Читать онлайн «Смерч войны». Страница 131

Кубанский плацдарм на Таманском полуострове немцы оставили в октябре 1943 года, лишая себя заодно Кавказа и Азовского моря. «Уже к концу 1943 года, не позже, стало совершенно ясно, что война проиграна, — писал генерал Гальдер. — Возможно ли было отразить вторжение и таким образом обеспечить основу для заключения приемлемого мира? Оставалась ли у «крепости Германия» надежда на то, чтобы сломать врага у своих стен? Нет! Надо было раз и навсегда выкинуть из головы такие фантазии»[1258]. И он был прав. Выступив против четырех великих держав, Германия обрекла себя на неминуемое поражение. Однако понадобилось еще полтора года кровопролитных сражений для того, чтобы покончить с войной. И повинен в этом был вермахт с его настырностью и умением не только толково воевать, но и беспрекословно повиноваться приказам. Если бы Гитлер передал принятие решений своим лучшим военным стратегам и назначил Манштейна верховным главнокомандующим на Восточном фронте, то поражение Германии могло затянуться и жертв было бы гораздо больше с обеих сторон.

Почти всю войну русские несли более тяжелые потери, чем немцы, но не столь высокие, чтобы их нельзя было восполнить. Генералы Красной Армии бросали войска в наступление, не обращая внимания на жертвы, чего не могли позволить себе немецкие генералы из-за недостатка резервов. «Русские в пять раз превосходили нас, несчастных, хотя и храбрых немцев, и численностью живой силы, и в боевой технике, — жаловался Клейст из тюремной камеры в Нюрнберге в июне 1946 года. — Моим непосредственным командиром был сам Гитлер. К сожалению, его советы в те критические моменты были никчемные»[1259]. Оправдывая Гитлера, Алан Кларк указывал, что фюрер, начиная с декабря 1943 года, стремился расколоть коалицию союзников, исходя из «очевидной несовместимости их целей и невозможности подобного альянса». По мнению историка, «в таком контексте совершенно объяснимо его желание удерживать каждую пядь территории на востоке»[1260]. Тем не менее Сталин уже с ноября 1941 года постоянно акцентировал внимание своих союзников на том, что Гитлер будет использовать страх перед коммунизмом для подрыва великого альянса против нацистской Германии. Советское информационное бюро (Сов-информбюро) с июня 1942 года громогласно пропагандировало союз России с западными державами, и имеется множество свидетельств того, что это находило отклик в Британии и Соединенных Штатах[1261]. Если бы Гитлер лучше представлял себе истинную природу альянса, то понял бы, что стремление союзников избавиться и от него самого, и от его «нового порядка» преобладает над взаимными подозрениями и антипатиями. Думать иначе — бред, как и его заявление в «Майн кампф»: «Любой альянс, не ставящий целью войну, бессмыслен и бесполезен».

Клейст прав во многих оценках своего верховного командующего, но вряд ли можно согласиться с его утверждением, будто немцы уступали русским в боевой технике, если, конечно, он не имел в виду только лишь количественные показатели. Гудериан, написавший в 1936 году книгу «Achtung Panzer!» («Внимание, танки!»), считал, что для полноценной атаки нужны два вида танков: один — для борьбы с танками, другой — против пехоты. Пятиместный Pz. Ill, выпускавшийся с 1936 года, применялся против других танков, но его 37-мм пушка пасовала перед британскими «матильдами» в Африке, из-за чего Роммель использовал против них 88-мм зенитные орудия. В 1940 году Гитлер приказал начать выпуск 350-сильных танков Pz. III с 50-мм пушками, но производители понизили калибр до 47 мм. Именно эти танки и Sturmgeschutze (самоходные штурмовые орудия) участвовали в операции «Барбаросса» наряду станками Pz. I и Pz. II. К 1944 году различными производителями было выпущено около шести тысяч танков Pz. III. Двенадцать тысяч танков Pz. IV были оснащены 75-мм пушками; в советских войсках считалось, что они «хороши для плохой европейской погоды, но не для плохой русской погоды»[1262]. В 1942 году немцы начали выпускать Pz. VI «тигры», а в 1943-м — Pz. V «пантеры».

На русских танках и самоходках стояли дизеля, в немецких войсках только один огромный «маус» использовал дизельное топливо, на всех остальных танках двигатели работали на бензине: горючее дорогостоящее, огнеопасное и быстро расходуемое. Тем не менее Германия, хотя и располагала аналогичной технологией — «мессершмитты» летали на дизельном топливе[1263], — почему-то предпочитала в танках использовать бензин. Pz. V «пантера» был более тяжелой копией русского танка Т-34 с наклонной броней, обеспечивавшей рикошет снаряда. Эта машина поступила на фронт, под Курск, в ноябре 1942 года, но у нее выявился ряд проблем, связанных главным образом с электрикой и гидравликой. Ее экипаж состоял из пяти человек, она весила 45,5 тонны, развивала скорость до 46 миль в час, имела лобовую броню 110 мм (с циммеритовым покрытием против магнитных мин и гранат), 75-мм пушку с длиной ствола 70 калибров и двигатель «даймлер-бенц», такой же, как на Т-34. Всего было выпущено 6400 Pz. V «пантера», и они, вместе с Pz. VI, известными как «Тигры I», представляли собой поистине грозное оружие.

В «Тигре I» помещались пять человек, он весил 58,9 тонны, имел 88-мм пушку и крейсерскую скорость 24 мили в час. В бронетанковом музее в Кубинке под Москвой экспонируется «тигр», по которому с дистанции более трехсот ярдов стрелял Т-34: на лобовой броне видна только двухдюймовая вмятина. Т-34 не представлял угрозы «тиграм» за исключением редких случаев попадания прямой наводкой, стрельбы по гусеницам или в промежуток между башней и корпусом.

Самым тяжелым танком Второй мировой войны был 68-тонный «Тигр II»: пять членов экипажа, максимальная скорость 22 мили в час, 150-мм броня (180 мм спереди), 88-мм пушка. К январю 1944 года немцы выпустили 487 танков Pz. V/В — «Тигров II», или «королевских тигров», — на шасси Pz. V «пантеры». Однако они унаследовали многие проблемы «пантер». 88-мм пушки стояли и на артиллерийских штурмовых самоходках «элефант» и «фердинанд» (названа по имени Фердинанда Порше), впервые также примененных под Курском. Русским повезло, что немцы изготовили только девяносто экземпляров. «Пантерам» и «тиграм» Красная Армия противопоставила сверхтяжелый КВ-85, аналог КВ-1, но с 85-мм пушкой[1264]. Он мог поражать немецкие средние танки «Марк III» и Pz. IV, но «тигры» и «пантеры» ему были по силам.

На встрече с генералом фон Тома 23 декабря 1940 года Гальдер узнал, что «в ОКХ располагают отрывочной информацией о русских танках», но убеждены в том, что они «уступают нашей технике и в броне, и в скорости»: «Максимальная толщина брони 30 мм. Противотанковая 4,4-см пушка Эрхарда пробивает наши танки с дистанции триста метров, дальность действительного огня — пятьсот метров, за пределами восьмисот метров — безопасная дистанция. Оптические прицелы никудышные, тусклые, с ограниченным обзором. Радиосвязь отвратительная»[1265]. Однако эта характеристика была неверна в отношении нового танка Т-34. Если «спитфайры» и «харрикейны» спасли Британию в 1940 году, то же самое сделали для России «тридцатьчетверки» под Курском и в последующих битвах. Первые танки были изготовлены еще в 1938 году, и их было легко собирать, потому что конструкторы создали такой сварочный аппарат, которым могли пользовать женщины и дети. Со временем количество запасных частей было уменьшено с 6000 до 4500 единиц. До 1943 года Т-34/76, стандартный средний советский танк, мог поразить немецкий танк 76-мм пушкой с дистанции 250 ярдов и сбоку, тогда как «тигр» мог уничтожить Т-34 с расстояния более одной мили. («Т» означает всего лишь «танк». Сейчас русские уже выпускают танки Т-90.)

После Курской битвы и тяжелых потерь русские начали ставить на танки Т-34 85-мм пушки, что существенно повысило их эффективность: 76-мм орудие пробивало с дистанции 600 ярдов только 50-мм броню, а 85-мм пушка с такого же расстояния могла пробить 90 мм. В танке использовались те же запасные части, шасси и 500-сильный двигатель, но у Т-34/85 по обе стороны имелось пять прорезиненных катков и увеличенная башня, что позволяло добавить в экипаж еще одного человека и освободить командира от дополнительных обязанностей заряжающего. Скорострельность танка повысилась до шести — восьми выстрелов в минуту. Размеры обеих моделей были примерно одинаковые, однако все танки Т-34/85 имели радиосвязь, в то время как на прежних моделях она предусматривалась только для командирских танков. Бортовая броня Т-34/85 была толщиной 45 мм, а лобовая — 90 мм, из-за чего он весил тридцать две тонны, на три с половиной тонны больше, чем Т-34/76, но благодаря мощному двигателю его скорость снизилась незначительно — всего лишь до 21,4 мили в час. На последней модели также стояли два 7,62-мм пулемета, и запаса дизельного топлива 690 литров (включая внешние баки) хватало на 235 миль. Боекомплект состоял из семидесяти четырех снарядов (девяносто два на танке Т-34/76), 2500 патронов и десяти фанат[1266]. Когда Красная Армия начала получать эти танки в достаточном количестве, Сталин наконец приобрел оружие, позволяющее одерживать в 1944 году победу за победой.