Читать онлайн «Войны античного мира: Походы Пирра». Страница 100

52

Фокида — область, на территории которой находилось Дельфийское святилище. В 356 г. во время обострения отношений с Фивами фокидяне разграбили храм и, используя полученную добычу, создали первоклассную армию, значительную часть которой составляли наемники, в том числе из Спарты. Общегреческим постановлением Фокиде была объявлена Священная война. В ней приняли участие Фивы, некоторые города Средней и Северной Греции и, что важно, Филипп Македонский, впервые открыто вмешавшийся в греческие дела. Окомарх, знаменитый полководец фокидян, разгромил фиванцев, а затем — дважды — Филиппа. Однако в 353 г. на Крокусовом поле в приморской Фессалии Филипп разгромил фокидян. Труп погибшего в битве Ономарха Филипп приказал распять, а 3000 пленных — утопить.

Подобное отношение к фокидянам сохранялось в течение всей войны. Однако, даже воюя против половины Греции, те держались до 346 г, а по условиям капитуляции их армия во главе с сыном Ономарха Фалеком получила право свободно уйти из Фокиды. Фокидские наемники направились в Спарту. Именно они составили ядро войска Архидама.

Рим, судя по всему, мог «добить» самнитов уже во время этой воины, но орды Клеонима внушили опасения его политикам, поэтому они предложили самнитам относительно мягкие условия.

Как раз к этому моменту в будущем Вечном Городе были ликвидированы последствия очередного социального взрыва. В 287 г. плебейское ополчение, мечами которого были одержаны все недавние победы, «вышло» из Рима и, переправившись на другой берег Тибра, заняло холм Яникул. Плебеи посчитали, что их права народных собраний и выборов были нарушены сенаторами. Срочно назначенному диктатору Квинту Гортензию удалось найти решение, удовлетворившее обе стороны.

Великие Дионисии праздновались в конце февраля (по современному исчислению месяцев), а новый год начинался у греков 1 марта. Таким образом, захват римской эскадры следует датировать на 282, а началом 281 г.

Следовательно, тарентинцы наносили удары таранами — то есть все признаки морского боя налицо. Этого не произошло бы в случае, если бы греки просто взяли штурмом пришвартованные к пристани суда.

По сути Метон повторял аргументы Кинея (см. выше)..

Вероятно, в течение 280–279 гг., то есть до начала галатского нашествия, в Италию переправлялись новые отряды, выделенные Керавном. По крайней мере, слоны у Пирра имелись даже в 275 г, хотя именно этот род войск обычно выбывал в первую очередь.

Еще одна фантастическая деталь, заставляющая сомневаться во всей истории драматической переправы Пирра в Италию.

«Обход во времени» в случае Канн будет заключаться в сознательном удерживании от участия в бое на первом его этапе двух колонн тяжеловооруженных африканских солдат, которые дождались, пока масса римских легионеров «промяла» строй галлов и иберов, а затем нависли над ее флангами.

Всадники, приданные каждому легиону, делились на 10 «взводов»-турм по 30 кавалеристов в каждой.

По крайней мере, наручи, особенно прикрывающие правое предплечье, в архаическое время были популярны в Этрурии и Лациуме.

10 человек в шеренге — это данные по легиону времен Полибия, то есть II в., когда манипулы гастатов и принципов были вдвое больше. Возможно, во времена Пирра во фронте манипула стояло 5 человек — дабы имелась достаточная глубина построения.

Греки также стремились испрашивать совета высших сил перед началом сражения, так что римляне не были исключением. Правда, эллины предпочитали более жестокий способ: используя практику этрусских гаруспиков, они гадали по печени жертвенных животных. Плутарх рассказывает, что во время битвы при Платеях (479 г.) спартанцы продолжительное время терпели обстрел со стороны персов только потому, что печень животных, заколотых их предводителем Павсанием, не была чистой. Лишь когда к ставке командующего прорвалось несколько конных варваров и окружение полководца было вынуждено отбиваться от них палками (ведь боги все еще запрещали брать в руки оружие!), Павсанию попалось здоровое животное.

Так утверждает Фронтин. Тит Ливий и Дионисий Галикарнасский говорят о «цивилизовнной» казни через усекновение головы.

Знаменитые «римские орлы» стали знаками легионов ко временам Гая Мария. До этого значками могли быть медведь, бык и даже Минотавр — наследие тотемных покровителей племен, из которых образовался римский народ.

Как один из вариантов можно предположить ложное отступление, в сторону от брода, чтобы до переправляющихся легионов могли добраться фалангиты. По крайней мере, Плутарх всячески хвалит Пирра за его управление конницей, но чуть ниже говорит, что римляне заставили врага отступить. Возможно, притворное отступление врага римская историография предпочла расценить как свой успех.

Августин Блаженный сохранил оракул в ином варианте «Dico te, Pyrre, vincere posse Romanos», который, правда, по существу не отличается от первого. Другое дело, что вся эта история может быть мистификацией: Пифия давала оракулы только на греческом, а еще Цицерон утверждал, что ни в одном греческом сборнике оракулов такого предсказания нет.

Спустя 59 лет тот же маневр повторит Ганнибал, который попытается выманить римскую армию из ее укрепленного лагеря под Капуей.

Известно, что знаменитый «баррит» — крик, подражающий реву слонов, легионеры стали использовать только во времена Пунических войн, так что остается гадать о том, каков был их боевой клич осенью 280 г.

Римляне относились к людям ученым настороженно даже во времена расцвета своей культуры. Философов, например, неоднократно изгоняли из Италии, причем вместе с астрологами. Для указа об изгнании было достаточно того факта, что и те и другие наблюдают за звездами. При этом не принимали в расчет, что астрологи смотрят на небеса, гадая о будущем императора, а философы — ради занятий астрономией.

Перевод Н. В. Брагинской.

Эта цифра не должна нас удивлять: Рим «расплодился» к тому времени в достаточной степени, чтобы выставить значительную полевую армию. Помимо самого Вечного Города по всей Италии было разбросано большое количество римских колоний, где также происходил набор новобранцев. В 276 г. во время очередной переписи было установлено, что число римских граждан (то есть совершеннолетних свободнорожденных мужчин) насчитывает 271 000 человек. Через 50 лет, перед битвой при Каннах, уже после нескольких поражений, в том числе гибели одной из консульских армий близ Тразименского озера, Рим был в состоянии выставить 16 легионов.

Часто подвергают сомнению использование римлянами при Аускуле подобных колесниц. Поскольку устройство мачты с крюком напоминает будущие абордажные мостики на римских кораблях, все это описание считают более поздней фантазией, где смешались старинные легенды и вошедшие в обиход во время I Пунической войны «вороны». Однако III столетие было временем инженерной выдумки, и римляне, знакомые с большими кельтскими колесницами, вполне могли придумать что-нибудь подобное. А уже потом флот Гнея Корнелия Сципиона (морская кампания 260 г.) был снабжен абордажными мостками, схожими с изобретением Деция и Сульпиция.

Известно, что, в отличие от Македонии, Фессалии, Этолии и других областей Северной и Средней Греции, Эпир не пострадал от галатского нашествия. Возникает подозрение, что между кельтами-галлами Северной Италии и балканскими кельтами-галатами существовала какая-то координация действий. Последние специально не тревожили владения Пирре, поскольку тот воевал с Римом, смертельным врагом галлов.

Вторжение карфагенской армии на Сицилию однозначно было скоординировано с походом персидского Ксеркса в 480 г. на Элладу. «Атлантисты» карфагеняне были стратегическими союзниками «евразийцев» персов со времен Кира Древнего, освободившего иудеев и финикийцев из вавилонского пленения. Персидские государи поддерживали прекрасные отношения с финикийскими городами, в том числе Тиром, метрополией Карфагена.