Читать онлайн «Пёрл-Харбор: Ошибка или провокация?». Страница 66

Период «упадка» усугубил и еще одну проблему, свойственную американскому флоту. Демократический, а отсюда часто сменяемый характер власти в Соединенных Штатах до определенной степени негативно влиял на строительство военно-морских сил. Дело в том, что массовая закладка кораблей происходит при одном президенте или в случае войны, а следующий может вообще не интересоваться флотом. Время с 1918 по 1933 г., когда на смену летаргии приходило интенсивное строительство, яркий тому пример. Американцы не умели долго придерживаться методичной и хорошо продуманной программы. В результате американские ВМС пополнялись большими сериями однотипных кораблей. И все эти суда устаревали одновременно, как следствие, США были вынуждены тратить громадные суммы на замену значительной части флота, вместо того чтобы менять по одному — два в год. Кроме того, подобная серийность клонировала конструктивные ошибки. Когда однотипные корабли строятся в соответствии с пролонгированной программой, то первые суда успевают пройти испытания и прослужить несколько лет к тому моменту, как будет заложен последний. Это дает возможность еще на стапелях вносить изменения и улучшения в проект. Таким образом, лишь один-два корабля серии будут страдать детскими болезнями, в то время как их младшие собратья — нет. Но это не про американский флот. Для наглядности можно привести следующую таблицу:

Из вышеприведенных данных мы видим, что американская серийность значительно превышала сходный японский показатель. Неудивительно, что конструкторы утрачивали опыт, появлялись дефекты. Так, американские «пенсаколы» 1926 г. имели низкий борт, были подвергнуты сильной качке на море, вибрация корпуса была чрезвычайно сильной. Конечно, ряд доводок и спешных модернизаций до известной степени свел эти проблемы на нет. На кораблях последующих серий они уже не проявились, но выявились новые, ранее неизвестные — причем на всех сразу.

Свежий ветер подул лишь со сменой администрации. Новый хозяин Овального кабинета Ф.Д. Рузвельт — бывший зам военно-морского министра, человек, строивший флот во время Первой мировой войны, любил свое детище. Он считал, что действительно разбирается в морской проблематике. Да и на рыбалку он любил ходить на военном крейсере. Не успел новый президент обжиться в Белом доме, как обнаружил подарок, который ему оставили его предшественники, между прочим, политические конкуренты. Америка могла строить флот, строить в рамках договоров об ограничении морских вооружений. Рузвельт не мог пройти мимо, уже в 1933 г. он затребовал у конгресса ассигнований на сумму в 238 млн. долларов — колоссальные по тем временам деньги. Интернационалист внутри, он в тот момент и не думал о новой гонке вооружений или о строительстве современного флота, возможно, подобные мысли и имели место, но далеко не приоритетное. 32 корабля, в основном на замену, которые предполагалось построить, в тот момент для него были не более чем рабочими местами. Кризис, депрессия и безработица — вот термины, которыми описывают экономики Америки тех лет, и корабли были одной из множества «веревок», которыми Рузвельт собирался вытянуть страну. Конгресс проголосовал «за».

В 1934 г. через конгресс прошел акт Винсона—Трэммела, который законодательно утверждал увеличение флота до размеров, предписанных Вашингтонским и Лондонским договорами. В действительности принятие закона еще не означало отпуска средств на его реализацию. Деньги выделялись довольно скупо, их хватало исключительно на необходимую замену устаревших кораблей. Действительного увеличения корабельного состава флота не происходило. Нижеследующая таблица показывает изменение состава ВМС США с 1924 по 1934 г.

Таким образом, за 20-е гг. американский флот не только устарел, но и количественно уменьшился. Наверное, единственный положительный сдвиг, произошедший в американском флоте со времен Вашингтонской конференции, был численный рост офицерского корпуса. Он составил примерно 25% — с 4 700 человек в 1924 г. до 5 800 в 1934 г.[580] Естественно, определенная модернизация, последовавшая в результате акта Винсона—Трэммела, положительно сказалась на ВМС.

Но куда более значимым было то, что этот закон стал началом новой морской политики администрации Ф.Д. Рузвельта. Прежде всего, она выражалась в стремлении президента довести мощь американских военно-морских сил до договорных параметров. Усилить морскую авиацию. Последнее, кстати, выразилось и в постоянном увеличении выпуска летчиков из училищ. Если в 1933 г. этот показатель составлял 138 человек, то в 1934 г. — всего 35. Однако уже в 1935 г. в училищах было подготовлено 100 пилотов, в следующем — 212, а еще через год выпуск достиг рекордной цифры в 527 человек[581]. Тем не менее Рузвельт по-прежнему воспринимал строительство флота как средство для вытягивания страны из экономической клоаки. Военная составляющая здесь была минимальна. Куда важнее для президента было установить жесткие рамки для промышленников, выполнявших заказы правительства. Он попросту установил максимальный размер прибыли, который могли получать судостроительные компании при выполнении контрактов. Десять процентов — это все, что досталось промышленникам, прибыли, превышавшие этот предел, необходимо было вернуть в казначейство.

Количество в 1924 г. / Количество в 1934 г.

Линейные корабли — 18 / 15

Авианосцы (первая линия) — 0 / 3

Авианосцы (вторая линия) — 1 / 1

Тяжелые крейсера (первая линия) — 0 / 14

Тяжелые крейсера (вторая линия) — 5 / 0

Легкие крейсера (первая линия) — 8 / 10

Легкие крейсера (вторая линия) — 3 / 0

Эсминцы — 103 / 102

Минные заградители — 8 / 4

Подводные лодки — 80 / 53

Канонерские лодки — 9 / 8

Вспомогательные суда — 52 / 30

Всего — 291 / 241

В 1936 г. рухнули ограничения Вашингтонского договора. Ведущие мировые державы стремглав окунулись в новый виток гонки вооружений. На верфях в различных частях света работа закипела с давно уже забытым напряжением. Продолжать прежнюю политику медленного развития и модернизации своих военно-морских сил Вашингтон уже не мог. Белый дом рисковал остаться с коллекцией устаревших блокшивов, а не боеспособными ВМС. В военно-морском министерстве ярко сознавали возможные последствия, к счастью для моряков, морские комитеты сената и палаты представителей также видели нерадужную альтернативу.

1937 г. стал родоначальником коренного пересмотра морской политики в США. Все три органа смогли найти компромисс, несмотря на сильную изоляционистскую оппозицию проектам увлечения флота. 30 июля обе палаты конгресса утвердили закон о выделении 50 млн. долларов на строительство шести вспомогательных судов. В военном отношении это был серьезный шаг вперед, в ВМС США практически отсутствовали танкеры, транспортные корабли и другие суда обеспечения. Но этого было мало...

Дело, конечно, сдвинулось с мертвой точки, но заданная скорость была поистине черепашьей. Изоляционисты в конгрессе продолжали почивать на лаврах. Многим казалось, что американские ВМС представляют собой действительную силу, в то время как в действительности «с конца Первой мировой войны Соединенные Штаты пытались играть роль первоклассной мировой державы с третьеклассными вооруженными силами»[582]. Только в 1938 г., когда ситуация в мире накалилась настолько, что стал очевидным вектор дальнейшего развития международных отношений — мировая война, в Соединенных Штатах вновь вернулись к вопросу укрепления флота. 17 мая 1938 г. был принят закон об увеличении количества боевых кораблей на 23%, самолетов морской авиации — с 2 050 до 3 000 штук и строительстве 26 вспомогательных кораблей. Кроме того, выделялось 15 млн., которые президент мог потратить на нужды флота по своему усмотрению[583]. Этот акт стал фактически первым шагом по приведению американских ВМС к договорным размерам. Также в 1938 г. был принят закон об увеличении офицерского корпуса военно-морского флота и морской пехоты. Предполагалось создание резервов ВМС (как для флота, так и для морской пехоты), причем набор в эти структуры не ограничивался. Военно-морское министерство получило серьезный рычаг для развертывания флота в случае войны.

Несмотря на эти, безусловно, положительные изменения, действительная картина отношения политических сил к увеличению флота мало чем отличалась от 20-х гг. Изоляционисты по-прежнему занимали большую часть кресел в Конгрессе. Эти законы явились скорее исключением, подтверждающим правило, нежели устойчивой тенденцией. В сенате против них голосовало 28 человек, в палате представителей — 100. Оппозиция считала, что нет смысла увеличивать флот, пока не существует реальной угрозы для безопасности США. Слабо разбиравшиеся в военных вопросах конгрессмены как-то не брали в расчет, что на строительство одного, даже небольшого военного корабля уходит минимум полтора-два года. Думается, многие считали, что промышленная мощь страны — это такая волшебная палочка, по мановению которой в одночасье морские просторы начнут бороздить новейшие линкоры, авианосцы, крейсера и субмарины.