинула мундиры, поскольку день был очень жаркий… Почти каждый ярд дороги и канав по обе стороны от нее были усыпаны оставленным орудием и снаряжением, одеялами, противогазными масками, пакетами, вещмешками, пробковыми шлемами, ящиками и контейнерами всех форм и размеров, консервными банками и короб-коми с магазинами или ручными гранатами; время от времени мы шагали прямо по офицерским саквояжам и распахнутым чемоданам»[186].

В полутора километрах от Аскифона, около Кадири, где начинался крутой подъем в горы, саперы поторопились взорвать дорогу в ущелье до того, как по ней прошли все войска, чем сильно затруднили продвижение арьергардов. Тем не менее в ночь на 29 мая основные силы отходящих от Суды бригад сосредоточились в долине Аскифон, готовясь на следующий день преодолеть перевал у Имвроса, за которым начинался южный берег Крита.

В районе Гераклиона с утра 28 мая немецкие транспортные самолеты вновь сбрасывали парашютистов и снаряжение восточнее города, а бомбардировщики целый день атаковали сам город и позиции британских войск вокруг него. Однако никаких наземных атак немцы не предпринимали, что позволило гарнизону Чеппела беспрепятственно проводить подготовку к эвакуации. Солдаты уничтожали технику и минировали склады, офицеры прорабатывали маршруты и графики отхода к причалам. Разница с тем, что творилось в районе Суды, была разительной.

В 6 утра (по Лондону) из Александрии вышло соединение «В», командиром которого был назначен вице-адмирал Роулингс, — три крейсера («Орион», «Аякс» и «Дидо») и 6 эсминцев («Дикой», «Джакел», «Империал», «Хотспур», «Хируорд» и «Кимберли»). Задачей отряда было снять войска из Гераклиойа — то есть пройти в Эгейское море. В 17 часов в 90 милях от Скарпанто отряд был атакован вражескими бомбардировщиками, всего моряки зафиксировали 10 налетов силами до 9 самолетов в группе. Результативность была невысокой (возможно, потому что в основном действовали итальянцы), лишь около девяти вечера «Аякс» был поврежден близким разрывом бомбы. Узнав об этом, Каннингем приказал отозвать крейсер на базу. Кроме того, незначительно пострадал от близких разрывов бомб эсминец «Империал».

В 23.30 по лондонскому времени эскадра прибыла к Гераклиону. Роулингс решил не вводить крейсера в гавань, а перевозить эвакуируемых с помощью эсминцев. Позднее он мотивировал это решение свежим ветром, затруднявшим швартовку — хотя после полуночи ветер вообще стих.

К сожалению, расположение пирса в гавани Гераклиона (поперек бухты) позволяло крупным кораблям подходить к нему только с внешней стороны. Поэтому для ускорения приема войск эсминцы швартовались к пристани попарно, борт к борту, сначала загружались внешние корабли. Длины причала хватало только на два корпуса, поэтому последняя пара отшвартовалась позднее, когда первые две освободили причал.

На берегу погрузка была организована великолепно благодаря профессиональным действиям как сухопутного командующего бригадного генерала Чеппела, так и командира базы кэптена Макдональда. Для прикрытия фронта были заранее подготовлены арьергарды, которые вскоре после полуночи отошли на вторую линию обороны, сократив фронт. Всего на корабли было принято около 4000 человек — что в два раза превышало численность «боевых войск». Заметим, что кроме солдат и британского персонала эвакуировать отсюда было некого, то есть практически все вывезенные являлись военнослужащими. Эсминцы приняли в среднем по 450 человек, «Орион» — 1090 человек, «Дидо» порядка 500.

Конечно, без накладок не обошлось даже здесь: в суматохе забыли эвакуировать военный госпиталь, о чем честно упоминает в своей работе Томас со ссылкой на рапорт кэптена Макдональда. Не исключено, что здесь имеется в виду перевязочный пункт в Кноссе, захваченный немцами 26 мая. Видимо, именно в этом госпитале немцами был захвачен раненый британский консул Пендлбери, умерший несколько дней спустя. Кроме того, не удалось снять части «Черной стражи», отрезанные на дороге в Худезион южнее Кносса.

Греческие войска вообще не были информированы об эвакуации и не включены в ее план. Официальным объяснением этому была активность немцев на занимаемом ими участке, из-за которой отвести греческие части с передовой здесь было просто невозможно. Неофициально объяснение давалось другое: из-за плохой подготовки греческие подразделения не смогли бы действовать так же четко, как британские солдаты, и своей неорганизованностью нарушили бы выверенный как часы план погрузки. Однако реальной причиной была третья: «В любом случае суда не могли взять намного больше войск», — пишет Кэвин Лонг.

Увы, это неправда. На крейсерах еще оставалось место как минимум для полутора тысяч человек — «Дидо» вообще ушел недогруженным, принял на борт людей не больше, чем эсминец. Если бы Роулингс сначала отшвартовал в гавани крейсера (как это предполагалось первоначальным планом), а затем уже начал погрузку войск на эсминцы, он, во-первых, существенно сократил бы время погрузки (не пришлось бы использовать эсминцы в качестве «извозчиков»), а в случае задержки мог бы оставить в гавани один или два эсминца для приема отставших, не рискуя остальными кораблями. Да, в таком случае (и только в таком!) эти эсминцы подвергались более существенному риску — но корабли затем и вышли в этот рейс, чтобы рисковать ради спасения людей!

Однако британские командиры решили спасать только своих — бросив союзников на произвол судьбы. Генерала Чэппела можно было бы уважать за блестящую оборону Гераклиона, но предательство союзников перечеркивает эти заслуги. Впрочем, у британской империи ведь нет постоянных союзников, а есть только постоянные интересы…

Отвод английских войск прошел незамеченным для немцев — отчасти потому, что греческие подразделения продолжали сражаться еще какое-то время. Однако парашютисты Бройера отметили активность в гавани, а на следующий день обнаружили отсутствие противника. К полудню 29 мая они без противодействия заняли аэродром и пустой город. По немецким данным, было взято около 500 пленных и освобождено две сотни своих пленных солдат. Остатки греческих войск количеством до тысячи человек отошли на восток от Гераклиона и тоже вскоре капитулировали. Еще от 500 до 1000 греков либо переоделись в гражданскую одежду, либо ушли в партизаны.

Вечером того же дня итальянские корабли наконец-то высадили давно ожидаемый десант в бухте Сития. Для этого был сформирован отряд из нескольких небольших транспортов в сопровождении 5 миноносцев и группы торпедных катеров, вышедший с Родоса во второй половине дня 27 мая. Усиленный итальянский пехотный полк (28-й) без противодействия англичан занял восточную оконечность острова вплоть до бухты Малеа. Другая группа итальянских торпедных катеров в тот же день прибыла в бухту Суда.

В Ретимноне все завершилось еще более печально. После занятия немцами Суды в ночь с 27 на 28 мая сюда был отправлен отряд подполковника Виттмана, созданный на основе 95-го горно-артиллерийского полка. В него вошли 4-й горно-артиллерийский батальон полка, 95-й разведывательный батальон, 55-й мотоциклетный батальон, два взвода 95-го противотанкового батальона, один взвод тяжелого пехотного оружия из 100-го горного полка, парашютно-артиллерийская батарея и саперный отряд[187]. Сюда же были включены два танка Pz.III из 2-й роты 31-го танкового батальона, выгруженные в бухте Кания

27 мая — первый крупный груз, доставленный на Крит морем. Однако сильное сопротивление арьергардов 19-й новозеландской бригады в Мэг-Хорафии остановило продвижение немцев, и возобновить марш на Ретимнон Виттман смог только после того, как днем

28 мая части 5-й горнострелковой дивизии заняли Вамос. В результате немецкий отряд достиг Ретимнона только в полдень 29 мая. Здесь он разгромил сильный греческий отряд и к вечеру соединился с частями капитана Видемана около Периволии. Утром 30 мая эти войска совместно атаковали австралийцев в районе аэродрома и принудили их к капитуляции. В 8.30 по берлинскому времени отряд Виттмана соединился с группой майора Кроха.