Читать онлайн «Пёрл-Харбор: Ошибка или провокация?». Страница 42

Кажущийся провал первой миссии вполне укладывался в японские планы и пессимизма в Токио не вызвал. Наоборот, прием в Белом доме говорил о вполне позитивном настрое Вашингтона. Принц Коноэ сделал следующий шаг в означенном направлении. В американскую столицу был послан новый посол — адмирал Номура Катисабуро. Бывший военно-морской деятель, он выглядел той единственной фигурой, которая могла навести мосты над пропастью, разделявшей позиции Вашингтона и Токио. Адмирал был известен как яростный противник тройственного пакта и прогерманской политики в целом. Такое назначение могло быть расценено в Америке лишь как исключительно искреннее желание Имперского правительства добиться компромисса и потепления отношений между двумя странами.

23 февраля в Вашингтоне новый посол вручил свои верительные грамоты Ф. Рузвельту. Адмирал и госсекретарь в последующие несколько недель неоднократно встречались для неофициальных бесед. Интересный термин — ведь в дипломатии неофициального нет ничего. Позиции сторон были сверены и обнаружено, что базис для компромисса имеется.

8 марта началась официальная часть преговоров. Уже во время первой беседы с Хэллом Номура заявил, что Имперское правительство не имеет намерений развязывать войну с США ввиду разрушительных последствий, которые она повлечет. В то же время японский посол заявил, что Япония будет вынуждена перейти к экспансии в Тихом океане, если США продолжат политику введения экономических санкций. Таким образом, японская позиция была обозначена, требовался ответ Вашингтона.

Рузвельт же по-прежнему искал способ отколоть Японию от Германии. 14 марта во время встречи с Номура он затронул вопрос о заключении тройственного пакта. «С любой точки зрения, — говорил президент, — эта акция противна интересам Японии; Гитлер будет править любой страной, если только получит возможность, так, как он сейчас управляет Италией и другими странами, которые доверяют ему»[384]. В Овальном кабинете вновь появилась надежда на то, что Японию удастся отколоть от гитлеровского блока.

9 апреля Номура предложил «проект японо-американского взаимопонимания» — проект урегулирования, разработанный в Токио. Вашингтону предлагалось признать Манчжоу-го и побудить правительство Чан Кайши приступить к переговорам с Японией, кроме того, Соединенные Штаты должны были признать «оборонительный характер» тройственного пакта. В свою очередь, Япония соглашалась восстановить принцип «открытых дверей» в Китае и вывести войска из страны. 16 апреля Хэлл предоставил американские контрпредложения: 1) уважение территориальной целостности и суверенитета всех государств, 2) невмешательство во внутренние дела других государств, 3) равные торговые возможности, 4) изменение статус-кво на Тихом океане только мирными средствами[385].

Таким образом, американская дипломатия стремилась загнать Токио в тиски договора с тем, чтобы, даже не расторгая тройственного пакта, Япония не могла влиять на мировую расстановку сил. Учитывая возможность продолжения гитлеровской агрессии на Восток — против России (количество информации о подготовке нападения все возрастало), в Белом доме предчувствовали новое коренное изменение ситуации и стремились поставить Японию в довольно жесткие условия. В тот момент казалось, что расколоть тройственный блок вполне реально, из докладов Грю следовало, что Германия была крайне недовольна тем, что Япония пошла на переговоры с США и требовала от Токио немедленного разрыва дипломатических отношений с Вашингтоном[386]. Появление противоречий между Германией и Японией подтверждали и радиоперехваты. Появилась реальная надежда на раскол «оси».

18 апреля состоялось совещание японского кабинета, на котором было принято решение дать принципиальное согласие на американские предложения, тем не менее этот шаг предполагался лишь как маневр, т.к. принимать четыре пункта Хэлла за основу японо-американского урегулирования в Токио представлялось невозможным. Кроме того, было решено, что тройственный пакт и японо-германские отношения не должны пострадать в результате переговоров в Вашингтоне.

В действительности японский кабинет лишь стремился получить нормальные торговые отношения и нейтралитет от США, в то время как сам не собирался идти на какие-либо значимые уступки. 3 мая было принято предложение министра иностранных дел Мацуока о подписании с США пакта о нейтралитете. В соответствии с данным решением Номура получил предписания, в которых говорилось, что посол должен довести до сведения американского правительства то, что вмешательство США в европейскую войну лишь приведет к ее затягиванию и что Япония не предпримет действий, ущемляющих интересы ее союзников по тройственному пакту. Номура поручалось выяснить возможность заключения пакта о нейтралитете с США. 7 мая в беседе с Номура Хэлл заявил, что в США предпочитают заключить не пакт о нейтралитете, а «пакт о взаимопонимании»[387]. То есть США давали понять, что не намерены гарантировать японскую агрессию и собираются оставить руки свободными.

Принц Коноэ на другом берегу Тихого океана также находился в сложной ситуации. Его страна находилась в страшнейшей экономической зависимости от США, война в Китае превратилась из легкой прогулки в затяжной конфликт, в пат, выхода из которого не было видно. Из Берлина одна за другой сыпались телеграммы с настойчивыми просьбами развернуть боевые порядки против Англии, взять Сингапур. Но в условиях тогдашней политической ситуации в Токио отказаться от тройственного пакта, встать в русло американской политики и уйти из Китая означало верное самоубийство. Неудивительно, что Коноэ стремился найти компромисс с США, но он был ограничен слишком большим количеством факторов и на кардинальное изменение политики пойти не мог — «ястребы» в правительстве слишком наседали. Премьер-министр мог полагаться лишь на доклады Номура да на собственное видение ситуации. Он решил продолжать переговоры с Вашингтоном, но в то же время любой ценой стремился сохранить пакт с Германией и Италией. По его распоряжению военные ни на секунду не прекращали подготовку к войне с Америкой и Британией. Общий агрессивный вектор в политике страны доминировал.

11 мая состоялась неофициальная встреча Хэлла и Номура, во время беседы японский посол заявил, что его страна «испытывает сильное желание избежать войны в Тихом океане». Миролюбивый тон не сильно впечатлил госсекретаря, и он решил прощупать визави на предмет других вопросов, затрагивавших американо-японские отношения. Так Хэлл поинтересовался: разрабатывает ли Имперское правительство планы вывода войск из Китая, однако вразумительного ответа не получил. На вопрос, собирается ли «его правительство применять силу в целях захвата территорий», Номура ответил, что таких задач нет. Однако Хэлл это заявление воспринял холодно. Так попытка выяснить действительные намерения японского правительства больше света на ситуацию не пролила[388].

12 мая Номура вручил американскому правительству «конфиденциальный» меморандум, содержавший проект американо-японского урегулирования[389]. Во вступительной части документа выражалась «вера во взаимопонимание» между двумя нациями. По основным вопросам внешней политики двух стран предлагалось:

1. В отношении европейской войны: США ограничиваются мерами самообороны и не вмешиваются в конфликт. Япония также не вмешивается в конфликт и заявляет, что тройственный пакт имеет лишь оборонительный характер.

2. По китайскому вопросу: США признают стремление Японии создать миролюбивые и взаимовыгодные отношения между Китаем, Манчжоу-го и Японией, США прилагают усилия к организации переговоров между режимом Чан Кайши и Имперским правительством.

3. Оба государства устанавливают нормальные торговые отношения.

4. Экономическая деятельность в Тихоокеанском регионе ведется на равных правах, а японская экспансия носит исключительно мирный характер.

5. Япония и США гарантируют независимость Филиппин, США отказываются от дискриминационной политики в отношении эмигрантов из Японии.

В отношении японо-китайского урегулирования Имперское правительство предлагало «три принципа Коноэ», сформулированных еще 30 ноября 1940 г.: 1) добрососедские отношения Китая и Японии, 2) совместная оборона против коммунизма, 3) экономическое сотрудничество обеих стран, при отсутствии экономической монополии Японии в Китае и ущемления экономических интересов третьих держав.

Япония настаивала не только на признании Соединенными Штатами этих принципов, но и на публикации совместной декларации Китая, Японии и Манчжоу-го о единстве внешнеполитических целей. Предусматривался и вывод японских войск из Китая, за исключением специального соглашения. По всей видимости, подразумевался «совместный фронт борьбы с коммунизмом», который обеспечивал неограниченное пребывание японских войск в стране. Кроме того, японское правительство требовало, чтобы Чан Кайши пошел на переговоры, в противном случае США предлагалось прекратить любую помощь гоминьдану. Был также, под давлением немецкой стороны, поднят вопрос о прекращении американской помощи Великобритании[390].